– Помилосердствуй, Поттер, я пять минут как из больничного крыла. МакГонагалл ещё о взыскании сообщить не успела, а ты уже опять?..
– Ладно тебе, Эванс. У меня классный план! На этот раз, клянусь, тебе всё понравится. Это будет хорошее приключение. Красивое.
– Нет! – твердо заявила Лили, для верности тряхнув несколько раз головой в знак полного отрицания.
– Эванс…? – тоном змея–искусителя увещевал Джеймс.
– Поттер…?
– Давай поскорее пропустим ту часть, где ты честишь меня на все корки и перейдём к тому, где ты интересуешься, что же за волшебство я для тебя приготовил?
– Не стану я интересоваться.
Но против воли гнев испарялся под лукавой улыбкой, под веселым, бесшабашным, жизнерадостным взглядом гриффиндорца, похожим на лучик солнца.
– Ты уже интересуешься. Давай, Эванс, спрашивай. Я же без этого ни слова дальше не пророню.
– Не спрошу.
– Будешь молча страдать от любопытства? Я и не ведал, что ты такая мазохистка.
– Поттер, все твои затеи ведут к неприятностям.
– Это были плохо продуманные затеи. Тепершняя отличается от других. Ну…?
– Ну хорошо, – сдалась Лили, которой и в самом деле было интересно. – Что ты придумал?
Джеймс улыбнулся одновременно пакостно и светло.
– Ты когда–нибудь видела единорогов? Готов побиться об заклад, что нет. Только пожелай, и я покажу их тебе: самых волшебных существ в волшебном мире.
– Поттер, даже если бы я и хотела увидеть единорогов... Пойми, я не хочу вылететь из Хогвартса.
– Единороги, Эванс? Белоснежные, сияющие? Таких нигде, кроме как в Запретном Лесу, больше не увидишь?
– Не нужно меня провоцировать.
– Их шерсть светится в темноте ярче светлячков.
Лили засмеялась:
– Ты не отстанешь, да?
– Посмотри на меня и скажи: «Джеймс! Я пойду с тобой смотреть единорогов».
– Слишком легко. Джеймс, я пойду с тобой смотреть единорогов, но при условии, что ты уговоришь идти с нами вон ту Снежную Принцессу за слизеринским столом.
– Блэк? – на лукавой мальчишеской физиономии проступило недоумение. – Зачем она нам?
– Чтобы к чертовой матери все усложнить. Сумеешь уболтать этот образец респектабельности, потащусь с тобой в Запретный Лес. Хоть в полночь. А нет, так соответственно – нет.
– Ловлю на слове, Эванс.
– Я бы на твоем месте не была так сильно уверена в себе.
– Да подумаешь! Нарцисса Блэк не самый плохой вариант, – дернулись уголки губ, склонных растягиваться в язвительных ухмылках. – Ведь ты могла затребовать в попутчики Блевотника…
– Пошел ты, Поттер!
– Повторяешься, Эванс. Готовься к ночным прогулкам и рогатым лошадям.
***
– Гриффиндорка?
В полумраке хрупкая Нарцисса в приталенной шелковой мантии походила на ангела в трауре. Светлые волосы расплавленным серебром стекали по плечам. Они не были прямыми, но на пышную, яркую шевелюру Эванс тоже не походили. Послушные, мягкие ровные пряди лежали волосок к волоску, полные достоинства и блеска. Все в Блэк было тонко, легко, эфемерно.
– Гриффиндорка? – позвала Блэк.
– Чего тебе?
Нарцисса коротким кивком пригласила следовать за собой.
Секунду поколебавшись, Лили решила пойти. Они зашли в один из тупиковых переходов в Хогвартсе, коих было огромное количество.
Нарцисса обернулась. Кукольное фарфоровое личико было совершенно нечитаемо.
– Зачем ты позвала меня сюда? – дернула бровью Лили.
– Сказать, что я согласна.
Лили непонимающе вздёрнула брови ещё выше:
– Прости?..
– Я согласна пойти с тобой и с Поттером в Запретный Лес.
Лили обескуражено заморгала:
– Зачем? – ничего лучшего придумать не удалось.
Нарцисса прыснула в кулачок:
– Может быть, ради удовольствия увидеть это выражение у тебя на лице, гриффиндорка?
– Это очень глупо.
– Я в любом случае пойду. Ты, если хочешь, можешь отсидеться в теплой спаленке.
Лили нахмурилась. На мгновение промелькнула мысль об очередной порции Оборотного, но… нет. Зелья у Мародеров не оставалось, а сварить его самостоятельно, даже при условии, что в них неожиданно проснулся талант к зельеварению, у них попросту не было времени.
– Это действительно я, Эванс, – словно прочитала её мысли слизеринка. – Если тебя интересует причина… ну, во–первых, меня попросил об этом Сириус…
Судя по многозначительному взгляду, это что–то объясняло.
Интересно, что?
– Это первый случай за мою жизнь, когда он о чем–то меня просит, – прояснила Блэк ситуацию. – К тому же ссориться с Поттером мне ни к чему. Впрочем, главная причина не в Потере. И не в кузене…
Снова молчаливый обмен взглядами.
– Я хочу поближе узнать тебя, гриффиндорка.
– Зачем?
– Видишь ли, меня воспитывали в убеждении, что грязнокровки – нелюди…
– Хочешь убедиться, что я не ловлю зубами блох? – сощурилась Лили.
– Так ты пойдешь в Лес?
– Я же почти дала слово…ах, чтоб тебе, Блэк! Ты поставила меня в нелепую ситуацию.
– Знаю, – рассмеялась слизеринка.
По переходам Хогвартса струился мелодичным колокольчиком злой смех.
***
– Ты с ума сошла? – закатила глаза Мэри. – Почему ты не можешь угомониться, Эванс?
Лили поглядела на циферблат, по которому неторопливо ползли стрелки, приближаясь к условленному часу. Конечно, то, что она сейчас делает – это глупость. Все, что она делает в Хогвартсе – сплошная глупость. Северус прав, она легкомысленная дурочка.
Но главное не это. Главное то, что ему плевать на неё. С тех пор, как Лили вернулась из лазарета, Сев глядит сквозь неё, словно Лили стекляная.
Мысль о том, что Северус ни в коем случае не одобрил бы предстоящей эскапады, приносила тайную радость. Как и то, что Нарцисса, к которой он, кажется, питал дружеское расположение, пойдёт с ними.
– Ты хорошо не закончишь! – в сердцах бросила ей в спину Мэри.
Поттер вместе с Блэком поджидали у Мраморной лестницы.
При виде Лили Джейм растянул большой рот в ухмылке. Блэк лишь мазнул по ней невыразительным взглядом и коротко кивнул, приветствуя.
– Вот и вы, – сказала слизеринка при встрече. – Как собираетесь проскользнуть мимо неуёмного Филча?
– Есть у нас один хитрый способ.
Лили раздражали нескончаемые улыбки Гуимплена, постоянно блуждающие на губах Поттера; впрочем, как и холодная надменная физиономия красавчика Блэка. Именно сегодня ни капли не хотелось тащиться и таращиться на единорогов.
– Эй, мелюзга? – окликнул Фабиан Пруэтт, – далеко собрались?
– К Хагриду.
– Не поздновато?
– В самый раз.
– У нас отработка, – повинно вздохнул Поттер.
Фабиан поверил. Или сделал вид.
Дети беспрепятственно пересекли вестибюль и, покинув относительно теплые своды замка, шагнули в тревожную зимнюю ночь.
– Вы ведь не собираетесь идти в Лес пешком? – поинтересовалась Нарцисса сладким голосом.
– Ты нас за идиотов держишь? – сверкнул зубами Лягушонок.
Звезды над кляксообразной громадой замка казались особенно яркими. Мороз стоял нешуточный. Несмотря на то, что Лили наложила на себя согревающие чары, спустя какой–то десяток шагов холод начал забираться под мантию.
Она следовала за идущей впереди неё парой, беспрестанно слыша за спиной похрустывание снега под ногами Сириуса.
– Я проверял, Джеймс, – подал голос Блэк. – Чулан для мётел не закрыт.
– Призывное заклятие? – фыркнула слизеринка. – Банально.
– Зато эффективно.
К ногам упало самое популярное средство передвижения волшебников. Оседлав палки, дети, один за другим, оттолкнулись от земли.
Летать Лили любила. Скорость её никогда не пугала. Но в сочетании с холодом и студеным ветром всё это было как–то… не очень. Хотя, как и говорил Поттер, красиво. Снег внизу переливался разноцветными огнями. Скованное льдом озеро; высеребренные инеем ветви деревьев; круглая желтая луна, будто въедливый глаз, преследующая маленьких беглецов, отправившихся за приключениями на свой страх и риск – все было красиво. Длинные волосы Нарциссы плыли за ней по переливающемуся мелкой алмазной крошкой морозному воздуху, и Лили вспоминала слухи о том, что в венах Блэков течёт кровь вейл, доставшаяся им от Розье. Так что нет ничего удивительного в том, что Поттер так любезен с этой… чистокровной. Она хорошенькая.
Поттер махнул рукой, давая знак снижаться.
Несмотря на шапки белоснежного снега, Запретный Лес был темным. Лунный свет, пробиваясь сквозь оголенные ветки, рисовал хитрые переплетения теней повсюду, и создавалось впечатление, что попал внутрь замысловатого лабиринта.
Стволы могучих дубов выглядели устрашающе мощными. Их и вчетвером не обхватишь. Между взрослыми деревьями колючим ежиком щетинилась молодая поросль.
