делал это не один раз.
У меня снова появилась надежда, что все закончится хорошо, потому что чернильная волна уже не двигалась, скованная плотными канатами нашей объединенной силы. Неужели сейчас все закончится?..
И стоило мне так подумать, как сеть неожиданно лопнула и черная волна устремилась вперед, быстро преодолевая расстояние.
Сердце замерло. Я даже перестала дышать, словно зачарованная наблюдая, как прямо на нас несется темная лавина. В сознании билась мысль, что надо бежать, делать хоть что-то для собственного спасения, но тело отказывалось повиноваться, будто враз окаменев. Да и бежать бесполезно. От этой волны не спрятаться, не скрыться. Она настигнет в любом случае. И если мне суждено здесь погибнуть, значит, так тому и быть. Я лучше встречу свою смерть с гордо поднятой головой, чем побегу прочь и получу удар в спину.
Но сколько бы я ни храбрилась, все равно было страшно. Никто не хочет умирать. Все хотят проснуться в завтрашнем дне, и увидеть рассвет. Жизнь у каждого одна. Другой уже не будет. Но даже сейчас я не жалела о своем поступке. Свой выбор я сделала.
Тьма неслась вперед, с каждой секундой набирая скорость. Совсем немного – и черная волна накроет нас с инквизитором. Пора признать, что это все. Наших с Рэджином объединенных усилий не хватило, чтобы остановить несущуюся смерть. Не смогла я спасти Нарами. Мир погибнет, и я вместе с ним…
Выругавшись, инквизитор рванул ворот плаща и тот, лишившись шнуровки, упал на скалистое плато. Из груди Рэджина хлынул столь яростный, обжигающий свет, что я невольно зажмурилась. А спустя мгновение пришло понимание: он активировал печать настолько мощную, что после ее действия не останется носителя. Рэджин просто умрет, потому что законы магии жестоки и, как когда-то сказал Таггар Сиери, за заимствованную силу приходится платить. Иногда даже собственной жизнью. Именно поэтому Рунная магия давно под запретом. Именно поэтому ее используют лишь в крайнем случае, когда иного выбора нет.
Глаза наполнились обжигающими слезами. Не зря же Рэджин говорил, что нашел способ справиться с Тьмой, вот только не стал упоминать, какой ценой он этого достигнет. И теперь он использовал последний шанс спасти родной мир…
В воздухе прямо перед нашими лицами вспыхнул ослепительно белый щит, о который разбилась первая волна Тьмы. Но на этом не закончилось. Вечная сила откатилась назад, чтобы нанести новый еще более сильный удар по установленной преграде. Но насколько его хватит? Сомневаюсь, что надолго.
– Тебе здесь больше делать нечего, – ровно произнес инквизитор, поворачиваясь ко мне. – Ты должна вернуться.
Я молчала, да и что сказать? Я до последнего надеялась, что у нас все получится. Но теперь, видя, как сквозь разорванную тунику ослепительно полыхает печать на его груди и, понимая, что я больше никогда его не увижу, мне хотелось кричать от бессилия. Как бы я его ни проклинала, но никогда не желала смерти. А теперь и вовсе, узнав его ближе, я хотела, чтобы он жил.
– Иди сюда, – с этими словами он притянул меня и прижал к себе в последний раз. – Не надо расстраиваться. Все будет хорошо. Не забивай себе голову мыслями обо мне. Нижний мир будет жить… ты будешь жить. Я отпускаю тебя, моя ведьмочка…
Отстранившись, я сквозь слезы взглянула на мужчину. Он хмыкнул, аккуратно убрал выбившуюся из прически прядь с моего лица и коснулся впадинки между ключицами. И прежде, чем я поняла, что происходит, грудь пробила острая боль, а печать контроля исчезла.
Как только боль ушла и снова появилась возможность дышать, я посмотрела на инквизитора. Он удерживал меня в объятьях, не давая упасть. Значит, я права, и это место станет его последним пристанищем. Иначе Рэджин никогда бы меня не отпустил…
– Теперь ты свободна, – печально улыбнулся он и отвернулся в сторону бьющейся о яркий щит Тьме. – За тобой пришли. Прощай.
– Рэджин…
Он не ответил и не обернулся, продолжая смотреть с высоко поднятым подбородком на очередную волну Тьмы.
До меня не сразу дошел смысл его слов. Ведь Таггар Сиери не сможет спуститься в Нижний мир. Я знала, на что шла. Но оглядевшись, заметила красные буркала Лоя, который стоял совсем близко. Советник все-таки нашел способ снова вырвать меня из смертельной ловушки.
Но как же Рэджин…
– Хозяин ждет, – едва слышно прошелестел тень и, обхватив меня за талию, потянул вверх, быстро поднимаясь по незримым ступеням. – Инквизитор уже обречен. Он сам выбрал свой путь.
Лой каким-то непостижимым образом почувствовал мои терзания и понял, о чем я думаю. Но для него, преданного слуги, не было ничего важнее приказа Сиери, и медлить он не будет.
Я оглянулась в последний раз и увидела, как лопается световой щит, как Тьма с разгону несется вперед, встает на дыбы и нависает над крохотной человеческой фигурой, и как эта фигура вырастает, становясь белым драконом. Видела и то, как волна устремилась вниз, но, не достигнув цели, отпрянула, как ослепительная печать на груди Рэджина действует, втягивая в себя темный поток до тех пор, пока полностью не поглощает собой Тьму. И как могучее тело дракона тяжело опускается на каменистое плато и остается без движений…
А потом перед глазами все померкло. Граница между мирами была пройдена.
***
Здесь, в Верхнем мире вовсю светило солнце, дул теплый ветерок, принося с собой ароматы полевых цветов, но я не обращала внимания. Глаза застилали слезы. Я смахивала их ладонью, но они не прекращались. Жалость в душе разрасталась с каждым мгновением, а я ничего не могла поделать…
И ведь хуже всего, что я не знаю, выжил ли Рэджин и сумел ли он спасти Нижний мир.
С громким грохотом края Разлома сошлись, оставив на земле рубец, хоть как-то еще напоминающий, что когда-то на этом месте был проход в другой мир. Значит, я уже никогда не увижу Нарами и не узнаю о судьбе Первого инквизитора. А так хотелось надеяться, что печать его не убила…
– Кирайя, дочка, – послышался голос моей настоящей матери, а потом и вовсе я оказалась в ее нежных объятиях. Лишь предки ведали, как мне сейчас нужна была поддержка, и какой груз свалился с плеч, стоило узнать, что она спаслась. – Вы все-таки успели вернуться…
– Мама, – это слово неожиданно далось легко, – где Таггар Сиери?
Я должна была срочно его увидеть и убедиться, что с ним все хорошо, и он не активировал часы. Потому что… если и он погибнет, то я просто этого не перенесу…
Нарами вдруг напряглась и отстранилась. Смахнув
