Читаем без скачивания Погружение во мрак - Джон Дуглас

Каждый из знакомых мне родителей (должен признаться, в том числе и я сам) когда-нибудь терял ребенка. Я не имею в виду похищения: возможно, вы отправились за покупками с тремя своими детьми, и один из них потерялся. Или же ваш ребенок попросил разрешения покататься на велосипеде по кварталу, а вместо этого заехал в соседний квартал, зашел к другу посмотреть телевизор и забыл о времени. Какими бы ни были причины, вероятно, по крайней мере один раз за свою жизнь вы как родитель не знали местонахождение своего ребенка — пусть даже на несколько минут. При этом все мы впадаем в панику, но заранее внушив ребенку, как действовать, что говорить и к кому обращаться за помощью, вы уже не будете столь волноваться в первое время.

Если же ваш ребенок отсутствует в течение длительного времени, вы должны незамедлительно передать полиции один из последних снимков ребенка и описание его особых примет (снимок этот надо всегда иметь при себе). Под особыми приметами я имею в виду нынешний рост и вес ребенка. Постарайтесь поточнее описать цвет его глаз и волос, любимую куртку и кроссовки. Все это вместе с фотографией, на которой ребенок особенно похож на самого себя, поможет вам быстро разыскать ребенка в большинстве тех редких случаев, когда вам понадобится обратиться в полицию. Фотографии особенно важны при пропаже детей младшего возраста, внешность которых может разительно измениться всего за несколько недель. Представьте себе, как будет выглядеть малышка, едва научившаяся ходить, когда у нее отрастут и потемнеют волосы; вы начнете одевать ее уже в другую одежду и т. д.

Вам понадобятся снимки и описания старших детей и, кроме того, придется поговорить с ними заранее о том, как действовать в сложных ситуациях, чтобы они были готовы к таким обстоятельствам. С младшими, которые могут проводить много времени дома, в одиночестве, обсудите, как отвечать на телефонные звонки и звонки в дверь. Наряду со списком имен и телефонов людей, которым дети могут позвонить в случае необходимости, также оставьте им список лиц, которым можно открывать дверь (а если позвонит человек, которого нет в этом списке, дети должны «сначала посоветоваться», позвонив вам или соседям, которым они доверяют). Отвечая на телефонные звонки, дети должны вести себя так, словно в доме есть кто-то из взрослых, даже если это неправда, — например, сделать вид, что зовут к телефону одного из родителей, а потом попросить перезвонить попозже.

Все описанные выше советы помогут вам развить уверенность у ребенка любого возраста. Если он будет знать, что никому не позволено прикасаться к его интимным частям тела, знать, как сказать «нет» в затруднительной ситуации, знать, как позвонить-домой, как и к кому можно обратиться за помощью, ребенок будет чувствовать себя увереннее и окажется гораздо менее уязвимой потенциальной жертвой. Кроме того, можно прибавить ребенку уверенности, попросив у него помощи при выборе няни. Конечно, вам следует попросить у поступающей к вам на работу няни рекомендации, проверить их и понаблюдать, как она общается с ребенком, но потом обязательно поговорить с ним. Сотрудники НЦППЭД советуют спрашивать у детей, нравится ли им няня, доверяют ли они ей. После ухода няни спросите у детей, чем они занимались во время вашего отсутствия, как ребенок чувствовал себя без вас. Расспрашивайте об этом каждый раз, оставляя ребенка с посторонним человеком. Выбирая новую няню, просите не только рекомендации от прежних работодателей, но и от учителей, друзей, соседей, родственников или консультантов. Особенно внимательно отнеситесь к квалификации няни. Запишите ее имя, домашний адрес, номер телефона и номер водительского удостоверения, если оно у нее есть. Если вы нанимаете няню через агентство, выясните, проверяют ли они прошлое сотрудников, например наличие у них судимостей. Все, чего мы добиваемся при этом, — изменить расстановку сил в нашу пользу.

В наше время многие дети посещают детские сады или группы продленного дня. Если вы нашли такую группу для своего ребенка, загляните в нее днем (и если можете — не раз). НЦППЭД рекомендует вам познакомиться со взрослыми, с которыми общается ваш ребенок, — например, с водителем автобуса или сторожем. Проверьте в полиции и социальной службе, не жаловался ли кто-нибудь из клиентов на работу этого центра. Убедитесь, что у центра есть лицензия и что он проверяет прошлое своих сотрудников. И наконец, если у вас найдется время, вызовитесь помочь группе в поездках или других мероприятиях, чтобы понаблюдать, как сотрудники центра общаются с детьми. Возможно, у меня устаревшие взгляды, но я считаю, что не только родители несут ответственность за безопасность детей. Я не намерен умалять их роль или позволять им уклоняться от своих обязанностей, но, если они отдают воспитанию детей все силы, окружающие должны помогать им. Самому мне это не всегда удается, но когда я был ребенком, если у меня возникали затруднения, мне незачем было сообщать о них маме по возвращении домой. Она уже обо всем знала. Беспроволочный телеграф из учителей, соседей, патрульных, заинтересованных взрослых срабатывал быстрее, чем я бежал или ехал на велосипеде. Думаю, у большинства сотрудников правоохранительных органов и, разумеется, у любого из нас, кому приходится бывать на местах преступлений и видеть жертвы того же возраста, что и наши собственные дети, возникает желание вернуться в ту эру, когда люди были внимательнее друг к другу. После своей гибели Китти Дженовес стала чем-то вроде символа бдительности нашего общества — или ее отсутствия. Каждый ужасался, узнав, сколько соседей слышали ее крики, но не попытались вступиться за девочку, — впрочем, сегодня с подобными примерами мы сталкиваемся постоянно.

В сущности, с тех пор ситуация ухудшилась. Если мой отец видел в магазине плачущего ребенка, он, не задумываясь, подходил к нему и пытался помочь, даже брал ребенка за руку, чтобы утешить его. Сегодня люди сторонятся незнакомых детей — боясь, что их примут за похитителей или растлителей! Но разве трудно хотя бы последить за ребенком со стороны и сообщить о нем служащему магазина или охраннику? Если вспомнить о том, чем рискует малыш, разве можно пройти мимо — оправдывая себя тем, что вы не хотите показаться навязчивым и недоброжелательным? Разве вы хотите, чтобы и с вашим ребенком обошлись точно так же?

Питер Бэнкс, бывший полицейский и следователь, выражает эту мысль короче: «При вмешательстве с благими намерениями не может быть ошибок». Нынешнее общество характеризуется более высоким уровнем насилия: в спорах ножи и огнестрельное оружие пришли на смену кулакам. Когда мы слышим плач ребенка за дверью соседней квартиры или даже замечаем у ребенка и его матери подозрительные синяки, то догадываемся: в доме царит отнюдь не мирная атмосфера. Некоторые говорят, что вмешательство противно человеческой натуре, — это просто инстинкт самосохранения: вдруг мужчина, живущий в соседней квартире, обратит свой гнев на меня? Но человеческой натуре должно быть прежде всего присуще стремление защищать себе подобных — особенно тех, кто не в состоянии защититься самостоятельно. Питер Бэнкс однажды рассказал историю, случившуюся еще в те времена, когда он работал в полиции округа Колумбия. Он случайно услышал, как однажды ночью дежурный, отвечая на звонок, раздраженно произнес в трубку: «Ну и зачем вы нам звоните? Что мы, по-вашему, должны сделать?»

Бэнкс решил вмешаться и узнал, что звонила женщина, сообщая о подозрительном инциденте, произошедшем неделю назад. Однажды поздно ночью, когда семилетнему ребенку полагалось бы спать, эта женщина услышала, как в соседней квартире плачет и громко стонет маленькая девочка. Женщина встревожилась. Но девочка жила с бабушкой, соседка не хотела навлекать на них неприятности и потому не позвонила в полицию.

Но даже спустя несколько дней женщину продолжала мучить совесть — что, если по соседству случилось что-то плохое, а она не сумела помочь ребенку? И она позвонила в полицию. Полиция побывала в этой соседней квартире, не обнаружив ничего подозрительного. Разговор, который услышал Бэнкс, был еще одним звонком той же женщины о том же инциденте. Она знала, что полиция не нашла никаких поводов для подозрения, и все-таки беспокоилась за девочку. Бэнкс поначалу не поверил собственным ушам: неужели соседка встревожилась всерьез, а полиция пыталась охладить ее пыл? Он отправил полицейских провести расследование, и вскоре у него появились причины порадоваться своей настойчивости. Выяснилось, что девочка была нежеланным ребенком. Младенческие годы она провела в больнице, затем была переведена в приют, а потом стала жить с бабушкой с материнской стороны, которая плохо обращалась с ней. Девочку вернули в приют и, наконец, отдали под опеку бабушки со стороны отца — с ней девочка и жила в то время, как встревоженная соседка позвонила в полицию. Эта бабушка крутилась на двух работах, трудилась день и ночь, чтобы свести концы с концами. В ту ночь, когда соседка услышала детский плач, бабушка вернулась с работы в полночь и обнаружила записку от учителя внучки, в которой говорилось, что девочка не приготовила домашнее задание. Совершенно измотанная, от усталости ничего не соображающая женщина избила внучку скакалкой. Когда офицер полиции осмотрел тело ребенка, обнаружились красные рубцы и лиловые синяки у нее на спине, ягодицах и ногах, указывающие, что избиение было не единственным.