Читаем без скачивания Список донжуанов - Татьяна Полякова

Олег побледнел, и я, признаться, тоже. Надеюсь, Виктор его просто запугивал. Не хотелось думать, что дядя Жора способен убить человека, пусть не сам, пусть морячок… Марья погрозила Олегу кулаком и сказала:

– Все ваше племя продажное… шантажист. В тюрьме тебе место, а не в конторе. Я думала, ты нам друг, а ты почище своего хозяина.

Вдруг и хозяин объявился как по заказу: у меня зазвонил мобильный, и я услышала голос Андрея.

– Симона, я только что от отца, надо кое-что уточнить. Твоя девичья фамилия Радужинская?

– Да, – ответила я.

– Пришел факс из Америки, просят ускорить твои поиски. Признаться, я мало что понял…

– Мне сейчас не до этого, – сообразив, в чем проблема, буркнула я.

– Но дело серьезное. Кажется, речь идет о наследстве. Судя по факсу, к нам уже обращались, но я никакого письма не видел, и отец тоже. Мы проясним ситуацию…

Я хотела ответить, что прояснять ничего не надо, все и так ясно, но, взглянув на Олега, лишь вздохнула:

– Проясняйте.

– Тебе надо приехать к нам в офис.

Я поспешила закончить разговор.

– Погонят тебя с работы, и правильно, – съехидничала Марья, обращаясь к Олегу. – Бога ты не боишься, а еще адвокат. Тьфу, – досадливо плюнула она, а по щеке Олега скатилась слеза.

Мы поторопились убраться восвояси, дав человеку возможность горевать в свое удовольствие. Олега было жаль, но сажать Марью в подпол ему все же не стоило. Словом, я решила: пусть сам объясняется со своими хозяевами, и с отцом, и с сыновьями.

Гридин вновь позвонил, и пришлось ехать к ним в контору. К тому моменту отец и сын уже пришли в себя, кое-что сами узнали и сообщили мне: оказывается, мой папуля скончался месяц назад, оставив наследство мне и своей сестре Анне. Вот сестра Анна меня как раз и разыскивает. Через час я даже смогла поговорить с ней по телефону. Захлебываясь от счастья, она сообщила, что пришлет мне вызов уже завтра, и заверила меня в своей любви.

– Тебе повезло, – порадовался за меня Андрей Петрович. – Ты лишилась денег, но они тут же к тебе вернулись.

– Не уверена, – ответила я, не особо радуясь.

Все эти папули начали действовать мне на нервы. Короче, возникла необходимость поговорить с мамой. Дядя Жора намекнул, что есть дела поважнее, но в конце концов мы поехали к ней.

Мама смотрела телевизор в «аквариуме», следовательно, пыталась успокоиться, другими словами, что-то ее сегодня разволновало.

– Мона, – позвала она как обычно, услышав, что мы вошли.

– Да, мама, – ответила я излишне громко, потому что тоже волновалась.

Мама не стала дожидаться, когда я загляну в комнату, и сама вышла в холл. Увидев нашу компанию, пробормотала:

– Черт-те что…

Не всегда ей удается расслабиться в «аквариуме», сегодня, должно быть, такой случай. Внимание мамы сосредоточилось на Викторе, что и неудивительно, и «черт-те что», надо полагать, относилось к нему.

– Ты проводишь время в довольно странной компании, – вынесла мама вердикт, а я пожала плечами. – Накорми его, – сказала она, ткнув пальцем в Виктора. – По-моему, он недоедает. – Коротышки всегда вызывали у мамы острую жалость.

– Благодарствую, – ответил тот, раскланиваясь, – дай вам бог здоровьица. – И шмыгнул в кухню, Марья за ним. Дядя Жора подумал, подошел к маме и приложился к ее руке.

– Вы помните, что я вам сказала в прошлую нашу встречу? – строго спросила она.

– У меня отличная память. Если с Симоной что-то случится, вы меня с кашей съедите.

– Вот именно. И не надейтесь, что это пустые слова.

– Я далек от этого.

Мама приглядывалась к дяде Жоре и так, и эдак, но не нашла, чего б еще сказать, и махнула рукой. Дядя Жора с достоинством удалился в кухню, а мама повела меня в «аквариум».

– Не вздумай в него влюбиться, – сказала она сурово.

Я решила прикинуться дурочкой.

– В кого?

– В Георгия, естественно.

– Он женат.

– Сомневаюсь.

– Почему? – тут же заинтересовалась я.

– Женатый человек проводит свободное время с семьей, а не бежит выполнять волю покойного проходимца. За это время вы уже раз пять могли посетить могилу старого каторжника, но этот твой Георгий никуда не спешит, и причина может быть только одна.

– Может, он просто к семье не торопится, – пожала я плечами.

– Тем более он нам не пара. Мона, в таких, как он, влюбляются раз и навсегда, это видно невооруженным глазом. Типы, вроде этого, смертельно опасны для юных девушек. Два-три ни к чему не обязывающих брака – и ты, пожалуй, будешь готова к любви, а пока выкинь эту затею из головы. Кстати, что с твоим мужем?

– Не хотелось бы тебя огорчать лишний раз, но Сергей погиб.

– Большое спасибо за заботу, довольно странно узнавать о смерти зятя из теленовостей. И эта странная формулировка: «по слухам, близкий к криминальному миру…». Что они себе позволяют?

– Извини, мама, – не придумала я ничего умнее.

– Значит, его убили? Кто?

– Идет следствие, – пожала я плечами.

– Не смеши. В таких делах либо сразу все ясно, либо не будет ясности никогда. Если господа из органов начнут досаждать, скажи мне. Я найду на них управу. – Тут мама внимательно посмотрела на меня и сказала: – Бедный мой ребенок. – После чего заключила в объятия и поцеловала. – Твой муж тебе что-нибудь оставил?

– Ничего.

– Хорошенькое дело… Впрочем, это к лучшему, деньги, нажитые незаконным путем… по-моему, звучит скверно. Меняй фамилию. Надо поскорее забыть об этой истории.

– Я не могу забыть. Сергея убили и…

– Поделом ему, – отрезала мама. – Он тебя не ценил, шлялся по девкам и даже денег не оставил. А ломать голову над тем, кто его убил, должны органы.

Мама взяла карты, с намерением разложить пасьянс, давая тем самым понять, что разговор окончен, а я, переминаясь с ноги на ногу, нерешительно начала:

– Сегодня я была у нотариуса.

– По поводу завещания?

– Так ты знаешь?

– О чем? – нахмурилась мама.

– Ну… в Америке умер один тип и оставил мне наследство.

– Господи, – перекрестилась мама, – не успеешь оглянуться, как в живых уже никого не останется. Как его зовут?

Вопрос меня насторожил. Может, в Америке у меня не один папа, а два или три?

– Ковальчук Сэмуэль.

– Значит, Сема умер. Впрочем, грех жаловаться, ему в мае стукнуло семьдесят три, и печень он совершенно не берег, только не говори, что он оставил тебе подсвечник или живую лошадь. Он был просто помешан на лошадях. Пять лет назад он выиграл в лотерею крупную сумму денег, но, хорошо его зная, сомневаюсь, что он сумел ею с толком распорядиться. К тому же его сестрица Анька – змея. Она жива?

– Да. И передает тебе привет.

Мама хмыкнула и вновь взялась за карты.

– Ладно, иди. И не задавай глупых вопросов, – отрезала мама, лишь только я промычала невнятное «э-э-э».

Я отправилась на кухню, так и не узнав, какое отношение имеет ко мне почивший Сэмуэль Ковальчук. Надеюсь, никакого.

Через полчаса мы вернулись в мою квартиру, Виктор тут же исчез, Марья усердно молилась, а дядя Жора сказал, что нам самое время заглянуть в психушку. Ему, конечно, лучше знать, но про себя я не уверена. Однако поехала. По дороге дядя Жора принялся растолковывать:

– Не худо бы узнать, кто нанял киллера, которому вы устроили сотрясение.

– Мама говорит, это дело милиции, – вздохнула я.

– Правильно мама говорит. Но тебя, между прочим, тоже хотели убить, поэтому я предпочитаю найти убийцу сам, не дожидаясь этих олухов. К тому же есть еще господин Бойко…

– А как мы его найдем?

– Поговорим с киллером.

– Так он же ничего не помнит?

– А мы ему поможем. Уверен, при известном старании он нам сообщит, кто заказчик или, по крайней мере, как тот на него вышел. Нам нужна зацепка, и мы ее раздобудем.

Психиатрическая больница номер один располагалась в бывшем госпитале, была окружена парком и даже имела свой собственный фонтан у центрального входа. Цветочки и свежескошенные лужайки радовали глаз. Вокруг бродили граждане в полосатых халатах, слегка тревожа, выглядели они хоть и задумчиво, но благостно. Хотя с психами никогда не знаешь, что они сделают в следующий момент, на то они и психи.

– Буйных содержат отдельно под присмотром санитаров, – заметив мое беспокойство, сообщил дядя Жора.

Я с облегчением кивнула и последовала за ним к центральному входу. Мы сразу же направились к главврачу, точнее, направился дядя Жора, а мне велел ждать в коридоре напротив двери с табличкой.

Через десять минут он покинул кабинет с недовольством на челе. Я-то думала, что его просто выгнали, ан нет.

– Латышев Юрий Васильевич. Так зовут нашего киллера. Его забрала отсюда сестра вчера утром. Адрес есть, давай прокатимся.

Юрий Васильевич, как оказалось, жил неподалеку от моего дома. Возле подъезда замерла милицейская машина, и это нас насторожило.

– Может, не стоит нам сейчас идти к нему? – спросила я.

– Отчего же? – удивился дядя Жора.

Мы направились к подъезду и нос к носу столкнулись с Николаем Сергеевичем Сухаревым, который не так давно задал мне тысячу вопросов в связи с кончиной мужа. Если я слегка растерялась, то Николай Сергеевич был буквально потрясен, обнаружив меня.