по-другому.
Неожиданно хлопнула дверь и в кабинет вбежал адъютант майора Рональда Ред-Дейли.
— Сэр! — он сунул в руки дядюшке Рону лист бумаги. — Поступила срочная шифровка из офиса ЦРО…
Майор отпустил адъютанта небрежным жестом, быстро пробежал шифровку глазами и удивленно хрюкнул.
— Что за хрень? Какое нам дело до советского посла? Это опять козни Флауэра? Совсем ополоумел, ублюдок? — Он сунул лист бумаги Тимофею. — Может ты мне объяснишь, что это за дела?
Тим прочитал и чуть не прикусил губу от волнения.
В шифрограмме предписывалось всему наличному составу команды Селуса немедленно выступить для поиска советского самолета потерпевшего крушение неподалеку от границы с Родезией.
— Могу объяснить.
— Так говори, черт бы тебя побрал! — гаркнул майор и жестом отослал адъютанта.
— Ты же знаешь об этой истории с поездкой родезийских девочек в Москву. Так вот, у Родезии с Советским Союзом нет дипломатических отношений, потому обговаривать визит полетел в Солсбери посол СССР в Замбии. Его самолет сбили по пути. Сбил тот, кому невыгодно, чтобы мы разговаривали с русскими.
— А нам выгодно? — майор пристально посмотрел на Тимофея. — Ты ничего не перепутал, сынок?
— Ничего! — в тон, жестко ответил Тим. — Поверь, мы сейчас, как та лягушка, которая прячется в пасти крокодила от цапли. С Советами никто не собирается целоваться, мы просто тянем время; это игра, сложная и кропотливая игра. Еще раз, никто не знал о визите посла, кроме ограниченного круга лиц. И один из них — Флауэр. Это он мог слить информацию террам. Он играет на одну руку с британцами, я больше чем уверен. А бриттам невыгодно, чтобы мы ходили под ручку с советскими парнями. Уловил, дядюшка Рон? Если это Флауэр, у нас появятся доказательства…
— Ублюдок! — майор ткнул прокуренным пальцем в лист бумаги. — Это он! Тут прямо написано: найти и предпринять любые меры, чтобы не допустить попадания выжившего экипажа и пассажиров в руки терров. Убьем русского парня — на нас спустят всех собак. Знаешь что, сынок. Самолет сел на вынужденную посадку, скорее всего, кто-то обязательно остался живым. Бери всех, кого посчитаешь нужным и сделай так, чтобы с этого сраного посла даже волос с головы не упал. Понял? Ты главный. Вперед!
— Моей группы хватит…
Через сорок минут Тимофей уже переодевался в боевую экипировку и одновременно проводил инструктаж, на базе скаутов на аэродроме Кауба.
— Советский самолет сел здесь… — Тим показал пальцем место на карте. — После вынужденной посадки, экипаж подал сигнал бедствия. Наша задача, найти выживших и обеспечить их безопасность.
— Дальше что? — сухо поинтересовался Мак-Мерфи. — Нашли, обеспечили безопасность, а дальше? Что с ними делать дальше?
Близнецы Донованы, Чомба и Куус молчали, но по лицам было видно, что их интересует тот же вопрос.
— Дальше эвакуировать в Родезию, — Тим быстро распихивал магазины по подсумкам на разгрузке. — На этом борте летел посол Советского Союза в Замбии, он летел в Солсбери, обсуждать визит родезийских девочек в Москву. Сбили самолет те, кому невыгодно, чтобы Родезия налаживала отношения с Москвой. Если посол и остальной экипаж погибнут, в их смерти обвинят нашу страну. В общем, находим, выдвигаемся вместе на точку эвакуации, откуда нас забирают. Не исключено, что русских будут искать. Точнее, их будут обязательно искать. Кто? Те, кто хочет их убить. И те, кто хочет их спасти. Возможно советские спецы тоже. Наша задача вытащить посла любой ценой. Это не моя самодеятельность, задачу нам поставили наши прямые начальники — остается только ее выполнить.
Тим умолчал, что задача ставилась с упором на ликвидацию посла и экипажа, по вполне понятным причинам. Что делать после спасения, он сам пока вполне не понимал, но надеялся разобраться по ходу развития событий.
Тимофей ожидал, что Плакса, по своему обыкновению, начнет артачиться, но он только кинул. От остальных тоже вопросов не поступило.
— Ах да… — Тим закинул ремень винтовки на плечо и показал на свой портфель. — Это для вас, поделите поровну. Чомба, открой…
Скаут достал из портфеля толстую пачку родезийских долларов и вопросительно посмотрел на Тимофея. В его удивленных глазах угадывался немой вопрос: за что нам такое богатство?
— По пять тысяч каждому. Это премия за дело с чернозадым.
Средства выделил Питер ван дер Бил из своего фонда и он же настоял, чтобы Тимофей расплатился с исполнителями. Тим долго колебался, прежде чем предложить товарищам деньги, так как боялся обидеть их. Скауты всегда были совершеннейшими бессеребренниками и воевали только за идею и зарплату в четыреста долларов, которой не хватало ни на что. Но потом все-таки решил, что немного материальной заинтересованности не помешает. Как говорится: идея идеей, а кушать хочется всем.
И не ошибся. Возражений не поступило. Скауты восприняли премию сугубо положительно.
— Гип-гип, ура! Я куплю, наконец, себе домик! — Чомба изобразил несколько танцевальных па. — И женюсь на Линде!
— И жена отберет у тебя все деньги! — заржали близнецы. — Лучше отдай их нам на сохранение…
— Лучше мне! — хохотнул Куус. — Брат, ты же знаешь, у меня как в банке! А эти бездельники все потратят.
Но веселье быстро прекратилось под суровым взглядом Мак-Мерфи. Угомонив товарищей, тот посмотрел на Тимофея.
Тим поспешил заявить:
— Ты главный, Риччи. До того момента, как найдем посла, я простой скаут.
Плакса удовлетворенно кивнул и скомандовал.
— Шевелитесь, девочки. Пошел-пошел…
Через десять минут группа уже летела к границе с Замбией.
Все, в который раз, повторялось: горячий ветер в лицо, мелькающий внизу буш, дрожь корпуса вертолета и чавкающий свист винтов. Тимофей уже успел полюбить такие моменты и откровенно наслаждался полетом.
Показалась Замбези — темно-зеленая, широкая лента, почти утонувшая в прибрежных зарослях.
Тим невольно на мгновение залюбовался, но потом неожиданно увидел протянувшиеся к вертолету огненные струи трассеров.
Через мгновение рядом с «Алуэттом» вспухли несколько дымных вспышек, корпус затрещал и пронзительно заскрипел, Тима что-то рвануло за плечо, а дальше пилоты заложили крутой вираж и повели машину прямо над верхушками деревьев. Хлопки взрывов снарядов остались позади.
— Что за хрень? — бешено, заорал второй пилот, вертя головой. — Это наши! Стреляли наши парни, из нашей зенитки! Я точно знаю! Они же видели, что вертолет свой! Здесь только мы летаем. Что за хрень, лейтенант?
— Что с машиной? — Тим схватил его за рукав и притянул к себе.
