Грейс кивнула:
– А купаться сегодня будем?
– Обязательно, – пообещал Макс и снова посмотрел на нее, вызвав теплую волну во всем теле. – А ты обязательно надень тот купальный костюм и покажи всем, какая у тебя бесподобная фигура. Иначе это будет… большое свинство, – добавил он, закусывая нижнюю губу.
– Я… нет, конечно, – пробормотала Грейс, чувствуя, как краснеют щеки. – Я… постараюсь. Словом… надену.
Макс потянулся за темными очками.
– Ты у меня умница.
Он вышел, тихо закрыв дверь. Четыре последних слова были похожи на объятия его теплых рук. Вроде бы ничего особенного, но сердце Грейс опять заколотилось.
* * *
– Грейс, давай к нам! – закричала Руби, энергично размахивая руками.
Макс оказался прав: солнце жарило немилосердно. Грейс ощущала, как ее кожу пощипывают солнечные лучи, пока она шла к месту, где расположилась женская часть дома. Полотенца, шезлонги, пляжные зонтики и переносные холодильники. А со стороны озера доносились плеск и крики, свидетельствовавшие о том, что мужская часть находится там. Однако Грейс не могла понять, чем они занимаются.
– Слышишь? – Руби кивнула в сторону воды. – Мальчики взахлеб спорят о каких-то там лодочных креплениях и прочей лабуде. Так и утонуть недолго.
Ярко-красное бикини великолепно гармонировало с серыми глазами Руби, и ни капельки лишнего жира.
У подружек Бака тоже были неплохие фигуры. Обе предпочли бикини. Грейс надела свой желтый закрытый купальник. Желтый цвет всегда ей шел, оттеняя темную кожу. Так ей с детства говорила мама. Костюм Грейс купила за два дня до поездки, но так и не смогла найти время для примерки, а когда примерила, возвращать купальник в магазин было уже поздно.
Высокие вырезы по бокам и глубокий вырез на спине купальника не скрывали шрамов. Придирчиво осмотрев себя в зеркало, Грейс решила надеть поверх тонкую белую футболку, которую позаимствовала у Макса. Она надеялась, он не станет возражать. Что бы он ни говорил о ее шрамах, решиться показать их другим у Грейс не хватало духу.
Грейс не просто надела футболку, а приспустила ее с одного плеча, завязав свободным узлом на бедре. Таким образом, обнаженной осталась лишь небольшая полоска в области бедер. Даже несколько месяцев назад она не решилась бы показаться в таком наряде. Помнится, жарким днем она разгуливала в бикини по их закрытому двору. Рик вернулся домой пьяный и обдолбанный. Увидев ее, он ударил Грейс ботинком. Он кричал, обзывая ее шлюхой, которой нравится вертеть своим бесстыжим задом.
Рик прекрасно знал, что их двор снаружи не просматривается. Эта была паранойя, от когтей которой Грейс избавлялась не один год.
– Может, мне переодеться? – риторически спросила Грейс.
Руби взяла ее за руку, успокаивая, как маленькую.
– Не вздумай. Ты потрясающе выглядишь.
– Конечно потрясающе, – подхватила Карла. – Мне бы твои ноги. Я бы весь год ходила в купальнике.
Грейс удивили слова крашеной блондинки. Может, эта девица не такая уж и плохая? Нравится ей на такой жаре штукатурить физиономию косметикой – пусть. Пока Карла не пялится на Макса, Грейс может вполне с ней ладить. Собственнические чувства по отношению к Максу Грейс не удивляли. Такова была ее натура. Она всегда считала «своими» родственников, подруг, парней в колледже…
С озера донесся зычный голос Винса. Грейс повернулась к воде и сразу же увидела Макса. Он по-прежнему был в темных очках, но голым по пояс и мокрым. Вместе с Баком Макс пытался удержать плот на месте. Боже милостивый, Макс был соблазнительно опасным! Грейс залюбовалась им. Небритый, в купальных шортах, загорелый. Грейс вдруг захотелось его поцеловать. Целиком. Она вспомнила его запахи после душа. Наверняка Макс оказался бы очень вкусным.
– Пива хочешь? – спросила Руби, протягивая Грейс бутылку «Хайнекен».
Грейс посмотрела на часы. Половина двенадцатого.
– Конечно хочу. Может, для наших краев и рановато, но где-то уже пять вечера.
К ним подошла Ферн. Она тоже была в саронге, накинутом поверх бикини.
– Наши домашние сласти, – сказала тетка Макса, опуская поднос с фруктовым мороженым и желейными конфетами.
Грейс не рискнула спросить, добавлен ли в сласти коньяк или виски. Интуиция подсказывала ей, что добавлен. Учитывая жару, недолго и всерьез захмелеть.
– У вас не плот, а целый плавучий дом, – сказала она, усаживаясь в шезлонг.
На плоту свободно могли бы разместиться человек десять, к тому же у него были ступеньки для спуска в воду.
– Шикарная игрушка, правда? – улыбнулась Ферн. – Мы с Винсом купили его несколько лет назад. Все, у кого дома́ на берегу, нам завидуют.
Услышав хвастливые слова матери, Руби фыркнула. С озера донесся могучий всплеск. Пятеро мужчин одновременно нырнули с плота и наперегонки поплыли к берегу. Руби подбадривала мужа. Крашеная блондинка Карла выкрикивала имя Бака. Ее подруга – Анна? Ада? – улыбалась.
– Адель, а ты что молчишь? – окликнула ее Карла.
Правильно, Адель. У нее были каштановые волосы.
– Кажется, твой парень впереди, – не унималась Карла.
– Замолчи! – поморщилась Адель и демонстративно улеглась в шезлонг, закрыв светло-карие глаза.
Синее бикини красиво оттеняло ее худощавое загорелое тело.
– Какой он мой? Всего-навсего один беглый поцелуй. Я же с ним не спала.
Грейс настороженно взглянула на Руби и по губам поняла, что речь идет о Кейлебе.
Вот оно что. Значит, вчера, после того как они с Максом отправились спать, события на берегу приняли интересный оборот.
Макс выскочил из воды, успев шлепнуть Бака по ребрам, – реванш за брызганье на плоту. Его движения напомнили Грейс научно-популярные фильмы о жизни крупных хищников. Больше всего Макс был похож на леопарда. Такой же поджарый, сильный и чувственный. Правда, Грейс ничего не знала о сексуальных инстинктах леопардов. Она прижала недопитую бутылку к пылающей щеке. Черт побери! На солнце ее либидо дико возросло. Лето, особенно жаркое, – пора, когда уровень сексуального возбуждения зашкаливает.
– Рад, что ты все-таки вылезла, – сказал Макс, подходя к ней. – Успела что-нибудь слопать?.. А это что? – Он приподнял кромку своей футболки. – Знакомая штучка.
– Да, – тихо ответила Грейс, возвращая футболку на место. – Надеюсь, ты не станешь возражать? Я увидела, что она торчит у тебя из сумки, вот и взяла. Решила прикрыть то, что… сам знаешь… не стоит показывать.
– Все нормально, – сказал Макс, прижимая палец к ее губам. – Тебе нечего стыдиться. Это свидетельство твоей силы.
Как и в тот раз, у Грейс перехватило дыхание.
– Эй, Макс, помоги мне!
Повернувшись, Макс отправился к Джошу, нагруженному стульями и игрушками для водных забав. Грейс едва не вскрикнула. Наконец-то она увидела его татуировку. Целиком. Крылья черного ангела, протянувшиеся к его плечам. Черные перья были прорисованы с такой тщательностью, что казались настоящими. Они спускались по спине почти до поясницы. Там, в виде арки, чернело имя. Кристофер. Чуть ниже шла дата и латинские слова «ad infinitum»[9].
Татуировка почти не выходила за пределы спины. Это была тайна, известная немногим. Странная композиция, такая же красивая, как сам Макс, и порождающая новые вопросы.
Грейс сбросила вьетнамки и села поудобнее. Мужчины продолжали готовить плот. С вопросами придется обождать. Сегодня был день развлечений.
* * *
– Ты никак дала обет просидеть весь день на берегу?
Макс стоял возле ее шезлонга с бутылкой пепси. Он любовался длинными ногами Грейс и досадовал, что за минувшие три часа она так и не сняла футболку и не примкнула к забавам на плоту. Но одно то, что Грейс выбрала его вещь, вызывало у Макса странные ощущения в животе и ниже. Грейс выглядела на редкость круто. Это ему говорили все мужчины, за исключением мистера Задошлепа. Тот выпучивал глаза, исходя на ревность. Не получится, коп. Пососи у себя между ног. Или попроси, чтобы это сделала брюнетка, которая на тебя неровно дышит. Другого способа снять твое возбуждение нет.
