Рыцарь покраснел.
— Следи за своими манерами, деревенщина!
«Вот ведь интересно, — подумал Мэт, — за манерами, значит, надо следить, а как насчет морали?»
— Как скажете, сэр рыцарь. — Он встал. — Боюсь, что больше я для вас ничего сделать, не сумею, ну разве что только историю рассказать, чтобы вы поменьше думали о боли.
Рыцарь подозрительно уставился на Мэта.
— А может, и правда? А про что история?
Мэт быстро обернулся и убедился, что словом «история» сразу привлек к себе внимание множества посетителей трактира.
— Про лорда Орландо, — ответил он рыцарю. — Племянника императора Карла Великого.
— Я про такого и не слыхивал.
— Ничего удивительного, — вздохнул Мэт. — Это просто сказка — по крайней мере в этом мире. Однако история, сэр рыцарь, замечательная, а что до исторической точности — да ну ее! Хотите послушать?
— Да! — хором крикнули все посетители, и Мэт вдохнул поглубже.
* * *
Минул час, опустели два кувшина пива, а Мэт с Паскалем разбогатели на целых два дуката.
— Слушай, да мы заработали, чтобы уплатить за постой нынче ночью, да еще и на завтра хватит! — Паскаль, похоже, забыл, что частично заработок принадлежит Мэту. — Сможем поспать, как люди!
Вспомнив удалившуюся наверх пару, Мэт понял, что ему не очень-то хочется там ночевать, как ни соблазнительно было выспаться на кровати. И еще он вспомнил про клопов, с которыми познакомился накоротке в предыдущей гостинице.
— Слушай, лучше мы прибережем деньги и поспим у огня. — Мэт вынул из мешка одеяло. — Видишь, хозяин уже велел слугам убирать столы. Того и гляди начнут выгонять тех, кто не остается тут на ночь.
— Ну ладно. Только за денежками, раз такое дело, придется приглядывать хорошенько. Хотя, с другой стороны, когда нам не приходилось за ними приглядывать? Завтра к вечеру доберемся до дома моих родичей. Там и выспимся по-людски.
Честно говоря, Мэт был почти уверен, что там их отправят ночевать на сеновал, но, может, Паскаль и прав — может, то, что он собирался увести дочь приютивших его родственников, никакого отношения к ночевке не имело. По меньшей мере покуда сквайру никто не протреплется про то, что на уме у Паскаля, глядишь, и Мэта не выставят из дому пинками. Может быть, Паскалю даже удастся благополучно смыться с его Панегирой...
Или очень сильно разочароваться. И честно говоря, второй вариант казался Мэту более вероятным.
Как только все, кому не нужен был ночлег в трактире, покинули его стены, те, что собрались тут ночевать, завернулись в одеяла и улеглись у огня. Мэт заметил: Паскалю не спится. Парень лежал с задумчивой физиономией и смотрел в одну точку прямо перед собой. Вскоре, однако, черты лица его изменились так, словно он увидел что-то страшное. Мэт пытался уговорить себя не лезть к Паскалю, мысленно твердил себе, что это не его дело, однако самоувещевания не помогли.
— Что тебе не спится? — проговорил он негромко.
Паскаль покраснел.
— Наверное, я слишком много выпил.
— Но вино не прогоняет сон. Оно, наоборот, усыпляет. Может, тебя огорчил поединок?
— Только из-за того, что я проиграл серебряный пенни, — ответил Паскаль, однако небрежность ответа показалась Мэту нарочитой, наигранной.
— Значит, поединок тебя таки огорчил, — нахмурился Мэт. — Но в чем же дело? Я-то думал, что только меня волнуют вопросы нравственности...
— Так и есть! Мне до этого никакого дела! Просто... ну, в общем, я как увидел, что рыцарь уводит даму, а дама-то — она же его, считай, лет на десять моложе, ну, я и подумал, вот ведь какие вонючие козлы они оба! Еще дрались за нее!
— О-о-о, — понимающе протянул Мэт. — Значит, покоя тебе не дает не пролитая кровь, а то, что ветреный мужчина искал взаимности у женщины моложе себя?
Паскаль, сверкая глазами, смотрел на огонь.
— Надеюсь, твою кузину не привлекают мужские потасовки?
— Не знаю. Не думаю, чтобы она была хуже других. Только я слыхал, что все женщины просто млеют, когда видят, что мужики дерутся за них.
— Ну да, сказочка известная. Ну а как ты думаешь, ей нравятся мужчины постарше?
— Да ты что! — возмутился Паскаль, пылая искренним гневом. — Он же ее, считай, вдвое старше, да к тому же, как пить дать, с толстым брюхом и вонючей глоткой!
Мэт сдвинул брови, изучающе посмотрел на Паскаля и сказал:
— Послушай, а тебе никогда не приходило в голову, что она не сможет вот так взять и забыть о том, что он очень богат?
Паскаль рывком сел, приблизил свое лицо почти вплотную к лицу Мэта и прорычал:
— Да как ты смеешь так оскорблять чистую, невинную девушку?
— Я никого не оскорблял, — поспешил заверить юного сквайра Мэт. — Я просто предположил. Значит, наверняка ты не знаешь, что он старый и уродливый?
— А каким ему еще быть? — буркнул Паскаль.
Мэт вымученно улыбнулся:
— Знаешь, некоторым удается сохранить неплохую форму, даже когда они занимаются сидячей работой. Вот только молоденьким редко нравятся сорокапятилетние. В этом смысле ты можешь, пожалуй, быть спокоен.
— Но у меня-то что есть? — вздохнул Паскаль. — Только одна молодость! Ни красивого лица, ни фигуры, ни денег, ни титула! Как подумаю про это, так прямо Дрожь пробирает, только все равно не могу... Как увидел этого рыцаря, уводящего даму наверх, где они предадутся плотским утехам... А тот-то, который собирается в скором времени обольстить мою драгоценную кузину, что он за человек?
— Интересный вопрос...
Мэт задумался: каким образом этот перспективный жених сколотил состояние? А еще, что скажет рыцарю его жена, если когда-нибудь узнает об этом ночном происшествии. Почему-то Мэту казалось, что даже собственная неверность мужу не способна усыпить в ней оскорбленные чувства — в этом Мэт Паскалю не верил. На своем опыте Мэт знал, что многие люди считают свои маленькие грешки совершенно в порядке вещей — вот все остальные, по мнению таких людей, ведут себя просто безобразно.
* * *
Окна залил серый предутренний свет. Мэт стал будить Паскаля.
— Вставай, соня! — бормотал он, тряся спутника за плечо. — Хочу выйти пораньше!
Паскаль приоткрыл один глаз, оценил освещенность или ее отсутствие и, закрыв глаз, простонал:
— Но еще даже не рассвело толком!
— Да, но нам надо пройти много миль, а мы же не хотим прийти на место изможденными, верно? Мы решили добраться до замка твоей кузины засветло, помнишь?
На самом деле Мэту просто хотелось убраться из трактира раньше, чем туда спустятся рыцарь и дама. Теперь, когда он сам был женат, чужие интрижки воспринимались как-то болезненно. А почему — на этот вопрос ему упорно не хотелось отвечать.
Но не успел Паскаль подняться, как на лестнице появился рыцарь. Однако то был не рыцарь-победитель, а тот, что проиграл. И с ним была не дама, а одна из служанок. Она повисла на здоровой руке рыцаря и заливалась смехом — рыцарь чем-то ее развеселил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
