– Мы обсуждаем не мое прошлое. – Она искала, как бы сменить тему на любую другую, только бы не говорить о том, как Эдмунд отверг ее. – Зачем все-таки вы явились сюда? Я не верю, что лишь для того, чтобы сделать приятное леди Дерринг.
Ник немного помолчал, раздумывая, перейти ли к другой теме, или настаивать на обсуждении ее брака с Эдмундом. Наконец он ответил:
– Из любопытства, полагаю. Мне хотелось посмотреть на ваше первое появление в обществе.
Мередит усмехнулась и подошла к нему, чтобы снять воображаемую пушинку с его фрака.
– Поразительное признание для человека, поклявшегося ненавидеть меня. – Она задержала руку на его груди, постукивая пальцем по твердым мышцам, скрытым под дорогой тканью.
– Я никогда не говорил, что ненавижу вас, – ответил Ник. Его блестевшие в темноте глаза напоминали ей глаза хищника. – Просто я не доверяю вам. Вы, миледи, представляете собой беспокойство… сложности, которые мне совершенно не нужны.
Его слова задели ее. Беспокойство. Сложности. Но не она сама. Всего лишь залежавшийся товар, который надо сбыть. Мередит оторвала руку от его груди и вздернула подбородок.
– Я прошла проверку? – Она потерла пальцы, словно стараясь стереть ощущение этого прикосновения.
– Могли бы обойтись без пения. Знаете ли, не приманишь пчел уксусом.
– У меня не было выбора, – пробормотала она.
Он протянул руку к густому локону, живописно падавшему на ее плечо.
– Цвет вашего платья выгодно подчеркивает цвет ваших волос. К счастью, леди Дерринг одевает вас лучше, чем родную внучку.
Мередит взглянула на свое платье персикового цвета из переливающегося шелка, при этом простом комплименте она покраснела от удовольствия.
Словно пожалев о сделанном комплименте, он тут же добавил:
– Однако декольте слишком глубокое.
– Такова мода. И оно не глубже, чем на платьях присутствующих здесь женщин, – оправдывалась Мередит.
– Не каждая из них обладает вашими прелестями. – Он выпустил из руки локон и провел пальцами по ее груди.
От этого невинного, безусловно, не намеренного прикосновения щеки Мередит запылали. Только ей почему-то было трудно держать свои руки в покое. Он ясно показал свою неприязнь к ней. Она оглянулась по сторонам, она искала, на чем бы остановить взгляд, чтобы не смотреть на него. На чем-нибудь, кроме его лица. К сожалению, она увидела лишь пустой сад и острее осознала, где находится, и что они были совсем одни. Последний раз, когда они оставались наедине… у нее перехватило дыхание, и Мередит отогнала эти мучительные воспоминания.
Она прикусила нижнюю губу.
– А мое поведение? У вас есть претензии на этот счет?
– Вы нуждаетесь в моем одобрении, Мередит? – спросил Ник. При всей мягкости его тона в его вопросе звучала угроза. – Кажется, раньше вы не искали его.
– Конечно, нет. Мне просто любопытно. – Она вздрогнула и обхватила себя за плечи. Потому что ей было холодно. А не потому, что его слова вызывали у нее дрожь.
– Тогда, чтобы удовлетворить ваше любопытство, я скажу вам, что не могу одобрить ваше поведение. – В его голосе слышалось явное осуждение.
Она взглянула ему в лицо и положила руки на бедра.
– Я вела себя подобающим образом, – возразила она.
– Из-за вульгарного флирта. Не подобающего почтенной вдове, у которой только что кончился траур.
Мередит чуть не задохнулась и яростно затрясла головой.
– Это неправда. Мне не следовало спрашивать. Ваше мнение для меня ничего не значит.
Она развернулась, чтобы убежать, но Ник схватил ее за руку и заставил посмотреть на него.
– Вы спросили, так что теперь слушайте. Вы развязно вели себя с молодым Хейвернотом. Вы уже остановили свой выбор на нем?
Презрительная насмешка в его голосе озадачила Мередит. Она перевела взгляд с его лица на его руку и снова на его лицо. Почему его волнует, с кем она была, если она нашла, за кого ей выйти замуж?
– Мы только что познакомились. Еще слишком рано что-либо решать.
– Тогда я посоветую не слишком любезничать с ним. Человеку, за которого вы в конце концов выйдете замуж, может не понравиться, что вы ведете себя с другими джентльменами как потаскуха.
– Я не потаскуха, – прошипела Мередит. – И какое вам дело, как я себя веду, как я ищу себе мужа? Таково было ваше указание, ведь так? Вы ничего не говорили о том, как я должна себя вести. Или вы устанавливаете новые правила? Если ваше условие таково, что джентльмен, которого я сочту подходящим для брака, нуждается в вашем одобрении, то я об этом слышу впервые.
Ник заговорил, понизив голос до хриплого шепота, от которого волоски на ее затылке стали дыбом.
– Вы на глазах у всех держали его руку и танцевали с ним три раза. Поверьте, не я один заметил такую развязность. Свет питается сплетнями. Вы хотите испортить себе репутацию еще до открытия сезона? Таким путем вы не получите предложения… по крайней мере такого предложения, какого хотите.
От ярости у нее запылали щеки, и она покраснела до корней волос. Она не могла поверить, что он, истинный светский пария, читает ей лекцию о приличиях, когда сам благоденствует, оскорбляя чувства других. Затем она подавила даже последние капли сомнения в том, чем вызвано его недовольство ее поведением. Его мнению не хватало убедительности. Ведь в тот же самый вечер он отчаянно флиртовал с замужней женщиной, не думая о приличиях.
– Сомневаюсь, что заслужила столько внимания общества. Все внимание его скорее было обращено на вас с баронессой. Завтра все заговорят о лорде Брукшире, распутнике, питающем слабость к замужним леди.
– Однако мы говорим о вашем поведении, – решительно напомнил Ник. – Меня беспокоите вы.
– Не понимаю почему. Вы мне не отец! – отрезала Мередит, возмущенная тем, что он считал, что имеет над ней безграничную власть, как будто действительно был ее близким родственником.
– Я, черт побери, хорошо это знаю, – огрызнулся он, впиваясь пальцами в ее руку. – Но если бы вы перестали так упрямиться, то могли бы выслушать меня. Или вам неинтересно, какую репутацию вы заслужили в городе? Может быть, вы несерьезно говорили о новом замужестве. Может быть, вы мне лгали. В очередной раз.
Задыхаясь, Мередит попятилась, но Ник крепко держал ее за руку.
– Конечно, я не лгу. Неужели вы думаете, что я хочу остаться у вас под каблуком навсегда и терпеть постоянное вмешательство в мою жизнь?
Он притянул ее к себе, и она тотчас же почувствовала, как его мускулистая грудь прижалась к ее груди.
– Любой джентльмен хочет, чтобы его жена была безупречна. На той, с которой он забавляется, он никогда не женится. Даже если он захочет, его семья не позволит ему. – Ник указал на дом. – И что-то подсказывает мне, что семья этого мальчика повлияет на его выбор невесты.
