В кино Флинн попал случайно благодаря немецкому кинопродюсеру Герману Эрбену. Тот был большим специалистом по тропическим животным и однажды решил отправиться к берегам Новой Гвинеи, чтобы там снять документальный фильм о крокодилах. В качестве средства передвижения он выбрал ту самую посудину, которой владел Флинн. Путешествие продолжалось около двух месяцев, и за это время у немца было достаточно времени, чтобы хорошо узнать Флинна. Тот понравился ему общительным характером и, главное, своей чрезвычайно фотогеничной внешностью. Немец даже не пожалел пленки, снимая Флинна в разных ракурсах на протяжении практически всей поездки. Год спустя эти кадры увидел продюсер и режиссер из Австралии и тут же связался с Флинном. Предложение продюсера ошеломило его: сыграть главную роль — Флетчера Кристиана — в художественном фильме «По следам «Баунти». Однако Флинн на своем веку успел сменить такое количество разных профессий, что попытка попробовать свои силы еще в одной его совершенно не страшила. Благодаря этому фильму Флинн завел себе очередную любовницу — светскую даму Мэдж Паркс. Как пишет в своих мемуарах сам Флинн, именно она познакомила его с оральным сексом. Что не помешало парню ограбить дамочку: он сбежал от нее, прихватив с собой ее бриллианты.
После светской дамы в любовницах у Флинна перебывали: дочь фермера из Квинсленда (там будущий актер занимался тем, что кастрировал ягнят), белокурая дочь хозяина гостиницы из Новой Гвинеи (там Флинн подвизался на ниве журналистики и написал статью под названием «Искусство и тонкости обольщения»), замужняя полинезийка и незамужняя меланезийка (последней было всего 12 лет, но по тамошним, аборигенским, законам она уже вполне была готова к половой жизни), красавица из Макао Тинг-Тинг О'Коннор. Во время своего путешествия на Цейлон Флинн «заарканил» японку Майако, которая была больна туберкулезом и вместе с мужем ехала лечиться. Эта связь едва не закончилась для Флинна трагически: муж застал влюбленную парочку в каюте и, выхватив револьвер, собирался застрелить любовника. Но Флинн изловчился, выбежал на палубу и поднял крик: помогите! убивают! На шум сбежались матросы, которые сумели скрутить мужа-рогоносца и отнять у него пистолет.
В 1933 году судьба забросила Флинна в Англию. Там он поселился в одной из гостиниц, причем не имея ни гроша за душой. Когда пришла пора расплачиваться за постой, Флинн схитрил: разыграл приступ аппендицита и лег в клинику Вест-Энда. Там его сексуальная агрессия вновь забила ключом: он соблазнил молодую медсестру. Но когда она заявила любовнику, что забеременела, Флинн сбежал подальше от этих мест — в Лондон. Там он устроился в штат театра «Нортхэмптон Репертори» в качестве актера (благо фильм «По следам Баунти» с успехом шел на экранах). Быть актером Флинну понравилось больше всего, поскольку теперь он мог ежедневно затаскивать к себе в постель как своих коллег-артисток, так и многочисленных поклонниц. Говорят, после каждого спектакля Флинн выходил из театра и выбирал себе одну, а то и сразу двух девиц, млевших от его сценических ролей. Кстати, в отличие от постельных ролей, в театральных Флинн практически не блистал: за какую бы из них он ни брался, все они вызывали шквал критики. Окончательную черту подвела роль Отелло, про которую сам актер выразился весьма определенно: «Я создал самого худшего Отелло в истории английского театра».
Как ни странно, но неудача на сцене не закрыла Флинну дорогу в кинематограф. Более того, слухи о нем достигли ушей боссов кинокомпании «Уорнер бразерс» (английский филиал), которые предложили актеру попытать счастья у себя. Терять Флинну было нечего, и он согласился сыграть главную роль в фильме «Убийство в Монте-Карло». Хотя фильм оказался откровенно слабым, он позволил Флинну обратить на себя внимание в Голливуде. «Уорнер бразерс» заключила с актером шестимесячный контракт, по которому Флинн снялся сразу в двух фильмах. Правда, в обоих это были всего лишь крохотные эпизоды: в ленте «Не ставьте на блондинок» — человек из толпы, в «Деле любопытной невесты» и того хуже — труп.
Между тем отсутствие хороших ролей не сильно тяготило Флинна, поскольку Голливуд предоставлял ему массу других развлечений. Целыми днями напропалую он играл в теннис, купался в бассейне и трахался с кинодивами. Затем его окрутила голливудская звезда Лили Дамита, к которой он даже переехал жить. Однако сделать его однолюбом Лили так и не удалось — Флинн изменял ей направо и налево. Причем даже и не пытался этого скрывать: по вечерам он всегда выкладывал на ночную тумбочку ключи, деньги и презервативы, которые предназначались отнюдь не для Лили. Для кого же? А хотя бы для лучшей подруги Дамиты актрисы Лупе Велес. Эта мексиканка привела однажды Флинна в восторг, когда показала ему свой излюбленный фокус с грудями: она умела вращать ими в разные стороны, не двигая плечами. Только одно не нравилось Флинну в Лупе: перед тем, как отдаться, она по нескольку минут молилась, в то время как ее любовник весь изнывал от страсти.
Между тем именно благодаря стараниям Лили Флинн сумел выбиться в звезды Голливуда. Когда в 1935 году актер Роберт Донат отказался играть главную роль в экранизации книги Рафаэля Сабатини «Капитан Блад», Дамита обратилась к своей подружке — невесте главы студии Джека Уорнера Энн — с просьбой пристроить на эту роль ее распутного любовничка. Говорят, Уорнер, когда ему напомнили о Флинне, изрек такую фразу: «Ну что же, хватит ему валять дурака и трахаться — пусть попробует себя в настоящем деле».
На главную женскую роль в фильме первоначально была утверждена Джин Мьюр. Сами понимаете, Флинн не мог устоять перед тем, чтобы затащить ее в свою постель. Ему это легко удалось, поскольку Мьюр была женщиной без предрассудков. Однако по каким-то причинам незадолго до начала съемок ее сняли с роли. Вместо нее пришла 19-летняя Оливия Де Хэвилленд. А вот ее Флинн соблазнить не сумел, несмотря на все старания. Поскольку подобных обломов в его бурной постельной биографии было очень мало, он затаил кровную обиду на актрису. И однажды отомстил ей тем, что подложил в ее одежду мертвую змею. Оливию чуть удар не хватил. Поэтому, играя на съемочной площадке страстную любовь, на самом деле они, мягко говоря, не любили друг друга.
Роль капитана Блада стала для Флинна поистине звездной. Вся женская половина Америки сходила по нему с ума, хотя Флинн на момент выхода ленты на широкий экран уже был женат. В самый разгар съемок — 19 июня 1935 года — Лили Дамита чуть ли не силой заставила Флинна жениться на себе. Отказать ей он не смог, поскольку многим был ей обязан. Но хранить верность Лили по-прежнему не собирался. Просто теперь, когда он стал знаменит и узнаваем, снимать девочек самому уже стало несподручно. Поэтому он подрядил на это дело своего близкого приятеля Джонни Мейера. Тот привозил девочек (а иногда и мальчиков) в какой-нибудь мотель, где Флинн отводил душу, после чего возвращался к своей супружнице. Та, естественно, об этом догадывалась, но вела себя по-разному: иногда не обращала внимания, а иногда, когда ей попадала под хвост вожжа, закатывала скандалы. Однажды, когда Флинн вернулся домой в три часа ночи и на вопрос «где был?» пролепетал что-то вроде «играл в теннис», Лили схватила со стола бутылку шампанского и огрела ею мужа по голове. Хорошо, что удар получился не сильным, а иначе так легко — всего лишь повязка на голове — Флинн бы не отделался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
