Из палаты вышла Луиза, и их взгляды встретились. Чувствуя, что девушку необходимо отвлечь от ее сомнений, Сальватор предложил первое, что пришло в голову:
— Я не показал вам еще свой дельфинарий. Желаете взглянуть?
Мишель взглянул на часы и проговорил:
— Профессор, мы и так задержали вас, к тому же я тороплюсь на деловую встречу. Если только Луиза??
Такого поворота событий де Аргенти не ожидал и уж тем более — ему никак сейчас не хотелось оставаться с Луизой один на один. Но предложение уже прозвучало, и оставалось ждать ее ответа. Девушка, словно прочитав мысли доктора, пожалела его; своим видом давая понять, что в следующий раз очередь за ним.
— Нет, — проговорила она, — спасибо за приглашение, профессор. Сальватор. Я с удовольствием, только позже — когда поправится Николь.
— Чудесно, — подхватил Мишель, — тогда мы больше не будем вас задерживать. До свидания, господин профессор.
Де Аргенти с заметным удовольствием поцеловал протянутую руку Луизы.
ГЛАВА 7
Теплым июльским вечером от перрона станции Буэнос-Айрес отходил поезд, увозивший семью де Луэстенов. Сальватор и Ольсен, улыбаясь, шли за медленно уходящим экспрессом.
— Как жаль, что время неумолимо идет вперед, и мы уезжаем. Ничто не предвещало счастья познакомиться с вами, профессор Сальватор… Спасибо вам, и вам, Ольсен, за доброе отношение и за лечение.
Поезд набирал скорость, и провожающие отстали. Сальватор остановился. Знал бы молодой ассистент университета истинную причину привязанности этого, в общем, немногословного человека к его семейству… Сальватор вздохнул: «Луиза…». Любовь девушки к названному его сыну вызывала в нем противоречивые чувства. С одной стороны, он никак не хотел, чтобы девушка узнала правду об Ихтиандре, с другой — он очень жалел ее и хотел хоть чем-нибудь помочь…
— Сальватор, пора идти, — Ольсен прервал его размышления. Профессор рассеянно посмотрел на друга…
Вспомнилось посещение особняка де Луэстенов — Сальватор считал себя богатым человеком, но то, что они увидели там, — превзошло его ожидания. «Человек всегда должен стремиться к недосягаемому — к вершинам в науке, в бизнесе, к вершине человеческих взаимоотношений — любви, иначе он просто так коптит небо. Славен человек, достигший честным трудом одной из вершин, трижды — достигший нескольких», — эти слова своего учителя профессора Люэра Сальватор пронес через всю свою жизнь…
— Ты прав, Ольсен, пожалуй, пойдем.
Управляющий с удивлением посмотрел на Сальватора. Казалось, вот уже несколько минут тот не слышит его…
Вернувшись домой, профессор зашел в клинику и услышал разговор, долетевший до него из холла. Прислушавшись, Сальватор различил голоса Карлоса Менеса и доктора Сандро.
— Нет, вы только послушайте, что они пишут: «Мюнхенское соглашение является великим достижением дипломатии и направлено на достижение всестороннего мира в Европе…». Подумать только — «великое достижение», — возмущался Менес, — Гитлер без всякой армии, одной политикой завоюет всю Европу. Да и что там политика — он игрок, и знающий игрок, ставящий на слабости сильных — заявляя им о мире, и запугивающий неуверенных в себе политиков Запада.
— Очень неплохо для капитан-лейтенанта военно-морских сил, — проговорил третий голос — голос Джеймса.
— Доктор Вейслин, а вы не согласны с моим мнением?
— Отчего же, господин Менес… — Джеймс сделал небольшую паузу, а Сальватор, ставший невольным свидетелем этого разговора, обратил внимание на интонацию Вейслина…
— … я думаю, что Гитлер таким, а может, и иным путем завоюет Европу.
— Вы так говорите, как будто это дело уже решено.
— Я не стратег, господин Менес, но это уже видно, и меня это собственно не интересует.
Наступило молчание, и де Аргенти, воспользовавшись моментом, появился перед ними.
— Как поживаете, господин Менес?
— Спасибо, профессор, чувствую себя превосходно. Готов покинуть вашу клинику.
— Сегодня в 14.00 я проведу консилиум, и мы определимся…
— Добрый день, господин профессор, — услышал Сальватор женский голос. Он обернулся и кивнул двум пациенткам, проходящим по коридору.
— …а сейчас извините нас, господин Менес, — я хочу побеседовать с докторами, — Господа, прошу ко мне в кабинет.
Усевшись поудобнее, Сальватор сказал:
— Я вчера просмотрел данные последних анализов Карлоса Менеса и хотел бы услышать ваше мнение по поводу его состояния.
Хирурги были единодушны в том, что Менес практически здоров.
— Я с вами согласен, господа, — проговорил профессор, — единственное, что меня волнует, — отдаленные результаты.
— Кстати, — сказал Сандро, — он снова заявил, что уйдет в отставку с военной службы и попробует выдвинуть свою кандидатуру на выборах в парламент.
— Я слышал об этом. Что ж… у него неплохая поддержка в лице дяди… Теперь нужно обсудить самое главное: Джеймс, ты занимался легендой Менеса… и судя по всему успешно — дядя так и не знает о нем — я наводил справки. Теперь нужно сделать так, чтобы об операции в клинике никто не знал. Нужна ли моя помощь?
— Нет, господин профессор. Легенда уже готова и будет работать на него.
— Тогда вам придется наблюдать за пациентом.
— Мы готовы к этому.
— По поводу других, подобных операций мы договорились, представится случай — оперируем. Вопросы есть? — Сальватор внимательно посмотрел на коллег, — нет, тогда, Джеймс, прошу тебя, займись оформлением документов Карлоса Менеса…
Прошел месяц, но время как бы остановилось для Сальватора: пациентов с черепно-мозговыми травмами, совместимых по генотипу, не было. На запросы по поводу судьбы пропавшего профессора Джонсона, его людей и самой лаборатории пришли отрицательные ответы.
Карлос Менес хорошо справился со своей легендой… За столь длительное отсутствие на службе ему предложили отставку, на что он согласился с большим удовольствием, так как собирался серьезно заняться политикой.
Профессор постоянно получал информацию об этом человеке — надежды оправдывались, и это укрепляло в нем веру в свою идею… Хотелось поделиться сокровенными мыслями с другом Арманом, да и просто увидеться со своими родными. Кристо собрал вещи, и вот уже пароход приближается к островам. За прошедшие годы Сальватор несколько раз приезжал неожиданно. Однако встречи были одинаково горячими. Так было и на этот раз. Вильбуа, увидев улыбающегося друга, воскликнул:
— Сальватор! Как ты вовремя! Жаку и Диане нужен крестный отец, у них родилась девочка!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
