нас почти нет времени побыть вместе.
Давид работает за своим столом, почти не отрываясь от бумаг и от ноутбука. Бесконечно отвечает на телефонные звонки.
Я же просто сижу рядом на небольшом диванчике. Тоже с ноутбуком. Нагоняю пропущенное в учебе. Его оказывается так много, что скучать мне тоже совершенно некогда.
Понемногу вступаю в обязанности хозяйки большого дома.
Правда, Аиша постоянно вертится рядом. Указывает на недочеты. Пытается перебрать все в свои руки или указать мне на то, что я недостаточно хорошо справляюсь?
Я стараюсь больше не вступать с ней в конфликт. В остальное время мы почти не пересекаемся. Изредка встречаемся в гостиной за завтраком или ужином. Она неизменно сидит рядом с Лилит, которая не отводит глаз от моего мужа.
Но и на это я перестала обращать внимание. Замечая, что Давид общается с Лилит только когда в этом есть какая-то необходимость.
На все ее вопросы и заискивающие якобы смущенные просьбы показать что-то в доме или куда-то с ней съездить, Давид отправляет Лилит к управляющему.
Зато Аиша почти целыми днями гуляет с ней под ручку в саду.
Я уже привыкла видеть эту парочку на аллеях.
Жду-не дождусь, когда же эти сложные времена закончатся, а близкие Лилит все-таки объявятся.
– Снова никаких новостей?
Лилит каждый вечер приходит в кабинет Давида с этим вопросом.
Смотрит на него несчастным, подернутым слезами взглядом.
Приносит чай и какую-то выпечку.
А я замечаю, как она, будто невзначай, касается пальцами рук Давида, ставя перед ним чашку и наливая напиток.
– Лилит. Это лишнее, – Давид резко одергивает руку, будто обжегшись.
– Для этого есть прислуга. Если я чего-нибудь захочу, обязательно прикажу мне принести.
– Но…
Всхлипывает, опуская глаза и заламывая руки.
– Давид… Мне так одиноко… И кроме мамы даже не с кем поговорить! И я знаю. Ты не должен мне помогать! Я… Я так благодарна за все, что ты для меня делаешь! Пожалуйста! Позволь мне хотя бы так выразить тебе благодарность! К тому же, ты так много работаешь. Решаешь такие важные и сложные вопросы! Вряд ли ты даже и вспоминаешь о еде или горячем чае! Совсем не думаешь о себе, не бережешь!
– Лилит…
Давид тихонько скрипит зубами, потирая переносицу.
– Пожалуйста. Давид! Я ведь… Ведь не делаю ничего плохого! Скажи мне, пожалуйста! От моей семьи нет новостей?
Настоящая актриса. Это ее истинное призвание!
Но Давид искренне верит ее гримасам.
Лилит выглядит маленькой, слабой страдающей мышкой. С вечно заплаканными несчастными глазами.
И понимаю, что если начну и дальше возмущаться, на фоне страдалицы, которая хотя бы чаем пытается отблагодарить Давида за его доброту, буду выглядеть в его глазах настоящей стервой.
Поэтому больше не поднимаю этот вопрос.
Может, Лилит именно этого и добивается? Она будет казаться ему дрожащей овечкой, а я просто эгоистичной стервозой, равнодушной к чужому горю!
Давид явно не знает ничего о женском коварстве! Искренне верит ее несчастному и восхищенному лицу!
Почему-то не понимает, что такие, как Лилит точно не способны ни на искренность, ни на благородство! Если она так хотела выйти за него замуж, то после его отказа должна его ненавидеть, как и вся ее семья! И искать покровительства и помощи где угодно, кроме дома бывшего жениха, который от нее отказался! В этот дом она могла бы прийти толко в том случае, если хочет его вернуть! Именно вот этими вот ужимками. Лично я других вариантов не вижу!
Или все же я себя накручиваю и не права?
Не знаю.
Но все остается по прежнему. Лилит разгуливает с Аишей и неизменно приходит по вечерам в кабинет Давида со своим чаем и вопросом о ее семье.
Я больше не вмешиваюсь. Не хочу раздражать Давида . Или поддаваться на продуманный план Лилит выставить меня в дурном свете?
Правда , теперь Давид бывает дома все реже и реже. Я привыкаю любоваться им по телевизору. У него много дел. И с бизнесом, и с будущим мэрством. И еще каких-то очень важных. О которых он не говорит. Но из-за которых иногда приходит домой под утро. С хмурым лицом и однажды даже в окровавленной рубашке.
– Это мужские дела, Саида. Я не стану говорить об этом с женой. Но то, что ты ждешь меня , здесь, в моем доме… Это окрыляет. Поверь. со мной ничего не случится! Не для того я тебя добывал, чтобы оставить одну!
Несколько раз Давид и вовсе не возвращался домой на ночь. Обязательно предупреждая, что останется из-за дел или в доме одного из братьев или в своем номере в городе.
Но я все равно безумно за него волнуюсь. И ведь даже узнать не у кого, что у них происходит!
Аиша наверняка ничего не знает. А правая рука Давида, которого он приставил ко мне, неизменно дает один ответ.
– Империя Багировых дело серьезное. Но Давид Каримович справится, как и всегда. Всегда справляется. Не стоит волноваться, госпожа Саида.
Вот и все.
И я переживаю. Расхаживаю по комнате, пока Давид не вернется. Думать ни о чем не могу!
Совсем не время донимать его еще и своей ревностью!
Поэтому я не завожу больше разговором о Лилит. Даже после того, как несколько раз, возвращаясь из города по делам учебы, застаю Лилит и Давида вдвоем в его кабинете. Или когда она бежит его провожать утром.
Хоть ревность не проходит. Никуда не девается.
Сейчас не время. Сжимаю зубы и просто пытаюсь не обращать внимания! Рано или поздно Лилит покинет этот дом! И все станет на свои места!
* * *
И снова один из таких дней. Давид должен вернуться поздно, а, может быть, даже не сегодня…
Свернувшись калачиком в его кабинете на диванчике, читаю с ноутбука учебник.
Кабинет Давида стал моим любимым местом за это время. Возможно, потому, что все свое время он практически проводит здесь? И я вместе с ним.
Вздыхаю.
Почему-то учеба совсем сегодня не укладывается в голове.
За окном дождь, и мне почему-то совсем грустно…
– Давид?
Она входит в кабинет после легкого стука. Даже не удосужившись услышать ответ. А если он, или мы , заняты?
Черт.
Изо всех сил я стараюсь не быть истеричкой. Не превратиться в параноика из ревности. Больше не говорю о Лилит Давиду ни слова. Но как же меня все это раздражает! Хоть я честно стараюсь посмотреть на нее иначе. Проникнуться жалостью. Все
