Читаем без скачивания Потапыч - Беляев Павел

Крысоморф стукнул правой косой по полу.

— «Сообщество “крысоморфов” обязуется сразу же после оглашения мирного договора покинуть пределы этого мира и вернуться в свой собственный».

Удар правой.

— «Сообщество “крысоморфов” будет ждать делегацию с Земли и обязуется обеспечить им безопасность, а также питание и место для ночлега».

Последний утвердительный удар лапой-косой поставил точку в нашем мирном договоре.

— До ф-фстречи, — сказал Хали-Гали и демонстративно шагнул в сторону, как бы открывая пришельцам путь к отступлению.

Существа развернулись и вонзили свои передние лапы в больничную штукатурку.

— Ты думаешь, они смогут вернутся назад? — чуть дрожащим голосом спросила меня Соня.

— Конечно! — уверенно сказал я, хотя на самом деле никакой уверенности не испытывал. И мои дальнейшие слова были призваны убедить не только Соню, но и меня самого. — Они ведь пришли сюда не благодаря Крысе, а благодаря новенькой. Она — ключ к их миру.

И действительно, проковыряв в стене дыру примерно в половину локтя, первый крысоморф втянулся в неё и исчез. За ним второй, третий и так далее.

Всего таких дыр было выбито несколько десятков, и в каждой из них один за другим исчезали рукокосые создания. Обычные крысы брали долгий разбег, а потом прыгали и тоже пропадали в небольших пробоинах.

Исход длился двадцать три минуты — я засёк. Всё это время я продолжал снимать. Память телефона закончилась раньше, чем последний крысоморф исчез, но думаю, что успел снять достаточно.

Вдруг без всех этих созданий в коридоре стало невероятно просторно. Даже несмотря на то, что собралось больше сотни человек. Всяко больше сотни. Может, даже больше двух.

Мы валились с ног от усталости. Наверное, каждого колотил озноб от нервного перенапряжения, но вдруг мы поняли, что победили.

Чёрт возьми, всё‐таки победили!

И тогда весь этаж взорвался криками «Ура»! Мы прыгали вверх и размахивали руками, как маленькие безумцы. Кто‐то носился по этажу кругами и вопил от восторга. Многие сидели прямо на полу среди осколков да разбросанных вещей и плакали.

Миха тряс Глюкера за плечи и орал, что толстый — самый смелый чувак, которого Мишке доводилось видеть. Софа и Кира плакали в обнимку. Натурал бегал и собирал с пола свои карты.

Я вдруг понял, что рядом со мной стоит Соня. Стоит и плачет, хотя на губах сияла широченная улыбка. Пьянея от нашей победы и от собственной наглости, я поцеловал эти губы. И, блин, это было просто супер.

Потом Соня обняла меня и, уткнувшись носом в шею, разрыдалась уже окончательно.

Я встретился взглядом с Ритой и сразу же вспомнил его слова: «Чтоб я тебя больше рядом с ней не видел!» Сердце трепыхнулось и чуть было не ушло в пятки, но потом вдруг передумало. В самом деле, мы только что выдержали вторжение армии чудовищ, а я буду бояться какого‐то Риту? Да и тем более Соня всё ещё прижималась ко мне, и в этот момент я чувствовал себя офигеть каким суперменом.

Возможно, все эти мысли прочитались у меня во взгляде, и потому Рита только закатил глаза, типа, ох уж эта молодёжь… Но на самом деле я думаю, что он сделал так потому, что, чёрт возьми, мы стояли с ним бок о бок против целой армии чудовищ — а это чего‐нибудь, да стоит.

И тогда я зажмурился от счастья и зарылся лицом в волосы Сони.

2

— А где новенькая? — внезапно спросил Глюкер и принялся оглядываться.

Вика стояла напротив окна и ждала, пока кто‐нибудь из нас её заметит. Потом она сказала, чтоб мы собрались нашей компанией, прихватили полицейского и двигали в женский туалет. Сама она скрылась там же.

Мы с Соней быстренько отыскали всех наших и пошли к дамской комнате. В пути ко мне подошёл Рита и беззлобно потыкал в бок локтем. При этом он улыбался, от чего его нос картошкой казался ещё смешнее.

Когда вошли, мы остолбенели: в большом прямоугольном зеркале над рукомойником отражались Вика и Хали-Гали.

Вот только перед зеркалом никого не было.

— Какого… — сказал Глюкер и подавился следующим словом.

Эти двое были внутри. А вернее, по ту сторону зеркала.

Кажется, они даже немножко изменились. ХалиГали стоял ровнее, расправив плечи, и казался даже как будто крепче, чем обычно. Вика больше не казалась десятилетней соплячкой, а как минимум смотрелась лет на тринадцать-четырнадцать.

— Спасибо, что пришли, друзья, — сказал Хали-Гали с улыбкой. Абсолютно чётко и даже без запинки. — Мы не хотели уходить не попрощавшись.

— Хали-Гали, что это значит? — возмущённо выпалил Глюкер.

— Да, Марк, ты правильно понял, — всё с той же немного грустной улыбкой сказал Хали-Гали, — мы с Викой должны уйти в мир крыс. Мы подумали, что если она может служить мостом между этими двумя мирами, тогда, может, у неё получится открыть двери и в другие. В тот мир, где крысам не придётся отвоёвывать место под солнцем у тех, кто там жил до них. Короче, мы постараемся им помочь. Но на случай, если у нас всё‐таки не получится, мы вернёмся, и тогда нам понадобится ваша помощь, — Хали-Гали посмотрел на полицейского, — ваша и вашего телефона. Простите, так и не успели спросить вашего имени.

— Вадим Викторович, — автоматически ответил полицейский.

— Меня зовут Артём, — представился Хали-Гали. — Покажите видео с крысоморфами вашему начальству, чтобы объяснить всё, что здесь произошло. Для широкой общественности я предлагаю такую версию. Вы привели обезумевшую Вику на обследование. Я начал тайно общаться с нею записками и влюбился по переписке. Так же письменно мы придумали план. Я отравил вас, чтобы освободить Вику, а когда понял, что не получилось, то усыпил всех взрослых. Ночью мы оба выбрались и устроили всё это, а потом сбежали. Ну, или можете переиначить как‐то по-своему.

Полицейский стоял как оглушённый и не знал, что сказать. А Хали-Гали, будто желая его добить, заговорил про отравление.

— И ещё. Вернее, самое главное. Вадим Викторович, простите нас. Я серьёзно. Не знаю, как у нас получится загладить свою вину перед вами, но знайте, что план, как вас отравить придумал я. Мы не знали, честно, не знали, к каким последствиям это всё приведёт. И мы были очень напуганы. Мы боялись как раз того, что вы видели вот совсем недавно.

— Почему вы не обратились…

— Ковзрослым? — усмехнулсяХали-Гали. — Авыбынам поверили? Вот-вот. Если бы вы не очнулись в момент, когда всё произошло, согласитесь, ни за что бы не поверили в нашествие крыс-мутантов из другого мира. — Полицейский наклонил голову, как бы нехотя соглашаясь с ним. — Кстати, я думаю, что вы смогли очнуться как раз благодаря отравлению. Мне кажется, что в момент, когда Крыса насылала на взрослых сон, вы были без сознания, а потому она просто вас не заметила, и эти, скажем так, чары обошли вас стороной. Мы очень перед вами виноваты. Но если бы не эта вина, кто знает, к чему бы мы пришли сейчас? Пожалуйста, простите нас.

И тут прорвало всех остальных. Всех, кто так или иначе принимал участие в операции «Цитадель», а это каждый из нас, кроме Риты. Мы плакали и наперебой просили прощения. Окончательно сбитый с толку Вадим Викторович только крутил головой из стороны в сторону и переводил обезумевший взгляд с одного на другого. В итоге он взял себя в руки и гаркнул:

— Тихо! — Мы дисциплинированно захлопнули рты. — Конечно, неизвестно, как это скажется на моём здоровье, но я рад, по крайней мере, что вы всё осознали и нашли в себе силы признаться. Это взрослый поступок, ребята. Но вы, конечно, да… Полный… Ну, в общем, да… Не знаю, что бы я с вами сделал в другое время, но после сегодняшней ночи я не могу относиться к вам иначе, как к боевым товарищам. Вы сражались храбрее, чем могли бы многие мои сослуживцы. Мы вместе прошли через такое, что никому и не снилось.

А впереди нас ждёт ещё много чего. Я надеюсь, что эта ситуация вас всё‐таки чему‐то научила, и в следующий раз вы будете бережнее с чужим здоровьем. На этом предлагаю закончить. Тем более, кажется, ваш друг собирается сказать ещё что‐то. Но вы, конечно, да…