Гномы тоже хотели узнать историю Маугли, Гмар набрался храбрости и попросил не рассказывать без них. Работали мастера как заведенные и постукивание мастерков не прекращалось ни на минуту. Дара помогала Бабе Яге варить похлебку для "раненого" и толкла в ступках мел и уголь. Карегар упорно делал вид, что спит, ему рушник не грозил, но день такой длинный...
Закончив работу по устройству камина гномы сбегали на ручей, отмылись и, степенно войдя в пещеру, расселись на чурбаках.
Андрей начал рассказ, в этот раз он изображал всех действующих персонажей в лицах, старательно имитируя голоса мультипликационных героев. Дара подпрыгивала на месте и бегала с рук на руки между Гмаром и Глиром. Гномы шикали, и ерзали на месте, переживая за Маугли. Взгляд Ягирры потеплел, в нем больше не было холодной сини гнева и обиды. Карегар протяжно выдохнул, когда история завершилась уходом к людям.
— Есть еще сказки? — просительно протянул дракон, гномы и эльфийка поддержали его блеском глаз.
— Есть. — ответил Андрей, — Но расскажу я новую сказку завтра.
— Почему? Хочу сегодня! — начала капризничать Дара.
— Потому что дяде дракону плохо и он ничего рассказать не сможет. — Андрея кинуло в холод, перед глазами плавали мушки.
Гномы быстро собрались, поблагодарили за интересную историю и, пообещав проверить утром работу камина, уехали.
— Почему меня так морозит? — спросил Андрей Ягирру.
— Потому, что в утробе матери температура выше, чем на открытом воздухе! — ответила Ягирра, размешивая здоровенным половником в котле ужин Андрея.— Завтра растопим камин, оградим твой угол занавесью и будет теплее.
* * *
Сказка про Маугли вызвала ажиотаж среди деревенских. В мире, где нет ни радио, ни телевидения с кинотеатрами, новая история прошла на ура и приравнивалась к кинопремьере крутого блокбастера.
Как то так само собой получилось, что у пещеры стал собираться деревенский люд на просм..., э-э, прослушивание различных баек. В лишенном Голливуда и литературного фэнтези мире, Андрей обладал эксклюзивом на десятки интересных историй. Варить ему похлебку Ягирра перестала, сердобольные деревенские бабы приносили с собой горы различной снеди для "бедного и несчастного" дракончика. На все запреты эльфийки они плевали с высокой колокольни и прокрадывались к Карегару, суя ему узелки с пирожками, печеностями и прочими домашними деликатесами. Добрая душа, облаченная в черную чешую, втихую передавала презенты за мутную стеночку. Андрей трескал все подряд. "Лопаешь так, что крылья машут!" — шутил Батя. Андрей облизывался и на ушко намекал на парное мясо. Карегар виновато косился на Ягу — "мама" строго настрого запретила трогать варенье. "Какой же ты гадкий!" — хотелось сказать Андрею и, включив пропеллер, слетать на охоту. Ягу беспокоил быстро набираемый вес подопечного. Сам себя, подопечный оценивал в тонну с гаком, распирало его как на дрожжах. Страшный зуд внутри прекратился, кожа перестала лопаться и покрылась рубцами, перепонки на крыльях начали грубеть, за исключением прозрачных стрекозиных вставок, покрывшихся шершавыми насечками. Глаза еще закрывала темная повязка, но Андрей великолепно справлялся и без них. Вынужденная слепота настолько развила истинное зрение, что он уже совершенно не видел разницы чем смотреть.
— Ти-х-хо. — раздалось у входа. — Гмар, если ты еще будешь хохотать, я тебе знаешь что...?
Над мелким гномом навис Дюк-кожемяка и показал тому, заросший рыжим волосом, громадный кулак. Гном, не смотря на свой невысокий рост и субтильное телосложение, обладал силой не меньшей чем Дюк, но последний давил своим авторитетом и богатырскими габаритами.
— Ай!. — кому-то наступили на ногу, послышалась приглушенная ругань.
Народ собирался на вечерний "киносеанс". Для удобства "зрителей" гномы сколотили несколько скамеек, потом еще, потом еще... У входа в пещеру собирались все свободные от работы и домашних дел жители ближайшей деревни, приходили мужики и бабы с хуторов, сарафанное "радио" разнесло новости быстрее телеграфных агентств. Новые мифы и сказки были необычны и увлекательны, полны приключений и опасностей, заставляя иногда замирать в страхе и радоваться победой героев, успешно вывернувшихся из страшных передряг. Каждый день была новая история и интерес людей не ослабевал. Андрей подозревал, что лет через триста, альманахи сказок народов Иланты будут состоять из десятков версий, рассказанных им книг и фильмов. Сегодня в "синема" крутили "Кровь и честь" Саймона Грина.
Андрей закинул в пасть последнюю порцию пирожков с заячьей требухой и выглянул за "вуаль". Яга колдовала у входа и ставила новую "тонировку". Отличительной особенностью "вуали" являлась ее односторонняя прозрачность. На скамейках буквально яблоку негде было упасть, слушатели ерзали, толкались локтями и перешептывались, обсуждая бессмертного "Хоббит или туда и обратно" Джона Толкиена, рассказанного вчера.
Андрей подковылял ко второй "вуали" и лег на землю, Батя накрыл его сшитой из нескольких одеял попоной. Ходить, проигнорировав запрет Яги, он начал сразу, как сформировались все суставы и кости таза и лап, пока прогулки ограничивались пещерой, но этого хватало чтобы уработаться по полной. Набрав в грудь воздуха, он начал повествование. С первыми звуками его голоса в "зале" установилось молчание, только Дюк протянул к Гмару кулак и покачал им перед носом гнома, напоминая про молчание.
Сказочный мир наполнился красками и звуками, ожили герои. Когда-то знаменитый, а теперь забытый зрителями актер Джордан, прозябающий случайными заработками, получил предложение сыграть роль принца Виктора, среднего сына умершего короля Редгартского королевства. Привыкший считать, что принцы являются образцом для подражания, он окунулся в омерзительный водоворот дворцовых интриг и теперь, как мог, боролся за свое выживание. Принцы оказались чудовищами, которые ничуть не лучше мерзких потусторонних созданий, атакующих замок.
В самые опасные моменты Андрей добавлял в голос инфразвуковых колебаний, слушателей пробирала дрожь, бабы бледнели и вскрикивали. Джордан бился с нереальным, кругом было предательство и рекой лилась кровь невинных жертв.
Свободно модулируя голос, Андрей вел рассказ в лицах, он как мог передавал характеры героев. Не удивительно, что уже в самом начале повествования все симпатии были на стороне Джордана и благородного рыцаря Гэвэйна. Но вот враги люди повержены и перед актером дверь в тронный зал, в котором открыл врата в нереальный мир его посланец — Монах. От утробного низкого хохота Андрея, изобразившего хохот Монаха, пара баб грохнулось в обморок, мужики побледнели, волосы у гномов едва мерцали. Страху он нагнал капитально... Но главные герои, не дав страху захватить разум, вступили в битву с богомерзкими тварями и победили. Джордан стал королем! Что началось после этого в "зрительном зале" трудно поддается описанию. Люди и гномы кричали и кидали вверх шапки, можно было подумать, что это они порубили тварей в капусту...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
