мы не будем с ним вместе. Поверьте, жизнь мага рождённого аэйрисом дольше, чем жизнь обычного мага. И я буду стараться, чтобы оставшуюся жизнь у них был отец. — Я встала. — Возьмите себя в руки и поговорите с Яниной и Илларионом. И с близнецами тоже. И если они захотят с вами общаться, я не буду этому препятствовать. Оставлю вас одного, чтобы вы подумали.
Я тихо удалилась. Да. Как я докатилась до жизни такой? Сначала мирила богов, вот теперь пытаюсь помирить бывшего первого советника с семьёй. Может пора подать объявление "Оказываю психологическую помощь богам и раскаявшимся магам. Обращаться к княжне Осене Тировской". А что может получиться. Отбоя не будет от богов и магов. Хотя. Как представлю, как ко мне начнут приходить толпами. Нет. Пожалуй, двух обиженных богов и одного раскаявшегося бывшего первого советника мне вполне достаточно.
Глава 23
Как я и обещала, я после ужина рассказала Иллариону, почему я оказалась в Арахе. И познакомила его с Парахом и Мирхой. Мужчины быстро нашли общий язык. А я остав Иллариона на Параха, банально сбежала. Не хотела дольше положенного находиться рядом с Илларионом. Хорошо, что есть кому его занять. Уверена, они с Парахом подружатся.
А Вирион видно прислушался к моим словам и поговорил с женой и сыном. Я заметила, что между супругами уже нет такого холода. Да Илларион тоже не так холодно стал относиться к отцу. И судя по тому, что близнецы стали чаще общаться с Вирионом, с ними он тоже поговорил. Я рада за всех них.
Только вот помогла Вириону, а кто поможет мне? Я все еще избегала Иллариона. Хотя я видела, что он старается наладить и со мной отношения. Но хочу ли я этого? Мы больше пятнадцати лет не виделись. Я знаю, что нам нужно поговорить, но постоянно избегаю его. Он приносит мне маленькие полевые букеты, а я убегаю. Он помнит, какие я сладости люблю. Один раз коробку моих любимых сладостей мне подарил, а я… Я их отдала детям слуг, даже не открыв коробку. Предложил прогуляться, я сослалась на головную боль и весь вечер просидела у себя а комнате.
Даже Тея ворчит, что так нельзя. Он мой истинный и отец моих детей. Дети к нему тянутся. Я же вижу, что Илларион тоже привязался к детям и любит их. Я вижу с какой гордостью и любовью он смотрит на детей. Я рада. У детей наконец появился отец. Но что делать мне? Я запуталась!
Хочу ли я вернуть наши отношения? Уже неделю задаюсь себе этим вопросом. И никак не могу найти ответ на этот вопрос. Илларион все это время оказывает мне знаки внимания, а я игнорирую. Даже мама осуждающе на меня смотрит. Хорошо, что отец занят и не видит, что я делаю.
И как же мне нелегко разобраться в своих чувствах. Я так запуталась, что не могу понять, люблю ли я его еще или любовь уже прошла. Я даже не могу понять прошла ли обида. Ведь он по сути не виноват. Ведь он меня не бросал. Вирион сам признался, что угрожал Иллариону. И ведь я понимаю, что в то время Илларион не мог противостоять могущественному отцу.
Кажется, Йела права. Я должна забыть все свои обиды и вспомнить все хорошее. А для этого нужно мне с ним поговорить. И я должна решиться на это.
Я об этом думала, прогуливаясь по парку. Семейство Шамай вчера переехало в свой дом. Даже Илларион переехал. Дом они выбрали недалекно от замка. Близнецы убежали к барсам к Ронни. Так что сегодня мои родители и я одни в замке. Тишина и спокойствие. Но только до тех пор, пока не появятся близнецы с Илларионом. Все. Если он сегодня придёт, я обязательно с ним поговорю. Решено. Больше не буду от него убегать. Только вот я не уверена, что хочу снова с ним встречаться. Я не готова снова быть с ним.
Я зашла в замок. Дойдя до прихожей, я остановилась. Около камина лежал отец в облике тигра. Так ясно. С мамой поругались. Когда они ругались с мамой, папа обращался в тигра и ложился около камина.
Я подошла к отцу. Он посмотрел на меня грустными глазами.
— Что с мамой поругался? — тигр тяжко вздохнул и положил голову на передние лапы. Я села рядом с тигром, уткнувшись лбом в его теплый бок. — Папа, я запуталась. Я понимаю, что должна поговорить с Илларионом, но не могу на это решиться. Между нами пятнадцать лет обид. — Тигр фыркнул. — Моих обид, — исправилась я. — Даже у вас с мамой все понятно, чем у нас с Илларионом. — Тигр снова фыркнул. — Да, пап. И нечего возражать. Сколько вы не ругайтесь, вы всегда миритесь. Вы любите друг друга. Да вы даже в ссоре друг без друга никуда. Мама выгоняет тебя в смежные покои, — тигр горестно вздохнул и спрятал морду в лапах. Я вскинула брови. — Что опять выгнала в смежные покои? — тигр, не поднимая головы, кивнул. Я улыбнулась. — Заметь, она всегда тебя выгоняет в смежные покои, а не в какие-то другие. Хоть в крыле огромное количество комнат. Даже в ссоре вы друг без друга никак. А я не знаю, что чувствую я. Нашей ссоре пятнадцать лет. Мне по сути и обижаться на него не из чего. Он пытается за мной ухаживать, а я его гоню или игнорирую, — тигр посмотрел на меня. — Вот не делай вид, что не знаешь. Уверена, мама тебе все рассказывает. — Тигр кивнул. — Каждый раз, как он пытается оказывать мне знаки внимания, я теряюсь. Я запуталась, пап. И не знаю, как мне быть. Понимаю, что сама должна в этом разобраться. Должна с ним поговорить и постараться наладить с ним отношения. Хотя бы ради детей. Но понимаешь, пятнадцать лет назад я была девочкой Осей. Он очаровал девочку Осю. Но теперь я княжна Осена и мать-одиночка. И я уже не та прежняя наивная девочка. Мне пришлось быстро повзрослеть. Ты сам знаешь, какой я была пятнадцать лет назад. — Тигр боднул меня головой в бок и махнул в сторону двери. — Я не пойду в дом Шамай. Но обещаю, когда он придет сюда, поговорю с ним. — Тигр горестно вздохнул и возвел глаза к потолку. Я встала. — Пошли. Буду мирить тебя с мамой. А то кому-то не хочется спать в смежных покоях, — сказала я с улыбкой.
