За разговором мы не заметили, как на горизонте возникла мертвая роща. На глазах девушки появились слезы, она, незаметно от меня, отвернулась в другую сторону. Я крепче прижал её к себе, и мы как можно быстрее проехали это место. Предлагать заехать посмотреть, я конечно не стал. Хотя, если бы ехал один, обязательно заглянул бы, посмотреть, как там дуб поживает. Его макушка торчала над деревьями в нескольких километрах и манила меня. Через несколько часов мы уже были в деревне. День клонился к вечеру, но было еще светло.
Дома
Как было приятно снова очутиться в своем доме. Где все такое привычное и родное. А ведь прошло чуть больше недели, как я его покинул.
Все мои запасы присутствовали, но заметил, что кто-то всеж покопался в моих вещах, но вроде все ценное на месте, сказал об этом девушке, оказалось, что она тоже заметила и проверила. Но в отличие от меня не только свое, но и мое. Все оказалось на месте, поэтому и не стала ничего мне говорить.
Но последний раз ели мы еще вчера, поэтому первым делом пообедали ну и поужинали заодно.
За это время у нас успело перебывать все население деревеньки.
Все были счастливы снова меня видеть. Каждый пытался рассказать, как он за меня переживал.
Про темненькую, ни слова. Как и не было её…
А потом каждый! Высказался, мне, по секрету, конечно, что он рад, что я выгнал ту чернявую, и нашел себе приличную девушку. Что она светлая эльфийка, мне показалось, никого не смутило. Многие тихонько напоминали, что день свадьбы назначен, мол, что праздник то отменять?
Приходилось выслушивать. Хотя и очень хотелось всех выставить за дверь и просто наслаждаться домашней атмосферой. Новая девушка обладала замечательным слухом и все это прекрасно слышала, повеселилась вволю.
Заодно решил проводить Силимона до дома. По дороге домой напомнил про заколку. Он минут пять её "вспоминал", но в итоге отдал, со словами берег, как память обо мне. Я ему пообещал на память подарить что-нибудь более запоминающееся и вернулся домой.
Дома показал брошку. Сразу сообщил, мол, хотел преподнести как свадебный подарок.
Та произвела странное впечатление. Эльфийка явно расстроилась, но объяснила:
– Уверена, что хотел сделать мне приятное. Но я тебя прошу, в следующий раз решишь мне что подарить, лучше спроси. Я тебя очень прошу. А эту лучше закопай.
Заинтригованный, постарался разузнать, что это за вещь. Всё-таки столько неприятностей из-за неё. Чтобы не смущать, спрятал в карман, когда успокоилась – рассказала:
– В их роще такие заколки дарились девочкам в момент, когда они получали первое имя. Им очень гордились – это было первое и единственное, официально дозволенное украшение. Но носили только до момента взросления. И такой подарок любая взрослая эльфийка воспримет очень …неадекватно.
Я улыбнулся и сказал:
– Хороший обычай. Он мне нравится. Я обязательно сохраню её.
– Но зачем? Удивилась она.
– Я подарю её нашей дочке!
После этих слов она быстро успокоилась и снова заулыбалась.
Вечерело. Мария начала беспокоиться, но мне почему-то казалось, что с приходом в родной дом все ужасы развеются. Оказался не прав. Все оказалось много хуже.
Способ действовал, но в деревне у него оказался очень неприятное свойство. Собаки соседей.
Оказывается, они тоже слышат, и, похоже, очень хорошо.
Всю ночь деревня не спала. В отличие от эльфийки, которая сразу после воздействия вырубалась, собаки еще долго продолжали возмущаться произошедшим.
Нужно было срочно придумывать иное решение. Да и каждодневные ночные истязания девушки меня морально выматывали все сильнее.
Решение пришло. Это были наручники, и по началу они выполняли свою функцию. Девушка была рядом, я её придерживал, чтобы она не ударилась в злобе, а она высказывала мне много неприятных слов. Причем не только на знакомом мне языке, но проскальзывал и другой. По его мелодичности решил, что эльфийский. До этого я его так помногу не слышал, но мне он нравился. Хотя она на нем пока только ругалась. Вот с этим для меня произошла загадка. Сам язык не понимал, но мой мозг выцеплял куски фраз заменяя их понятными словами. Они были в основном про меня и неприятные. Со временем, повторяющиеся обороты непроизвольно запоминал.
Днем выяснял непонятные моменты и шутил, что скоро стану специалистом по эльфийской ругани. Нет, как таковых ругательств у них нет, но иные обороты, с описанием травок и пчелок, порой даже меня заставляли краснеть.
Но зато я больше не заставлял страдать свою любовь, и меня это радовало. А слова… я и не такое слышал, тем более понимаю, не она это говорит.
Утром Мария была довольна. Голова у неё болела значительно меньше. Единственное, на что она жаловалась, что со связанными руками было неудобно спать, руки затекали.
Ну что, пришлось срочно шить смирительную рубашку. Она была вполне счастлива. Да и голова больше так не болела. Потом, намного позже, она мне признавалась, что когда я использовал тот метод ее, потом весь день мутило.
Теперь засыпали вместе счастливые, она клала голову на моё плечо, я вдыхал запах её волос, рукава ночной рубашки крепко связаны,… по традиции ночью только спим… но все равно чувствовать её рядом, это уже счастье. Теперь, на удивление все наши ночи проходили мирно и почти спокойно. Можно сказать, что мы расслабились, и вся наша жизнь вошла в привычную колею.
А вот бабульки мою "новую" девушку, к моему огромному удивлению, полюбили и теперь нас вдвоем воспринимали одинаково.
Деревня Лесная. Две Свадьбы.
Близился день нашей свадьбы. Деревня готовилась. Было немного смешно, видеть, как бабульки и дедки выкапывали из сундуков свои наряды, похоже, еще их молодости и подгоняли их.
В назначенный день в деревне появился приглашенный из какого-то города чиновник.
Вначале, увидев в качестве невесты, светлую эльфийку, тут же хотел сбежать. Мне удалось его убедить, что данное мероприятие не только не противоправное, но о нем осведомлена даже "Великая". Он конечно не поверил, но в его арсенале был кристалл правды, чуть позже, держа на нем руку я сообщил:
– мы вдвоем с Мариэль, были гостями в замке у "Великой".
– Мы ей сообщили о своем решении пожениться. Она в курсе нашей свадьбы.
– Великая не против, и обещала, что после нашей свадьбы, в ратуше нас будет ждать её подарок.
И снял руку с камня.
У Марии, услышав такое округлились глаза, но потом, также держа на камне ладошку, подтвердила:
– все, что он сказал, правда.
Чиновник не веря в это, попросил меня снова взять камень и соврать что ни будь.
Я с улыбкой выполнил требуемое, камень сменил цвет, показывая, что сказал неправду.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
