Сильвия опасливо оглянулась на дверь.
– А ты знаешь что-нибудь об Африке?
– Совсем немного.
– Нам нужно завтра же сходить в библиотеку и посмотреть, есть ли там что-нибудь о ней. Нужно выучить все, что можно. Будет ужасно, если здесь появится действительно знающий человек и разоблачит нас.
Она отвернулась и, глядя на огонь, тихо продолжила:
– Как бы я хотела не лгать! Ты знаешь, что я боюсь леди Клементину. Но хотя она и ведет себя как тиран, все равно мне противно от мысли, что я буду ее обманывать. В конце концов, я нахожусь в этом доме для того, чтобы подавать хороший пример Люси.
– Что ты, без всяких сомнений, делаешь превосходно, – сказала Ромола. – Ну а как же сэр Роберт? Он тоже является образцом для подражания в этом доме?
– Уверена, что да, – ответила Сильвия.
– А свои пороки, полагаю, он придерживает для Лондона, – заметила Ромола.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну, в столице его знают как очень веселого парня.
– В каком смысле?
Ромола посмотрела в глаза сестре.
– Тебе очень хочется знать?
– Ну конечно, – тихо промолвила Сильвия. – Он мой хозяин. А ты намекаешь, что в его характере есть какие-то черты, о которых я не знаю? Надеюсь, у тебя веские основания для того, чтобы это утверждать?
– Очень веские, – холодно сообщила Ромола. – Но, я все же, не буду разбивать твое маленькое трепетное сердечко. Я попридержу все, что знаю о нем, при себе.
Сильвия отвернулась. В ней боролись гордость и любопытство. Затем она тихо сказала:
– Может быть, ты и права.
– Я знаю, о чем говорю, – ответила Ромола. – А сейчас, думаю, мне пора спать. Возможно, когда-нибудь я расскажу тебе, откуда узнала, что ты находишься здесь.
– Расскажи сейчас, – умоляющим голосом попросила Сильвия, чувствуя, как учащенно забилось сердце.
Ромола покачала головой.
– Это слишком длинная история. А, кроме того, мы договорились не говорить о прошлом. – Она закрыла глаза. Минуту-другую Сильвия нерешительно стояла около кровати, а затем, предположив, что сестра уснула, на цыпочках направилась к выходу. Но Ромола снова открыла глаза.
– Есть старый афоризм, который гласит: никогда не выкладывай всю правду. Вот я и придерживаюсь этого правила на всякий случай. Кто знает, как дело обернется.
Она закрыла глаза, и Сильвии ничего не осталось, как выйти из комнаты.
Глава 13
– О мисс, все так взволнованы!
Этим утром Этель даже не поинтересовалась, проснулась Сильвия или нет. Она раздвигала шторы и одновременно говорила.
– А что случилось? – спросила Сильвия.
Она уже собиралась встать, когда за ней пришла Этель. Этой ночью ей не спалось. Девушка думала о сэре Роберте, мысли о нем не покидали ее ни на секунду и были такими волнующими, что ей почему-то показалось, что и он думает о ней. Она видела его в своих мечтах, снова и снова рисовала в воображении тот странный, неотразимый и страстный поцелуй.
– Сэр Роберт приезжает домой, – с волнением сообщила Этель.
Сильвия подумала, что эта новость не стала для нее неожиданностью и казалась естественным продолжением мечты.
– Когда? – спросила она, садясь в кровати.
– Сегодня, мисс. И с ним, приедет очень много гостей.
– Очень много гостей?
– Да, мисс. Ее милость получила письмо сегодня утром. Она послала за мистером Бейтсоном, а потом началась такая беготня, что это надо было видеть. Мистер Бейтсон говорит, что уже сто лет не принимали столько гостей. Собираются открывать гостевые комнаты на третьем этаже.
– И кто все эти люди, которых пригласил сэр Роберт? – поинтересовалась Сильвия, не справившись со своим любопытством и понимая, что нехорошо заставлять Этель передавать сплетни.
– Не знаю, мисс. Думаю, что и ее милость тоже не знает, иначе она сказала бы Бейтсону. Это должно быть так интересно, правда, мисс? Столько людей! Среди них, наверное, будут знатные леди.
Сильвия ничего не ответила. Ощущение радости и счастья, не покидавшее ее после ночных мечтаний, неожиданно исчезло, и она как будто бы очнулась. У сэра Роберта были свои друзья и своя жизнь, в которой она играла очень незначительную роль. Внезапно девушка почувствовала себя одинокой и беззащитной. Кем она была для него, и кем он мог быть для нее? Ей так хотелось поскорее увидеть его! И вот сейчас он возвращается, но не к ней, а к своему великолепному дому, да еще везет с собой своих друзей, которые этот дом заполнят.
Сильвия совсем забыла про Этель, которая стояла, не сводя с нее преданных глаз, в ожидании ответа.
– Да, я думаю, это будет очень интересно, Этель. Может быть, нам даже удастся краем глаза увидеть, как будут танцевать друзья сэра Роберта!
Сильвия услышала свой голос как будто со стороны, и он показался ей очень фальшивым, но Этель, кажется, ничего не заметила.
– Я сказала миссис Брент, мисс, и она переживает, что ей нечего будет надеть. А вам хорошо, у вас есть такое красивое розово-лиловое платье!
Этель ушла, закрыв за собой дверь. Сильвия вздохнула. Значит, Ромола надеялась развлечься. Принять участие в вечере. Она быстро разочаруется, когда узнает, что, может быть, в качестве одолжения ей и разрешат понаблюдать за гостями с балкона, но уж никак не позволят спуститься вниз. Сильвия очень живо припомнила, какое унижение она сама недавно испытала на званом ужине. Но тогда всякие неприятные мысли оттеснили чувства, заполнившие ее сердце после поцелуя сэра Роберта, восторг и счастье от ощущения его объятий. Теперь же все до самых мельчайших подробностей всплыло в ее памяти. И то, как герцогиня подняла брови, и как сначала с нескрываемым любопытством, а потом с презрением разглядывали ее присутствовавшие на вечере женщины, когда узнали, что она всего лишь гувернантка Люси, и то, как они говорили, что, по их мнению, она очень странно и неожиданно вырядилась для такого вечера. Она вспомнила капитана Дэвидсона и его предложение встретиться с ним тайным образом, а также о том, что ей было велено подняться к себе, когда начнутся танцы; то, что говорил ей Бейтсон в холле; и ощущение того, что ее воспринимают как низшую по статусу. Разве можно все это забыть или назвать удовольствием? Ромола получит такой же урок, если ее страстное желание попасть на этот бал осуществится.
Встав с постели, Сильвия подошла к окну. Как всегда, красота вересковой пустоши, простиравшейся до горизонта, подействовала на нее успокаивающе.
– Я могла бы быть по-настоящему счастливой здесь, если бы…
Девушка не посмела даже мысленно продолжить фразу, испугавшись нереальности своего желания. Она думала о сэре Роберте и страстно желала, чтобы он принадлежал только ей и никому больше. Накинув халат, Сильвия вышла в коридор и направилась к Ромоле. К своему удивлению, она обнаружила, что та уже встала и сидит у туалетного столика, рассматривая свое лицо в большом зеркале в позолоченной раме.
