— О туземцах? — удивленно переспросила Тила.
Луис объяснил ей, в чем дело.
— Но почему мы удрали? Что они могли нам сделать? Это действительно были люди?
Луис ответил на последний вопрос, поскольку он и ему не давал покоя:
— Понятия не имею. Откуда здесь взяться людям?
— Нет никаких сомнений, — прервал его кзин. — Я верю своей интуиции, Луис. Может, они отличаются от тебя и Тилы, но это, несомненно, люди.
— Откуда эта уверенность?
— Я почувствовал их запах, как только мы выключили звукопоглощающие барьеры. Где-то далеко отсюда их целая масса. Поверь моему чутью, Луис.
И Луис поверил. В конце концов, это было чутье охотника-хищника.
— Параллельная эволюция, — неуверенно предположил он.
— Вздор, — возразил Несс.
— Верно. Форма и строение человеческого тела были очень удобны для наделенного разумом создателя инструментов, но не более, чем любые другие. Разум проявлялся в самых разных формах.
— Мы только теряем время, — вставил Говорящий. — Проблема заключается не в том, откуда здесь взялись люди, а в том, как установить первый контакт. Тем более, что для нас любой контакт будет первым.
Кзин был прав. Эскадра скутеров наверняка двигалась быстрее, чем известие о ее прибытии. Разве что туземцы располагали чем-то вроде семафоров…
— Мы должны как можно больше узнать о поведении и жизни людей на этом уровне развития. Луис? Тила?
— У меня есть некоторое понятие об антропологии, — признал Луис.
— Значит, говорить будешь ты. Будем надеяться, что автопилот справится с переводом. Попробуем установить контакт с первой же группой, на которую наткнемся.
Казалось, они едва поднялись в воздух, а густой лес уже сменился квадратами возделанных полей. А сразу после этого Тила заметила город.
Он немного напоминал прежние земные города и состоял, в основном, из огромного количества малоэтажных, стоящих рядами зданий. Над этой плотной массой поднимались единичные стройные башни, соединенные эстакадами коммуникационных трасс — на Земле в подобный период пользовались геликоптерами.
— Может, уже здесь мы найдем то, что ищем? — с надеждой в голосе спросил кзин.
— Держу пари, что он совершенно пуст, — ответил Луис.
Это было только предположение, но, как выяснилось, верное. Они убедились в этом сразу, как только оказались над городом.
В дни своего расцвета он был невообразимо прекрасен. Одна его черта вызвала бы особую зависть у любого другого города во Вселенной: значительная часть зданий не стояла на земле, а висела в воздухе, соединяясь с почвой и соседними зданиями паутиной рамами стволов лифтов. Эти летающие замки, свободные от ограничений, налагаемых силой тяготения, ошеломляли разнообразием форм и размеров.
Теперь же под скутерами была картина разрушения. Падая, летающие конструкции давили стоявшие под ними здания, поэтому сейчас вся площадь города была покрыта кучами битого кирпича, лопнувших бетонных плит и искореженных стальных конструкций.
Это дало Луису пищу для размышлений. Люди не строили летающих замков — для этого они были слишком осторожны.
— Вероятно, они упали все одновременно, — заметил Несс. — Нигде не видно ни следа ремонта. Несомненно, это была авария центральной энергетической станции. Говорящий, кзины так же строят свои города?
— Мы не любим высоты. Так могли бы строить люди, но они слишком ценят свою жизнь.
— Закрепитель! — воскликнул Луис. — Это наверняка из-за него. Они просто никогда не изобретали ничего вроде нашего закрепителя.
— Да, возможно. Они жили недолго, поэтому не очень-то заботились об этой жизни, — рассуждал вслух кукольник. — Это звучит достаточно зловеще. Раз они не ценили свои жизни, значит, не будут волноваться из-за наших.
— Ты слишком рано начал беспокоиться.
— Скоро мы в этом убедимся. Говорящий, видишь то высокое здание? Светло-кремовое, с выбитыми стеклами?
Они пролетели над ним всего минуту назад. Луис, исполнявший обязанности пилота эскадры, широким виражом повернул к этому месту.
— Я был не прав. Видишь, Говорящий? Дым.
Здание оказалось башней, украшенной богатым орнаментом, с круглыми черными окнами. Большинство окон у самой земли были чем-то закрыты, а из немногих отверстий поднимался дым.
Башню когда-то окружали одно— и двухэтажные домики, которые теперь почти все были раздавлены огромным катящимся цилиндром, упавшим с неба; однако, не успев добраться до башни, он сам превратился в груду развалин.
Башня поднималась на краю города, и сразу же за ней стелились квадраты возделанных полей. Когда скутеры пошли на посадку, путешественники заметили многочисленные фигуры, бегущие к городу.
Здания, которые сверху казались почти нетронутыми, вблизи оказались руинами, стоящими только по привычке. Авария энергетической системы и связанная с ней катастрофа произошли много поколений назад. Разрушение завершили вандализм, дожди и коррозия, а также все, благодаря чему земные археологи могли так много узнать о прошлом своей планеты.
Жители не отстроили своего города заново и не решились покинуть его — они просто жили в руинах, на растущей от поколения к поколению груде мусора и отбросов.
Мусор и отбросы: пустые коробки, нанесенная ветром пыль, остатки продуктов, кости, несъедобные части растений, испорченные инструменты. Все это непрерывно грудилось, поскольку жители руин были слишком ленивы или заняты, чтобы привести все в порядок. Везде росли огромные кучи отходов, оседающие под собственным весом, трамбуемые тысячами ног.
Первоначальный вход в башню уже давно оказался под слоем мусора. Когда эскадра скутеров приземлилась на утоптанном слое отбросов, десятидюймовым ковром покрывающим бывшую стоянку для наземных экипажей, из окна первого этажа с достоинством вышли пять гуманоидов.
Окно было двойным, и небольшая процессия вышла без толчеи. Над проемом и по обеим его сторонам висело множество черепов, очень похожих на человеческие. Луис так и не понял системы, по которой их там размещали.
Пятеро туземцев направились к скутерам. Подойдя, они явно заколебались, не зная, кто из прибывших самый главный. Они очень походили на людей, но не до конца, и, безусловно, не принадлежали ни к одной из выделенных антропологами рас.
Каждый был на добрых шесть дюймов ниже Луиса. Кожа у них была очень светлой, а в сравнении с желто-коричневой кожей Луиса или светло-розовой Тилы казалась мертвенно-бледной. У всех были короткие туловища и очень длинные ноги, пальцы на руках были чрезвычайно длинны и тонки. В те времена, когда люди выполняли операции вручную, они могли бы быть отличными хирургами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
