Глава 11. Потерянная надежда.
В мире, полном ненависти, нужно уметь надеяться.В мире полном зла, нужно уметь прощать.В мире, полном отчаяния, нужно уметь мечтать.В мире, полном сомнений, нужно уметь верить.
Майкл Джексон
Почти 7лет назад. (через 2 месяца после замужества)
Ангелина.
Ангелина задыхалась от ужаса.
Мысленно кричала, звала на помощь Дамира. Мужчину, от которого беременна. От которого у неё под сердцем растёт дитя.
Она столько мечтала об этом... Хотела стать матерью именно его малыша! Но сегодня... Сегодня, когда ребёнок уже четырёхмесячный, когда у него уже есть маленькие ручки и ножки, они хотят его убить. Уничтожить.
Муж и его сестра.
Звери!
- Пожалуйста... Не надо... Умоляю... - пыталась достучаться Ангелина. Может есть у них хоть чуть человечности? Может осталось хоть немного совести? Она надеялась...
- Заткни свою пасть, тварь! - муж, влепив звонкую пощёчину, присел рядом.
А Лина плакала... Голоса уже нет. Охрип. Она плачет без остановки два дня - как только ей сказали про аборт. И ей не больно от этих ударов мужа. Больнее от того, что целых два месяца нет никаких новостей от Дамира. Он не пришёл за ней... Не ищет. Не нуждается в ней. Просто поверил, что Лина пошла по своей воле.
А так ли это в действительности?
- Не надо. Я сделаю всё, что вы хотите. Только, пожалуйста... Не надо убивать. Не отнимайте у меня его...
Жила в ней малейшая надежда до последнего... Но какой толк? Стена и то откликнулась бы на её слова, но только не супруг!
- Ты помнишь... всегда спрашивала: "Что я тебе сделала? Зачем ты так с моей семьёй? Почему со мной так поступаешь?" А теперь, крошка, ты хочешь знать причину? А? - сжимает Лине горло, что есть силы.
Она задыхается. Но ей всё равно. Пусть лучше умрёт, чем будет жить дальше в этой клетке с дикими животными.
- Что бы то ни было! Я тут ни при чём! - крикнула, но вышло совсем тихо, потому что он давит, душит её.
"Дамир... Родной..."
Думала только о нём. И о малыше. Ей плевать на свою жизнь, которая перевернулась на триста шестьдесят градусов после того, как это чудовище проникло в её дом. Убил её родителей.
- У меня была семья! Жена! Сын! - цедит сквозь стиснутые зубы, - А твой отец... А-А-А, - ещё одну пощёчину врезает девушке и отстраняется. Пинает мебель. Бьёт кулаком об стену. Крушит всё на своём пути.
- Гриша! Гриш, ну ты чего? Успокойся уже! - сестра мужа цепляется за руку брата, пытается успокоить. - Сейчас Эдуардо приедет и увезём её в больницу. Пару часов, - щёлкает пальцами, - И нет никакого ребёнка.
От этих слов ещё больнее становится. Ангелина плачет не умолкая. Гладит рукой живот, понимая, что через несколько минут не будет там малыша. Они уничтожает последнее, что осталось от Дамира.
Руки дрожат. Сердце разрывается от боли. От безвыходности ситуации. Ей не избежать, они отнимут у неё последнее счастье.
- Твой отец отнял у меня всё! - отталкивая от себя сестру, приближается к Лине. - Моя жена, оказывается, была с ним! Трахалась под моим носом, а я, слепой, даже не замечал! Другом его считал! Отца твоего! Суууука!
Ещё одна пощёчина. И ещё одна.
Лина больше не закрывает лицо рукой. Больше не больно. Онемело кукольное ангельское личико.
- Я узнал. И знаешь, что сделал? - хохочет, как ненормальный. - Они летели в Москву. А я... Якобы был не против. Не знал о его любовнике. И знаешь, что случилось? - снова сжимает горло девушки, поднимает за подбородок так, чтобы она смотрела ему в глаза. Но Лина зажмуривается. - Бу-у-ум!!! И они взорвались!
Боже... Лина деревенеет от услышанного. Она уже не сомневается и даже не пытается достучаться до них. Уверена, человек, который убил собственную семью... Родного сына... Её малыша, конечно же не пожалеет. Даже не станет думать над этим. Для них ребёнок под сердцем Лины тоже самое, что насекомое под ногами. Не больше.
- И ты хочешь, чтобы я согласился на рождение того, что у тебя в животе? А? Зачем он мне? Сууука!!! - толкает девушку и снова отстраняется. Дышит часто-часто. - Теперь понимаешь, за что расплачиваешься?
А Лина... Она уже не карабкается. Не задумываясь, молчит. Только плачет, хоть и это ей не поможет.
Дамир не придёт. Муж не изменит своё решение. А малыш... Он умрёт, не увидев глазами этот мир...
- Всё, успокойся. Эдуардо приехал. В доме больше никого нет. Мы уезжаем в больницу. - сестра мужа тянет Лину за локоть, но она даже не двигается с места. Смотрит в одну точку. - Выпей что-нибудь крепкое, брат.
- Позаботься о ней! - приказывает сестре. Одарив девушку гневным взглядом, Распутин выходит из комнаты, хлопая за собой дверью.
- Ага. Позабочусь я о ней как следует, братец, - обнажает свои "тридцать два", притягивая девушку к себе. - Вставай же! Ты ещё не поняла? На аборт! Живее!
У Ангелины нет выбора, кроме как встать и следовать за сестрой мужа. Точно такое же чудовище, как и братец.
- Люда... - Лина, приложив руки к горящим от пощёчин мужа щекам, проговорила, - Ты же тоже женщина. Хотя бы ты пойми меня...
- Хочешь, чтобы я из-за тебя против брата пошла? ХА-ХА-ХА!!! Идиотка! - издевательски протянула она, - Из-за тебя? Дрянь! На хрен ты мне сдалась, и твой ублюдок в животе - тоже!?
Лина усмехнулась через слёзы. Действительно, зачем? Куда она попала? И за что всё это происходит за ней?
- Я не хочу! Отпусти ты меня, тварь! - кричит Ангелина, царапая руку Люды. - Будь ты проклята!
- Заткнись! - ещё одна пощёчина достается от сестры мужа, но для Лины это привычная ситуация. - Эдуардо! Помоги!
Мужчина приходит сразу же. Взяв обессиленные тело девушки на руки, спускается вниз по лестнице. Не смотря на протесты, на то, что Лина бьёт его куда попало своими маленькими кулачками, мужчина всё-таки заталкивает её в машину и блокирует двери.
