горячо в груди! — выдыхает он.
— Это пройдет, — успокаиваю. — Иван, сейчас в твоей голове возникли азы узлов воспламенения, — учу я, контролируя сознание Дубного. — Попробуй их воссоздать. Шаг за шагом.
— Блин, во что ты меня втянул, шеф, — вздыхает Дубный, но это он из-за страха больше.
Каменщик следует инструкции, что словно бы раскрылась перед его глазами, и вот на его ладони появляется дрожащий язык пламени.
Остальные легионеры дружно вскрикивают:
— Да ладно! Не может быть!
Ага, наделил бородача еще одним Даром. Не забываю я и о матчасти. Медитативные техники огненного Мастера также размещаю в памяти Дубного. Придется с ним потом долго заниматься, но это того стоит. Дубный — проверенный человек, более того, он единственный в Коллекции чтит дворянское достоинство. Остальные легионеры — это головорезы и отморозки, которых я рассчитываю перевоспитать, а вот Иван в реальной жизни никогда не марался никаким паскудством.
Почему я не забрал огненный Дар себе? Слишком большая нагрузка для каналов. Для многих магов и два Дара стали бы перебором, ну а для трех так вообще надо иметь очень надежную энергосетку, которая, вероятно, достигается десятилетиями медитации. Вывод: юн я еще. Хотя после слияния всё может измениться.
— Надеюсь, все вы поняли, — обращаюсь к легионерам. — Предавать меня нет смысла — только глупо погибнете. Зато за достойную службу и награда соответствующая.
Думал, на этом разогнать народ, но тут Егор, маг крови, воодушевленно вскрикивает:
— Так это что получается, шеф! — азартно загораются его глаза. — Когда ты нас переселишь в новые тела, то мы уже будем с полным апгрейдом — не только прокачанные благодаря твоей псионики, но еще и с двумя Дарами.
— Как хорошо послужите, так и будет, — я ничего не обещаю, но размытый ответ полностью устраивает легионеров, все довольно улыбаются. Ну кроме Жоры и Васи: жабун расстроен, что огневика не ему скормили, а василиску вообще по барабану всё, что здесь происходит.
Я «выключаю» Коллекцию и еще немного остаюсь в Астрале. Здесь легче думается. И прилетевшие трупные мухи нисколько не мешают — наоборот, убиваю их и подзаряжаюсь остаточной энергией.
То, что Дубный теперь еще и огневик, мне на самом деле только на пользу. Лояльный легионер должен быть сильнейшим в Коллекции. К тому же теперь мне не надо тратить энергию и время на «включение» двух легионеров, чтобы использовать вместе Дары камня и огня. Одна польза, в общем. Посмотрю, как бородач справится с новой абилкой, и если опыт освоения окажется удачным, то будем практиковать и с другими легионерами.
Вообще же случай с огневиком показал, что для управления легионерами мало кнута, нужны также и пряники. И перспектива жизни в новом теле воодушевляет их только на время. Ведь это случится еще нескоро. Хорошо бы как-то поощрять за службу, например, дать тому же Дубному временное тело. Но это так, мысли вслух, я пока не знаю, как такое проворачивать. Скорее всего, вопрос решится не раньше моего выпуска из Академии. Зато теперь вижу в каком направлении следует думать.
По возвращению из Астрала я обнаруживаю, что у меня отекла правая руку, на которую успела взобраться Лакомка. Ну что за жизнь у бедного телепата! Только стоит оставить тело без присмотра, как его тут же пытаются присвоить себе то астральные Демоны, то обольстительные альвы.
Спасая одеревеневшую конечность, устраиваюсь поудобнее и снова засыпаю уже до самого утра.
На следующий день после уроков мы с «Русичами» отправляемся к «норам». Причем Лакомка опять напросилась с нами. Я решил, что можно и взять, всё равно едем изучать феномен множественных порталов, вдруг альва подскажет что-нибудь исходя из своего опыта.
— Вещий, а твоя безвенница теперь всегда будет с нами ездить на охоту? — ворчит Светка по своему обыкновению. Ненадолго ее задобрил браслет-фонарик, снова полезла наружу Соколовская натура. — Ты не подумай, мне просто интересно.
— А мне интересно, когда кончатся эти ступеньки, — пыхтит снизу Гриша. Причем наигранно пыхтит, чтобы перевести тему. Казах не в такой уж плохой форме, чтобы устать после двух пролетов.
Мы взбираемся по лестнице на высокий путепровод над железной дорогой. Наверху образовалось аж семь «нор». Из-за этого железнодорожным компаниями пришлось временно остановить передвижение через Будовск. Взял же «норы» я без очереди, ибо теперь имею право.
Во время подъема со мной связывается группа поддержки:
— Мегамозг, это Студень, здесь образовались дворяне. Говорят, что одна «нора» записана на них. Прием.
— Студень, это «Хозяева»? Прием, — я сразу предполагаю ловушку от Недежки. Давно он не высовывался из своей резиденции. Безвылазно сидит у себя, бессердечный, а мне ведь нужен повод его прихлопнуть.
— Мегамозг, нет, не из группировки. Предякины. Не хотят уступать. Прием.
Ну блин, Айсмена еще не хватало.
— Студень, впусти их, но только основную группу. Пять человек, не больше. Конец связи.
Через пять минуть у «нор» мы встречаемся с Предякиными. Оказалось, что Богдан тоже занялся охотой и даже создал свой доброотряд. Вот сейчас он и глазеет на Лакомку, взгляда не может оторвать от ее фигуры, проступающей сквозь мешковатый камуфляж. Ленка это замечает и поворачивается так, что огромный фламберг закрывает альву. Но Айсмен так сильно вытягивает шею, как страус, что у меня аж кулаки зачесались ее намылить.
— Богдан, мои глаза в другой стороне, — я громко прерываю его разглядывания. — Рассказывай, что здесь забыл?
— Что забыл⁈ — сразу бычится одноклассник. — Это мои «норы», Вещий! Мой брокер их на бирже выбил! А вы что здесь забыли?
— Борзометр поумерь, Предякин! — опускает его Светка. — У Дани эксклюзивное право на «норы», так что либо твой брокер накосячил либо на бирже не успели убрать номер «нор».
— Эксклюзивное право? — опешил Предякин. — Ну конечно! У тебя же отчим ходит полковником в царских охотниках!
— Сейчас договоришься, что я вызову тебя на дуэль, — буднично произношу я, и Айсмен сразу затыкается. — Лучше звони в приемную биржи и выясни в чем дело. У тебя пять минут, и мы приступаем к охоте.
Богдан поджимает губы, но решает послушаться. Он отходит к перилам путепровода и набирает биржу. Вскоре возвращается с расстроенным видом.
— Ну, колись? — Светка смотрит на него с победоносным видом.
— Говорят, накладка вышла. Забыли убрать из реестра, — вздыхает парень и бросает грустный взгляд на лес внизу. — Блин, нам теперь
