связи, им приходится орать, вижу лишь, как некоторые спустили косынки с лиц и разевают рты.
На склоне вспухает взрыв, раскурочивает холм, обдавая озверелых пылью и щебнем, затем — еще один. Мой снайпер взрывает долину перед наступающими, как и снайпер флаера, где находится Вэра. Ударной волной переворачивает пару трициклов, а потом хаотично мечущееся воинство заволакивает дымом, пылью, и не видно, что там происходит, мелькают лишь смутные силуэты.
Время действовать. Включаю громкоговоритель.
— Свободные граждане! Убедительная просьба прекратить наступление. Мы не хотим причинять вам вред, в противном случае нам придется вас уничтожить. А в том, что это нам под силу, вы уже убедились.
Пустынный ветер относит пыль, открывая взору воинство на трициклах: штук сорок агрессивного вида самосборных машин типа тех, что были у гемодов на Полигоне. На некоторых — крупнокалиберные пулеметы, больше похожие на пушки. Люди мечутся, кто-то мчится назад, оставляя пыльный след, кто-то рвется вперед, большинство остановилось.
— Глушите моторы, — командую я. — Кто у вас главный? Пусть отойдет в сторону, надо поговорить.
Среди озверелых оживление, они сняли косынки с лиц, орут, машут руками, дебил в рогатом шлеме пальнул по моему флаеру, за что сосед по трициклу врезал ему так, что он свалился на землю.
— Что делаем? — интересуется Надана.
— Ждем. Видишь — у них совещание.
«Совещание» озверелых напоминает бои без правил на рыночной площади древнего мира. Разношерстно одетые мускулистые бородачи носятся между трициклами, жестикулируют, толкают друг друга — спорят. Надо им помочь принять решение.
— Вы ничем не рискуете, поговорив со мной. Я бы даже сказал, что вам понравится мое предложение. Всяко лучше, чем погибнуть всем до последнего. Пожалуй, начну, чтобы все слышали. Не знаю, с кем вы договаривались и что вам пообещали, но официальный представитель власти теперь я, мое имя Леонард Тальпаллис. И я не хочу вас убивать. Мало того, я не против взять вас под защиту. Да, вы не ослышались, времена меняются.
— Ты с ума сошел? — шипит Надана по выделенной линии связи.
Игнорирую ее реплику и продолжаю вещать:
— Вы можете жить, где и раньше. Если это территория, подконтрольная Эйзеру Гискону, гонения на вас прекратятся. Взамен мне нужно знать, кто и что вам пообещал. По факту, как видите, вас просто бросили на убой. У вас есть две минуты, время пошло.
Смотрю на таймер на дисплее, включаю секундомер. Надана спрашивает возбужденным голосом:
— Если откажутся, что делать? Мочить их?
— Ни в коем случае.
По прошествии минуты снова включаю громкую связь:
— Свободный народ, вы вольны уезжать, и никто вас не тронет. Но это будет означать, что мы по-прежнему в состоянии войны. Я предлагаю мир. Впервые за тысячи лет.
Озверелые заводят моторы, поднимается пыль и скрывает их облаком. Не веря моим словам, трициклы уносятся в разные стороны. Испытываю легкое разочарование, ведь если удалось бы склонить озверелых к сотрудничеству, охранять полуостров было бы не от кого.
Но пыль оседает, и постепенно проступают силуэты главаря группировки и сидящего позади него попутчика в самодельном железном шлеме, оба поднимают руки.
— Снижаемся, — командую я и говорю своим: — Я на переговоры. Пока держите аборигенов под прицелом, но без команды не стреляйте, что бы ни случилось.
«Оса» плавно приземляется метрах в десяти от озверелых, этого достаточно, чтобы просканировать вождя:
Кемран Главный, 37 лет
Уровень 0, вольный гонщик Пустоши
Физическое развитие: 15
Духовное развитие: 5
Насколько он ловок, вынослив и здоров, а так же сколько у него детей, мне неинтересно
Отношение: неприязнь.
А вот спутник его меня удивил:
Ракель Кемран, 28 лет
Уровень 0, вольный гонщик пустоши, жена Кемрана Главного
Физическое развитие 13
Духовное развитие 10
Оно складывается из интеллекта и паранормальных способностей, а значит…
Интеллект: 12
Паранормальные способности: телепатия (8).
Воцарившееся молчание нарушает Ракель, голос у нее грубый и хриплый, почти мужской.
— Кем, он не врет. Мало того, похоже, он такой же, как и мы! Я ща с трицикла свалюсь.
Подхожу вплотную и шепчу:
— Я рад, что ты телепатка, но это — не для разглашения. Говорить буду я, прошу вас на борт, — киваю в висящую над нами осу и говорю в снятый шлем по выделенной линии: — Опасности нет.
Оба смуглы, у Кемрана седые волосы по плечи, но черные сросшиеся брови. Ракель мускулиста, в орлином носу — серебряное кольцо. Спрыгнув на землю, она ровняется со мной и шепчет:
— Ты видишь нас? Читаешь нас? Твоя сила огромна, она растет.
— Довольно. Замолчи, женщина, — останавливает ее Кемран, — тебе же сказали…
— Да поняла я! Все, тема закрыта. Но невероятно-то как!
— Грядет время больших перемен, — говорю я, шагая к «осе», приземлившейся в десятке метров от нас.
Первая часть разговора с лидерами озверелых проходит во флаере при включенных средствах связи, мы обсуждаем условия мира, а вторая, самая главная — возле их трициклов, где нас не слышит никто, даже мои самые верные соратники.
Выясняется, что поселение озверелых довольно большое, около тысячи человек, обитают они на заброшенной базе, никого не трогают. Ранее, как и на трикстеров, на них делали облавы, но нечасто, потому что община никому не вредила. Но за последние два года дождей выпало мало, и скважина пустынников истощилась, воды стало не хватать, потому вопрос выживания встал остро.
Кемран уверял, что парламентер сам их нашел месяц назад. Это был высокий абсолютно белый человек с розовыми глазами.
Меня как молнией поразило. Сандрино? На всякий случай я переспрашиваю — точно он. Жаль, не удалось его спасти, тогда Боэтарха легко можно было привлечь к ответу.
Альбинос пообещал неограниченный доступ к опреснителю, если община поможет захватить нефтеперерабатывающий завод.
Вот оно как. Ясное дело, Боэтарх не стал бы захватывать завод, но вбил бы клин между своими злейшими врагами — Гисконами и Магонами. А поскольку он способен подчинять своей воле рядовых членов общества, возможно, поработал с командиром наемников, а, возможно, и с управляющим, потому тот и застрелился — у него была программа самоуничтожения.
По наводке альбиноса община успешно совершала набеги на колонны, и не следовало никаких санкций. Две недели назад пришел другой парламентер и велел наступать на завод после сигнала, который поступит на коммуникатор. Приняв сигнал, Кемран уничтожил коммуникатор, и его люди выдвинулись в атаку.
Как говорила Ракель, парламентеры назвались не настоящими именами, и они на самом деле хотели уничтожить тех,
