"отвести"?»
— Могу, — лениво отозвался хухлик. — Только не за просто так…
«Пф! Больно надо мне с тобой дашь на дашь заключать! Выпускников готовили к трудностям, — интуиция молчала, но ввязываться в пусть словесный, но всё же договор с водяным чёртиком не хотелось. — Пусть…»
— Пусть, — хухлик вальяжно развалился на коленях. — Тем более Тень лишь душе навредить может. Физических увечий не нанесёт…
«Что ты хочешь?!»
— Ха! Попалась… Впрочем я не обманул. Три поворота и твоего потенциального наставника засосёт унылая Гримма.
«Ты будешь отвечать или нет!?» — Паника накатывала как-то слишком быстро.
— Соглашайся на желание вслепую… полукровка слишком быстро бежит.
«Скотинаааа…»
— Определись уже. То я — козёл, то — обжора… теперь вот до скотины скатились. Пять секунд…
— Согласна!
Кот исчез с громким хлопком, а сидящие рядом со мной испуганно вздрогнули из-за рычащего тона, которым я подписалась на очередное приключение.
— Леся? Ты себя хорошо чувствуешь? — Тати дотронулась до моего лба тыльной стороной ладони.
— Нормально. Смотрите, вон… тень куда-то исчезла, — поморщившись, внутренне выдохнула.
Магистры, стоящие по контуру вырубленного в земле лабиринта, непрестанно хмурились, не понимая, почему целители до сих пор остаются без работы. Все животные, пойманные в Нижнем мире специально для того, чтобы потрепать боевиков, бестолково прятались от них по лабиринту.
По рядам прошёл вздох разочарования, а я, приняв скорое исполнение желания Корвина, как честную оплату за труды хухлика, стала хихикать.
Впрочем, любители зрелищ без этих самих зрелищ не остались.
Половина боевиков вывалялась в вонючем рве, грязь которого, оказывается, плохо воздействовала на кожу. Целители даже устали приводить боевиков в порядок.
Потом был сруб и горизонтальный снаряд с гуляющими по нему фигурами, которые стреляли дротиками на уровне пяток. Препятствие чем-то напоминало шахматную доску и в принципе нравилось мне до тех пор, пока я не поняла, что нечто подобное ждёт меня в недалёком будущем.
Как-то незаметно, захотелось стать стихийником.
«Хотя — нет, — глянув на Зельцера, который считался самым крутым воздушником на факультете стихийников, поморщилась. Валентин следил именно за скоростью перемещения фигур. Его маньячное старание капельками пота выступило на лице, так он желал зацепить боевиков дротиками. — Какие-то они злые…»
Банно успешно преодолевала преграды, почти догнав ребят Эля. И тут ей прилетело именно от Валика.
Откатившись в сторону, девушка выдернула дротик из ноги и, наградив Зельцера бешеным взглядом, отправила маленькую иголку ему «обраточкой» … прямо в лоб.
Это было не смертельно. Насколько я смогла разглядеть с первого ряда, тонкий и короткий дротик был способен проколоть только эпителий, однако функция его заключалась в другом. Парень моментально, как и сражённая им жертва, покрылся пятнами, переставая подгонять фигуры.
— Нарушение! — Взревел один из магистров, по-моему декан стихийного факультета.
Профессор Бард только подмигнул Алис, которую быстро потащили целители, вслед за его племянником.
— Разберёмся.
Остальная часть боевиков прошла снаряд без единого повреждения.
Сетку ребята проскочили аж бегом. Трибуны громко хохотали, наблюдая, как студенты извиваются, взбираясь по змеям. Со стороны это реально выглядело комично, но мне было не до смеха.
Приближался бум.
На коленях опять появился кот.
Его усы дрогнули, прежде чем хухлик проследил за моим взглядом.
— Сейчас будет жарко.
«Ага… Лучше признавайся, что за желание!»
— Если честно, я ещё не придумал, — хухлик широко зевнул. — Дай подумать. К концу этого экзамена скажу.
«Нагло врёшь. Я же чувствую, что давно придумал».
— Не мешай… смотри, демон сейчас останется без штанов!
Вскинув голову, удивлённо открыла рот, Элияр раздевался на линии гимнастического бревна.
Глава 42. Подопечная, которую не хотели
Когда Бусан сдёрнул футболку, я резко вздохнула и задержала дыхание.
Наверное, все девушки, сидящие на трибунах, задохнулись вместе со мной — слишком громким получился вдох.
Такая синхронность взбесила.
— Дура, — мяукнул Корвин, не больно кусая меня за руку. — Куда так хватаешь!? Или гладь благородно или иди душить того, кого ревнуешь! Я тут причём?!
Ох, как хотелось огрызнуться! Даже обидно стало, что кота никто, кроме меня не слышит, а мне рта открыть нельзя! Думать яростью — никакого удовольствия!
Одна радость, если мои мысли не направленны на желание поговорить с фамильяром, он меня тоже не слышит! Хоть подумать об этом стриптизёре можно, не опасаясь дальнейших подколов со стороны хухлика.
«Красивый гад…»
Солнце уже давно скрылось за горизонт, но шикарный торс и всю в татуировках спину парня в свете пламени было видно, как на ладони.
Глядя на Элияра, хотелось навсегда избавиться от безусловного рефлекса — не моргать и не глотать… пусть слюнки бегут… Бесило только, что бежали они не у одной меня. Даже Татиана смотрела на полукровку с интересом, жутко меня раздражая.
Когда Элияр создал вокруг себя воздушный купол и прямо пошёл по бревну, круче любой фотомодели, мне вдруг захотелось поговорить.
Гладя Корвина дрожащими пальцами, мрачно зыркнула на принцессу:
— И как будет проходить предвыборка? Типа, лучший к лучшему?
— Давай не сейчас, а? — Тартис, попыталась отодвинуться от меня, вглядываясь в боевиков.
— Хочу сейчас…
— Хмм… да, именно так.
— А когда станут известны наши результаты? Очень уж хочется узнать о соотношениях.
— Списки вывесят завтра утром, одновременно со списками пятикурсников. Леся, ты мешаешь мне смотреть на Адриэля, — зашипела Тати, заставляя меня покраснеть от неловкости.
«Ой! Я же забыла, что сестрица тоже фанатка, только совсем другого пятикурсника. — Через секунду побледнела, осознав, что сказала. — Ой! Что значит — "тоже"!?»
— Я к фанаткам не отношусь…
— Да-да, — то ли фыркнул, то ли чихнул фамильяр, прикрывая блаженно глаза от моих не прекращающих поглаживаний.
Тати обиженно замолчала.
— Это я не тебе, — извинилась сразу, окончательно и бесповоротно багровея от стыда. — Корвин…
— Ну, ты и наглая! Я ж молчал!
Спихнув кошака с колен, надула губы.
«Чеши спать, а то ещё лопнешь от количества моих эмоций».
— Сколько раз повторять — я завязал. Теперь питаюсь, как и ты, обычной едой. А будешь меня прогонять, загадаю такое желание, что извинения за все грехи просить будешь!
«У кого? У тебя!? Не дождёшься!»
— Ну, всё! Напросилась!
— Корвин, — одумалась тут же, но хухлик уже исчез с громким хлопком. — Эх! Лучше бы у меня Добби был со своей манией — спасти хозяина любой ценой.
«Ведь же отомстит гад… Как пить дать, отомстит!»
Ася тихо засмеялась, а Маринка погладила меня по спине.
— Не знаю, что там у тебя с котом за тёрки, но бросала бы ты его прогонять. Я на него смотрю, и мне не по себе становится, когда кот начинает на тебя шипеть и натурально хмуриться.
Вдруг трибуны ликующе закричали.
— Бусан
