толкаются, и я не соображаю, какую мысль мне думать первой.
— Она — любовница моего отчима? И причем давно? Почему он на ней не женился? — недоумеваю я. — Она же красавица. Нет, не так. Почему она его к чертям не бросила, когда он женился на другой?
— Зришь в корень. Насколько я знаю Ларису, она — барышня очень эмоциональная, но при этом достаточно меркантильная. Странная смесь, но раньше это казалось мне забавным. Так что же заставило нашу мадмуазель Шамкову засунуть язык в задницу и терпеть Казимирова? Я не исключаю даже неких чувств с ее стороны, но несколько лет смотреть на брак своего мужика… Думаю, обычных подарочков от богатого папика здесь недостаточно. Чего-то наша красавица ждет.
— Развода? — выдвигаю я очевидно предположение.
— Но с чего она взяла, что он будет? — хмыкает Данил. — Да, твоя мать старше, но она очень красивая женщина. И статус бывшей модели добавляет ей престижа.
— Пффф, — фыркаю я. — Почему любовницы всего мира годами ждут и надеятся, что мужик уйдет из семьи?
— У Лариски иной склад. Она бы уже давно себя проявила, дала бы понять твоей матери, кто главная женщина в жизни Казимирова. Такие, как она, отправляют анонимки, присылают компрометирующие фотографии… А тут тишина. Или были какие-то вещи, омрачавшие брак твоей мамы?
Призадумываюсь, но ничего такого не припоминаю. Отрицательно качаю головой.
— Думаешь, отчим ей что-то пообещал? Почему он с ней не расстался? Он не похож на человека романтичного или одержимого возлюбленной. Считаешь, он держит ее подле себя, потому что она работает в «Старз»? Лариса и есть наша крыса? Она же попала в выборку подозрительных лиц. Вот и мотив, которого тебе не хватало. Гадит тебе в угоду ему.
— Возможно, — соглашается Староверов. — Но гадить ощутимо нельзя, иначе все всплывет, она лишится работы и будет Казимирову не нужна. А по мелочи, как в этот раз… Смысла я не вижу. Ее польза для АВ только в том, что она может сливать информацию.
— Ну слив инфы произошел у тебя на глазах.
— Еще есть Леонид Шамков, — напоминает мне Данил. — Который работает в фирме предоставивший подозрительный проект.
Я даже сникаю, такая стройная версия, и все равно куча всяких «но».
— Теперь у тебя есть для размышления по поводу причин появления Казимирова в вашей жизни.
Угу. Моя голова, похоже, не приспособлена для работы с таким объемом данных при множестве неизвестных и многовариантности факторов. Мне надо все хотя бы на листочке зарисовать. Стрелочки там, линии, все дела… Как в фильмах про американскую полицию.
А ведь еще есть второй отчет. Тяжело вздыхаю. Спать уже хочется. И внезапно есть.
— Отложишь на завтра? — подначивает Староверов, поглаживая мою попу.
— Нет уж. Но когда ты, как самый взрослый и мужественны из нас, добудешь нам еды, я так и быть сделаю перерыв, — отзываюсь я и делаю акцент: — Перерыв на ужин.
А то Даниле только позволь распустить руки, и я очнусь накануне завтрашней встречи с трусиками в зубах и членом в… Короче, ролевые игры нужно отложить, и я даю ему это понять.
Наигранно сокрушаясь моей жестокости, чья бы корова мычала, Староверов связывается с ресепшен, выясняя рабтает ли еще ресторан, и могут ли нам обеспечить ужин в номер. А я, покрутив затекшей шеей, возвращаюсь к скандалам, интригам, расследованиям.
Если я думала, что более шокирующей информации, чем в первом отчете уже не будет, то я была в корне неправа.
Отчет написан весьма увлекательно, у составлявшего его чувствуется творческая жилка. Агата Кристи, блин! Целый детектив! И больше всего бесит, что огромное число фактов, которые многое объясняют по отдельности, все вместе запутывают еще больше. Кажется, от бессилия я начинаю скрипеть зубами, чем вызываю смешки Староверова.
Оказывается, у Леонида Шамкова есть близкий друг, который, удивительное дело, совсем недавно начал ухаживать за его сестрой. И не без взаимности. Вот уже где-то полгода, как Лариса периодически одаривает его вниманием, что подтверждается несколькими приложенными фотками из ресторана и на выходе из какого-то дома в сумерках, судя по указанному времени на фото, рассветных. Некое злорадство, что отчису наставляют рога, испаряется, как только становится личность этого друга. И меня почти начинает трясти. Этому будет когда-то уже конец? Если кто-то распутает этот клубок, я сниму перед ним шляпу.
И чем больше я смотрю на немного размытые фото, тем больше женщина на них напоминает мне кого-то. Если сопоставить это с инфой от Ви, выходит совсем сложная схема. И понять, кто ее автор, становится все труднее.
Дима Колодцев, какую роль играешь здесь ты? Невиновный, нечаянный свидетель, исполнитель или автор?
Глава 50. Любопытное знакомство
Утро снова начинается с принудительной побудки, но в этот раз Данил дает мне выспаться. С его стороны это очень человечно, потому что вчера мы легли весьма поздно.
Староверов не посрамил честь мужскую и пропитание нам добыл. Ночное обслуживание смогло предоставить нам вполне приличный ужин. Я была бы рада и куриной ножке, но и от морепродуктов нос тоже не воротила. И за едой, и отвалившись с набитым животом я продолжала строить теории вслух. От переизбытка впечатлений сегодняшнего дня, несмотря на усталость, заснуть у меня не получалось. Поэтому под утро, озверевший от моих умозаключений и вопросов Данил применил секретную технику ниндзя и помог мне уснуть надежным способом.
— Вик, выплевывай наволочку и вставай, — слышу я сквозь сон и сажусь на постели.
В общем-то я чувствую себя сносно, но сегодня суббота, и я бы с большим удовольствием просто повалялась в постели.
— А я там тебе очень нужна? — несчастно спрашиваю я. — Ты же вез меня ради встречи с Гордеевым, а она уже состоялась.
— Вставай-вставай, уже скоро обед. Что ты там мне говорила на собеседовании? Что ты справишься со всеми обязанностями.
— Ты обещал мне бонусы, если я буду с тобой спать! — припоминаю ему я.
— Я не дал тебе умереть с голода и неудовлетворенной, чего еще тебе надо, женщина?
— Кофе, бриллианты и голову Казимирова, — ворчу я.
— Последние два пункта я обязательно исполню, а вот кофе уже здесь, — хмыкает Данил.
— Что ж ты молчал! — я бодренько выбираюсь из кровати. — С этого и надо было начинать!
Путаясь в простыне, в которую я завернулась, я стремлюсь к столику, сервированному для завтрака. Я люблю Староверова, господи! Но после первого же глотка кривлюсь, кофе неплох, но значительно уступает приготовленному Данилом вручную. А я избаловалась уже, оказывается.
— Не хочу никуда, — противным голосом говорю я. — Тебе просто
