Когда до края трассы оставался жалкий десяток метров, я на миг надавил на тормоз и до отказа наклонил руль вправо.
Меня понесло к обочине – газ в пол!!!
Мотор взревел. Я тут же дважды щёлкнул сцеплением и передачей, чтобы не превысить обороты и не испортить технику. С третьей – на пятую.
Никаких мелких подгазовок! Жать на полную!
Я удержался. Левые колёса не доехали до травы на какой-то сантиметр. Лишняя доля секунды – и я бы вылетел. Но – обошлось. В который раз?..
А главное-то – к связке второго и третьего поворотов я подходил на высокой скорости бок о бок с Нико.
Не отступать! Борьба не закончена!
Опять жму на тормоз на две десятые позже, чем обычно. Руль вбок, короткий удар по педали газа – второй, третий… Заехал на поребрик… подрезал Кари! Тот еле успел уйти на внутреннюю, сильно сбавив скорость, чтобы в меня не врезаться. Мы так и остались вровень…
Однако в третьем повороте траектории поменялись! Теперь уже я был впереди!
Прижался к краю, облизывая колесом кромку трека; выжал дроссель… и увидел нос белого болида в зеркале заднего обзора.
Оставалось добавить мощности и сместиться обратно, закрывая финну путь на второе место.
А сзади уже накатывал Исаакян!..
Гоня, после того как выбрался на простор, на пределе сил – всё равно завтра дадут новую резину, – я посматривал краем глаза на эпичное сражение двух машин за нижнюю ступеньку подиума.
Финский гонщик, которого в моей старой реальности можно было назвать Нико Непобедимым, ощутимо сдавал темп. То, как я его обошёл, наверное, выбило его из колеи, он занервничал… а на него давил и второй соперник.
Кари сдвигался то туда, то сюда, лихорадочно менял траектории, чтобы на сношенных шинах сохранить позицию… но в полную силу обороняться больше не мог.
А Нерсес оказался на высоте – видать, мой обгон придал ему уверенности. И когда Нико на семнадцатом круге наконец-то перетормозил в пятом повороте, Исаакян спокойно проехал мимо.
В третий раз по ходу сезона Кари потерял шансы на призовое место.
В конце концов, это не высшая «Формула», где Макс на «харде» мог ехать быстрее Хэма на «медиуме».
Эх, Нико, Нико… Сколько гонщиков было названо этим или похожим именем, означающим «победитель»! Лауда, Росберг, Хюлькенберг… Латифи, Мазепин… пара моих сокомандников – Никит… И Кари, который, по-моему, больше некоторых оправдывал своё имя. Но – к сожалению для него – не сегодня.
Не имя ведь определяет человека. А то, чего он сам смог добиться.
Атоев уезжал. Оторвавшись ото всех, он мог не париться и гонять в своё удовольствие, поймав тот самый кураж, которого у меня в положении догоняющего и с раскалывающейся головой достичь не получалось.
Вот уж кому трасса подошла на все сто…
Концовка гонки не принесла ничего нового. Как минимум вся первая пятёрка осталась при своём – например Кари, отразивший атаки Корнеева, который ехал следом. У Лёхи ещё и температура была, а потому – чудо, что он сумел ничего не потерять.
«Кто бы говорил», – ехидно откликнулась какая-то часть моего трещавшего от боли разума. Я через силу приказал ей заткнуться и, вперив взгляд в трассу перед носом болида, продолжил испытывать собственную быстроту реакции.
На заключительном двадцать втором круге я проигрывал Атоеву около четырёх секунд. Если бы не застрял перед белой машиной на половину гонки, может быть, и сумел бы навязать борьбу за лидерство. А так ничего нельзя было сделать за остаток времени.
Ничего, второе место – тоже неплохо. Шесть очков отыграны у Кари в личном зачёте. Сейчас до него всего-то пятьдесят восемь…
А выиграть гонку – впервые в жизни Жумакина – я успею. Возможно, это случится даже завтра.
Клетчатый флаг положил конец моим раздумьям.
На награждении произошёл забавный случай. Когда бывший пилот «Формулы-1» и спортивный директор «SMP Racing» Мика Сало вручил Володе кубок победителя (размером лишь чуть побольше, чем у меня с Нерсесом), пожал руку каждому из тройки и отошёл назад в толпу, – Атоев сразу подхватил «свою» бутылку и принялся было её трясти, чтобы взбить пену и отдаться одному из самых приятных гоночных ритуалов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я остановил его насмешливым вопросом:
– Эй, а как же гимн?
Мы сняли кепки и стали ждать музыку. Прошло полминуты, пауза затягивалась, и кто-то махнул нам: дескать, давайте уже быстрее. Мы тут же повеселели, натянули кепки обратно и принялись увлечённо поливать друг друга шампанским.
Эх, комбинезон потом стирать…
Вскоре всё закончилось и мы, забрав свои трофеи, а также почти опустевшие бутылки, стали расходиться.
Идя по заполненному людьми пит-лейну, я услышал, как меня кто-то зовёт. Замер, обернулся – и увидел Нико, остановившегося в паре шагов от меня.
Финский гонщик был напряжён и неотрывно на меня смотрел. Он не улыбался; лицо его выражало неприкрытый вызов.
– Не знаю, как ты это сделал, но это было круто, – сказал он, глядя мне в глаза. Затем наставил на меня указательный палец: – Больше я тебе не проиграю. Завтра у всех нас будут новые шины, и обещаю: я тебя сделаю.
– А как же Атоев? Сегодня вроде как был его день, – усмехнулся я.
– Он хороший пилот, и ему вдобавок сильно везёт. На этом этапе мне трудно с ним бороться. Поэтому я выбрал на уик-энд своим главным соперником тебя. Ведь чтобы догнать Владимира, мне понадобится сначала разобраться с тобой, правильно?
– Исаакяна забыл. – Я кивнул в ту сторону, куда ушёл «бронзовый призёр» гонки.
– Его я на первом же круге пройду, – отмахнулся Кари. – А вот с тобой надо будет повозиться…
– Смотри не надорвись, – ответил я.
Зажал кубок под мышкой, чтобы освободить руку, растопырил два пальца и направил их от своих глаз к его.
«Принимаю твой вызов».
Нико наклонил голову: договорились, мол. Я кивнул ему в ответ и продолжил путь.
О, да у меня появился непримиримый противник! Что ж, будет интересно с ним побороться за титул.
«Тем приятнее будет тебя обгонять», – вспомнил я собственные слова, сказанные финну в шутку три месяца назад.
Кто бы знал, что теперь всё станет серьёзно как никогда.
И это только середина чемпионата. Что же будет ближе к концу?..
«Всё зависит от меня. И от нас всех. Как поведём себя и машины, – так и будет. А там посмотрим», – подумал я.
* * *
Воскресенье, 16 августа
– Нерсес, будь аккуратен в первом повороте: Кари может попробовать тебя выбить. Вообще на первом круге следует ехать предельно осторожно. Иначе кто-то в кого-то врежется, при этом кому-то третьему что-нибудь поломают, и часть очков в итоге перейдёт к финнам. А этого допустить мы не можем. Ну всё, погнали.
Одетые в комбинезоны и шлемы – до заезда оставалось меньше получаса, – мы все по очереди дали друг другу пять и стали при помощи инженеров и механиков рассаживаться по болидам.
Спросите, чему был посвящён устроенный мной по пути к пит-лейну «брифинг»? Да всё просто. Нет, я не взял на себя роль лидера команды: на неё лучше подходил Владимир, который стоял в сетке чемпионата выше всех наших и победой обеспечил себе поул во втором заезде… хотя все, включая его, ко мне и прислушивались. Наконец-то.
Догадаться несложно. Я опять захотел предотвратить серию инцидентов в гонке. По «дефолтному» ходу событий из борьбы должны были за двадцать пять жалких минут выбыть аж шесть участников. Я же хотел дать им шанс – а заодно и самому отчасти оградить себя от неожиданностей: врезаться-то кто-либо мог и в меня (на всякий случай украдкой постучал по монококу, хоть и знал, что он не деревянный).
Проезжая короткий круг в направлении стартового поля, я невольно воскрешал в памяти виденные на «Ютубе» несколько субъективных лет назад кадры. Вылет Исаакяна и Ахмеда в первом повороте; британец потом вернулся на трассу, но за пять кругов до финиша уехал на пит-лейн. Разворот Масленникова кем-то из соперников в глубине пелотона. Авария Троицкого и Матвеева под сэйфти-каром в начале второго круга – причём болид Никиты подлетел в воздух и приземлился на машину Евстигнеева, сломав тому носовой обтекатель. Сошедший также из-за поломки антикрыла Ситников…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
