помощь, Кукла усмехнулась. — Не придется никого вязать или глушить. Все уже сделали за нас. Лях, ты будешь проверять — наша Инга или нет.
— Да, конечно! — кажется я все-таки засмотрелся на окружающий перформанс, и немного отвлекся. — Сейчас.
Руки на голову Кондрашевой, затащить ее в Чертоги. Быстро прогнать поверхностные воспоминания и мысли — божечки, и эти люди запрещают нам ковыряться в носу! Предполагаемая дочка Наба содержала не притон для извращенцев, она была королевой сообщества садо-мазо братии этого города. И сегодня у них тут был прием-оргия. С приглашенными из столицы «звездами» — теми двумя рыжими красотками в латексе, которых я принял за помощниц владелицы ночного клуба.
Ладно, это нам не особенно интересно! Хотя… вот этот способ связывания выглядит… Так, Лях, собрался! Что там глубже? Бухгалтерия, имена клиентов, компромат на целую кучу людей — ну, естественно! Содержать такой специфический бизнес, и не обзавестись им, было бы настоящим преступлением. Есть интересное? Нет, одни только сексуальные девиации, причем большей частью вполне безобидные. Но опасные при обнародовании, если ты какой-нибудь депутат или известный предприниматель.
Спускаемся еще глубже. Еще один слой, и я рискую превратить мозги нашей пленницы в кашу. Не то, чтобы мне ее сильно жалко, но овощем она нам не поможет выйти на папочку, да и ребятам обещал, что с ней ничего плохого не случится. На потаенных полках памяти обнаружились связи с криминалом — обычным, не Козырями. Ага, просто отстегивание за крышу, ничего такого. Счета в банках других стран — классика. Родственники… Да, блин!
— Не наша. — выдал вердикт. — Ее родители живут в небольшом городке неподалеку, даже не знают, чем занимается их дочь. А клуб — подарок одного клиента, одного из первых. Там история такая… Но вам лучше не знать, да.
— Черт, всю ночь потеряли на этих извращенцев! — проворчала Княжна.
При этом, девушка нет-нет, да и посматривала на «скульптурные композиции» из связанных людей, большинство из которых даже не узнали об изменениях в программе их вечера. Посматривала, стыдилась и снова посматривала. Подростки!
— Зато сколько нового и интересного узнали! — возразил ей Колдун.
Парень пялился более откровенно, за что был сразу же заклеймен извращенцем — женской частью команды. Из парней за него никто не вступился. Даже я. Нафиг надо!
— Зато теперь мы точно знаем, кто наша цель. — вернула всех к делам Кукла.
Ее все эти человеческие девиации в сексуальном поведении интересовали постольку-поскольку. Чисто с научной точки зрения, для понимания всех аспектов того, что делает людей теми, кто они есть.
То есть, смутить или заинтересовать мою напарницу здесь ничего не могло. Она, напомню, данный предмет изучать начинала с порно в интернете. И, как старательный Аналитик, просмотрела его в достаточном количестве.
— На 87 процентов. — уточнила Хакерша.
— Ладно, стираем ей память и валим. — подвел я итог рейду. — Игнат, убери телефон, извращенец!
Вышли так же, как и вошли — незаметно. Хакерша подчистила цифровые следы нашего здесь пребывания, а чтобы никто не связал нападение на клуб со скрывающимися ото всех новусами в федеральном розыске, оставили на полу тайной комнаты записку. С одной лишь фразой: «Мне все известно!»
Память у Инги я стер избирательно. И теперь, придя в себя, она начнет думать о том, кому перешла дорогу. Недоброжелателей у нее было много, так что владелице ночного клуба будет чем заняться.
Далее, не тратя время, мы отправились в гости к Инге-1. Жила она в пригороде, в элитном поселке с охраной, что нас, конечно же, остановить не могло. Да и что из себя представляют подобные «секъюрити»? Как правило, отставные (и весьма пожилые) военные и полицейские. Которым эта работа нужна не для приключений, а дополнительного дохода к пенсии. Такие охранники хороши лишь против бомжей, но не слаженной Структуры.
Впрочем, воевать мы с ними и не собирались. Проникли на территорию элитного поселка тайно, тупо взломав одну камеру на периметре, и перемахнув через забор. Время было уже под утро, когда мы окружили ее особняк — роскошный, но типовой, и приготовились входить. Однако, стоило только Владу, который шел первым, переступить порог дома, как в ночной тишине оглушительно прогремела пулеметная очередь.
Воин на ускорении ушел с линии огня, послав по сопряжению успокаивающее сообщение о том, что ни одна пуля его не задела. А так же картинку, что смог увидеть через небольшое дверное окошко. На ней за изящной деревянной дверью к полу опускалось толстое стальное полотно.
Такие же секунду спустя сработали и на всех окнах дома, превращая его в настоящую крепость. Надо полагать, стены особняка тоже усиленные, иначе к чему этот огород городить? Хм, надо же, а я думал со первой Ингой были проблемы…
— Вот тебе и безобидный скучный инвестиционный брокер. — хмыкнула сидящая рядом Ира. — Может, она наличку дома хранит? Что будем делать, командир?
Ответить я не успел. На крыше открылось чердачное окошко, откуда медленно выехал закрепленный на платформе небольшой динамик. Откуда почти сразу раздался женский голос.
— Я вас вижу, мерзавцы! Убирайтесь с моей земли! Не пытайтесь штурмовать дом — он строился с учетом возможностей Воина пятой ступени. Даже, если вам удастся пройти внешний периметр, то дальше вас ждут смертельно опасные ловушки, в то время, как я буду находится в капсуле безопасности. Где у меня запас воды и еды на неделю. А вот у вас столько времени нет. Я уже вызвала охрану поселка, а те сообщили о проникновении в полицию. Так что, убирайтесь, пока есть время. И передайте моему отцу, что я никогда с ним работать не буду!
Эпизод 21. POV Инга Кондрашева
Она не ладила с отцом…
Так охарактеризовать отношения Инги к Наблюдателю и той организации, которую он представлял, мог лишь человек, с рождения носящий на глазах розовые очки. Не ладила! Ха! Да большую часть своей жизни она от него бегала! И лишь когда стало понятно, что занятие это бессмысленное, Инга перешла к другой тактике.
К шантажу. Ставку она сделала на то, что Наблюдатель не станет убивать собственную дочь. Он ведь хотел сделать ее своей помощницей и преемницей. Поэтому, Инга встретилась с ним. Подстраховалась на всех уровнях (как и она, надо полагать) и поговорила. Впервые в своей взрослой жизни. И, как она надеялась, в последний раз.
Девушка знала о своем отце не слишком много.
