— 26 лямов грубо говоря. Пиздец! Мебель да, надо. Сейчас еще мне баню строят. Нашел ребят рукастых. Хочу с бассейном, тоже из кругляка, чтоб прям как в сказке. Ну-ка, посоветуй мне каким цветом диван в гостиной поставить. У меня там смены нежно салатовые, вот диван пэ-образный нужно.» Делился Леха.
«Лёшик, ты меня конечно извини, но почему ты об этом не говоришь со своей женой? Ведь вам с ней жить там, а не мне»
«Сеструх, да она сейчас другим занята. Дети на ней, беременность эта. Ходит со своей подругой — старой ключей, по больницам. Я, если хочешь знать, вообще не хочу видеть неизвестных мне людей на нашей свадьбе. Я их не знаю и в душе не ебу, и не всрались они мне там. Студент этот ещё ее. Бесит, сука, меня! Уебашить шоль его? Вот хули она к нему ездила, вот зачем? Ночевала еще там, пока меня не было. Сколько дней? Вот че они там могли делать?» Нервничал Торпеда.
«Лёша, Леша! Успокойся пожалуйста! Тебя чего понесло то? Она осталась без крыши над головой и без родных. Приехала, тебя искала. Где ей было остановиться? Не на вокзале же. Ты себе лишнего то не накручивай.» Пыталась внушить ему истину Булкина.
А Настя в большинстве своём находилась в эйфории. Скидывала Алене фотки вариантов свадебных платьев. И предлагала свое мнение, чтобы все девушки были тоже в соответствующих тонах — в бледно-голубых. Нашла она все же родственную душу тоже в Аленке. А та, как мать Тереза, сочувствовала всем и раздавала советы.
Взял как-то Леха своих мальчишек с собой и отправился на дачу, как он и хотел — забрать Агата и некоторые вещи. Прибыв на место, он встал в ступор. Ворота во двор были раскрыты, двери дома взломаны, а гаражные петли вывернуты. Легкового Мерседеса внутри не было. В доме брать было особо нечего. Но был единственный вопрос. Где его верный пес? Ведь как все давно знали, он был матерым охранником, ни кого не впускал внутрь, без хозяина. Рвал зубами.
«Обнесли…» произнес про себя Леха.
Он еще обошёл свой участок, но больше ни каких следов не обнаружил. По соседству, через дорогу от него, проживал какой-то крупный начальник из органов. Лёха тот час же отправился к нему, узнать, вдруг он что-то знает или видел. Больше всего он переживал об Агате.
— Ни чего не видел. Все тихо было. И пес твой не лаял даже. А я еще думал. Чего это у тебя ворота открыты? Может ты тут находишься. Правда ни чего не знаю. — Отвечал сосед. — Ты напиши заявление то, я ребят пришлю сюда, они все быстро сделают.
— Бляяя. Не дай бог завалили стаффа моего. Да на хуй заявление. Через своих знакомых найду тачку. — Расстроенно ответил Леха.
— Ну как хочешь.
Леха впал в депрессию. Отвёз обратно ребят Насте и отправился обратно на дачу искать Агата. Обо всем этом он рассказал естественно Аленке. Та тоже расстроилась и распереживалась. Торпеда вызванивал кому только можно, по поводу своего Мерса. И Белому и знакомым бандитам из города, что если вдруг где всплывет, в их кругах его машина, чтобы сразу же отзвонились.
Насте он не стал ни чего говорить. Просто молчал и находился в своих мыслях. А та, беспокоилась. Где он и почему так странно себя ведёт. Конечно же делилась своими переживаниями и с Алёнкой. Но она не могла и не хотела объяснять ей, раз так решил Леха. Анастасия вдруг психанула, чем совершила наверное главную свою ошибку, о которой вскоре пожалеют многие.
Торпеда тогда бродил по дворам дачного поселка и пытался разыскать свою собаку. Звал, свистел, но все было тщетно. Вспоминал, как несколько лет назад, когда он только завел себе Агата, обучал его и тренировал. Потом отвез сюда, на дачу, приезжал, кормил и выгуливал. Как хорошо Питбуль охранял свою территорию. Было дело, приехали тогда Леха с Яшкой Никитой и Аликом, в баньку погреться. За воротами сразу же услышали грубый лай пса. Ребята сразу обозначили, что не войдут, пока Леха не закроет Агата, где-нибудь в сарае.
Потом обнаружили возле забора, чей-то драный мужской ботинок и еще какие-то остатки одежды. Подумали, мол залезал кто-то, но пес его не хило подрал и ввалил пиздюлей. Потом конечно оказалось, что Агат просто откопал это тряпье и игрался с ним. Все посмеялись. Было весело, когда Лёха пьяный решил показать прием, который он научился делать, пока сидел и тренировался в зале у тестя.
Во дворе, между двух деревьев находился турник, который Алексей оборудовал еще давно, как построил дом. На нем была привязана старая боксёрская груша.
— Смотрите, как я ща с вертушки ее хуйну! — Произнес Леха.
Подпрыгнул, занес ногу вверх и поскользнувшись на небольшой лужице грязи, шлепнулся спиной об торчащие из земли корни.
Все рассмеялись и кинулись поднимать друга. Тот лежал и корчился от боли, матерясь на себя, на погоду и на этот всратый турник.
— Леша, что вообще происходит? Где ты, почему ты мне ни чего не объясняешь? Я как дура тут, готовлюсь к свадьбе, бегаю беременна по магазинам, в поисках нарядов себе и тебе, а ты вообще ни чего не хочешь делать. Это нормально? — Позвонив, выговаривала Настя.
— Не трогай меня сейчас пожалуйста! У меня сейчас тяжелое состояние, мне не до суеты всей этой. Не могу я тебе сейчас всего рассказать! — Отвечал он.
— Не трогать? Что значит не трогать? Вообще? Я тебе для чего нужна? Как нянька для детей может или как домработница? Сижу тут сутками, в неизвестности. За то Алёнку свою, во все свои дела посвящаешь, больше чем меня! Такое ощущение, что она твоя девушка, а не я! Зачем тогда предлагал замуж? Чтобы вот так взять и испытывать мои эмоции, чувства и страдания? Запрещаешь со всеми моими общаться! Зачем эта свадьба? Если ты сам не хочешь этого или не готов. Алена знает больше про твои дела, чем я. Так может ее возьмёшь в жены? — Истерила Настя.
— Все сказала? — Твёрдым голосом, уточнил Торпеда. — Ты свое нытье при себе держи! Ясно? Мне эти ваши бабские слезы и мозгоебательство — не к чему! Мне хватило этого! У меня на первом месте дети! Я попросил тебя нормально, не лезть сейчас ко мне в душу!? Раз пошла такая херня — не будет не какой свадьбы значит! Я все сказал! А по поводу Аленки, ты это тоже зря психанула! — Ответил
