Читаем без скачивания Сирахама - Артур Прядильщик

- ... Ты будешь выполнять простейшее ката, Кенчи. Но перед этим попытаешься войти в измененное состояние сознания. Вспомни свое состояние после стакана спирта - может быть это тебе поможет. Если помнишь, конечно. В общем - вырабатывай свой способ «включения». Все, что я тебе говорил тогда, остается в силе. Уж это, надеюсь, ты помнишь - в тот момент твои глаза вроде как были вполне вменяемы. Постарайся находиться и в рамках ката и в рамках «потока», который тебя понесет. Не бойся некоторые движения выполнить «грязно» или «нетехнично» - сейчас это непринципиально. Импровизация. Будто впервые это ката выполняешь. Понимаешь?

- Кажется...

- Вот! Это очень правильное слово! В тех сферах, к которым мы сейчас прикасаемся, «кажется» - один из лучших аналогов понимания. Основная твоя проблема сейчас будет - быстро «включиться». - От Акисамэ плеснуло ехидством. - Ну, ты, Кенчи, уж постарайся не отвлекаться на голос дочки Ма Кэнсея. Ладно?

- Хорошо, Акисамэ-сэнсэй. - Серьезно кивнул я.

- А теперь, - Радио снова заговорило голосом Ренки. - Следующая композиция. Ой, я так волнуюсь...

- Как УДАЧНО, правда, Кенчи? - Тихонько рассмеялся Акисамэ. - Ну, иди. Иди же...

- ... глазам своим не верю! Мой миленький Шкетик... Ну, здравствуй, камикадзе!

Я закрыл глаза и попытался вспомнить... Воображение у меня... Впрочем, я уже говорил - хорошее у меня воображение. «Накатило» снова. Странно, почему Акисамэ считает само включение таким трудным - у меня оно проходит очень легко... Проблемы начинаются потом - с контролем последствий «включения».

«О! Малыш! Какая удача! Пожалуй, ЭТО - одна из самых подходящих мелодий для контроля... Я, конечно, не помню, как она называется, но «Дремучий Лес» плохих композиций не делает!»

+++

- Вот это меня торкнуло! Реночка, твой Шкетик всегда выбирает та-а-акие чумовые песенки! Кстати, в рейтинге Шкет поднялся уже на восьмое место! Держись этого паренька, Реночка! Потому что...

Видимо, Акисамэ выключил радио, вывернув регулятор громкости, потому что звук стих. Рядом, где-то за закрытыми перегородками на улицу на энгава, если судить по ощущениям, расположились другие мастера. Страховали Акисамэ. По телу продолжала ходить дрожь, какие-то волны тепла и холода, но это уже были неопасные «остатки» шторма, бушевавшего только что.

Спохватившись, я внимательно осмотрел зал... Все на месте, ничего не поломано, не поцарапано, не испорчено. Букетик цветов под девизом в «шомен» так и стоит на месте. И «камидза», на первый взгляд, никак не пострадал.

(Шомен - главная стена в додзе. Там стоят святыни школы. Камидза - «домик духов» - алтарь в синтоизме)

- Я ничего не сломал, Акисамэ-сэнсэй?

Акисамэ все так же сидел на корточках рядом с музыкальным центром.

- Все в порядке, Кенчи. Делай «заминку», принимай душ и пойдем ужинать. Кэнсэй нас сегодня обещал удивить!

(«заминка» - комплекс упражнений, помогающий «выйти» из тренировки. Противоположность «разминки»)

- Кстати, Кенчи... - Бросил Акисамэ, когда я «скручивался» на турнике. - Все, что я тебе наговорил, пока мы ждали ТВОЮ музыку... Вполне может статься, что это был простой набор слов, чтобы сбить тебя с толку и запудрить мозги... Чтобы ты лучше и быстрее «включился». Имей это в виду, пожалуйста. Но, с той же вероятностью, это все могла быть чистейшая правда!

«Старик... я ни черта не понял! Главной цели - сбить меня с толку - Акисамэ все-таки добился!»

+++

- Ма-доно. Только что на «Счастливчике» абонент «Шкет»...

- Всё то же самое, Вика?

- Да, Ма-доно.

- Эксперты?

- Клянутся, что такая композиция им неизвестна.

- Запись?

- Только прямая запись микрофоном с колонок. «Счастливчик» зашифровал файл и включил защиту от аудиозаписи с флагом «защита авторских прав». По этой же причине на аудио были вставки девизов и речевок «Счастливчика» и случайное изменение уровня громкости и частот. Качественной записи не получилось...

- Ну, что ж, Викуль... подготовь материалы к завтрашнему совещанию. Тема «Экономическое положение и перспективы развития медиа-холдинга»... и сгусти краски... Ну, как ты умеешь, моя хорошая.

- Слушаюсь, Ма-доно!

- И пригласи технического директора... и - он же баран бараном - пусть возьмет с собой кого-нибудь шарящего из ребят, занимающихся «Счастливчиком». И пригласи Ма Ренку... У нее же завтра эфира, кажется, нет? Вот и отлично.

- Слушаюсь, Ма-доно!

- Спасибо, девочка! Чтоб я без тебя делал!

- Держали бы ресторан «Пекин», Ма-доно!

- ... И все такая же вредная...

+++

- М-м-м... просто изумительно! - Акисамэ. - Вкус - специфический!

- Даже... птичку... не... жалко...

- Ап-па-а-а-а...

- Ну... сойдет. Под пивко - так вааще!

- Ха! Фирма веников не вяжет! Кэнсэй сказал - Кэнсэй сделал! Сказал, что будет «Утка по-пекински» - значит, это будет «Утка по-пекински»! Молодежь, а вы чего молчите?

Ма Кэнсэй сиял. Царственным взором, подбоченясь, он важно осматривал стол, за которым сейчас собралось все Редзинпаку и дегустировало, действительно, вкуснейшее блюдо из утки.

- Утка великолепна, Кэнсэй! Добавление тмина и лимона - просто гениально!

- Ну, дык... Кенчи? А ты чего молчишь? Неужели Миу вкуснее готовит?

Вопрос, заданный Кэнсэем был сложным и провокационным... Что-то вроде, «а кого ты больше любишь - маму или папу?»

- Утка по-пекински, Ма-сэнсэй, получилась очень вкусной! До следующей готовки Миу-сан я буду помнить ее волшебный вкус!

За столом воцарилась тишина...

- А ведь неплохо! - Пробормотал Акисамэ, выуживая из-за пазухи свой коммуникатор.

- Выкрутился... шкет. - Сигурэ «втянулась» в потолок.

- Хо-хо... Видишь, Кэнсэй! Всем понравилась твоя готовка! Думаю, никто не будет против, если по выходным Ма Кэнсей будет радовать нас такими вот блюдами?

- Я - за! - Для наглядности Акисамэ поднял обе руки.

- Поддерживаю!

- Кэнсэй - повара. Харасо, насяльника!

- Пусть... готовит... уточек... - Послышалось из-за моей спины.

Кажется, это был один из редчайших случаев - Кэнсэй не знал, что ответить... С одной стороны его готовку все нахваливали, а с другой - каждые выходные...

- Я с удовольствием буду помогать на кухне! - Добила Миу. - Столько нового из китайской кухни узнаю!

А потом сзади раздалось - пф! - и что-то ужалило меня в шею.

- Сигурэ! Ты чего?! - Забеспокоилась Миу.

- Поможешь... раздеть? Как в прошлый... раз...

Не понял - что это за стыдливое смущение в эмоциях Миу?!

Дальше я уже не слышал, ухнув куда-то вниз, в вязкую вибрирующую темноту.

«Тренировочный процесс» продолжался...

+++

Если бы существовало искусство быстрого и четкого выхода из бессознательного состояния - какое-нибудь там «аут-дзюцу» или «амнезия-до» - то я уже, несомненно, был бы мастером третьего, а то и четвертого дана! Во всяком случае «первое мастерское ката» - выход из беспамятства - я выполняю за секунду!

Привычка, вбитая в меня Сигурэ (я считаю, что если Хаято Фуриндзи - сверхчеловек, то Косака Сигурэ - суперженщина: привить мне такой рефлекс всего за пару месяцев исключительно с помощью цоканья языком! - это какая-то суперспособность!) заставила, не открывая глаз и не двигаясь, быстро вникнуть в окружающую обстановку.

М-да, могло бы быть, конечно, и лучше. Но - не будем гневить Ками этого мира! - могло быть и гораздо-гораздо-гораздо хуже! Зная мастеров Редзинпаку...

Полулежу на земле, прислоненный к чему-то... предположительно, к стволу дерева. Вокруг лес и ближе ста метров отсутствуют живые разумные существа. Ночь (ощущения мастера аут-дзуцу утверждают, что провалялся я без сознания часа три-четыре), холодный ветер. Температура - где-то за минус. Не такой большой, но - минус. Да еще и с ветром...

А теперь - откроем глазки...

Самое печальное, что это - не сон и не активация. Я вполне себя осознаю. На всякий случай посмотрел руки, ущипнул за щеку...

Ой-ёй-ёй! Ну, мастера! Ну, удружили! Жопа-то какая!

Самое главное и печальное - вокруг снег! И это не японский снег, идущий один день в году и тающий в течение одних-двух суток. Этому снегу уже пара недель - на него уже успели упасть ветки, сучья, кора и старые листья. Что означает, что я немного севернее Токийского Залива... километров эдак на тысячу... Как бы не в родных краях. Сколько там от Токио до Владивостока? Как раз тысяча «кэмэ» и получается.

Меня переодели. И одежда соответствует погоде: на ногах светлые ботинки с высокими берцами. Белые из крепкой плотной ткани брюки на подтяжках. Низ брюк присборен и плотно обжимает берцы в районе щиколоток. Ну, правильно - снег. Хоть и неглубокий.

Верх - белая дутая куртка «аляска». Теплая и мягкая. Очень удобная. И ткань хорошая - не шуршит. Под курткой - свитер на молнии. Флис, кажется. Тоже белый. Под свитером - провел рукой - что-то сильно обтягивающее скользкое... термобелье?

На руках - белые матерчатые перчатки. Самые обычные. Даже без этих пластиковых пупырышек.