— Ты не можешь этого сделать, — дрожащим голосом произнесла она, — ГМ сказал...
Чарли взвизгнула, размахивая кочергой по дикой дуге, отчего несколько растений упали на пол.
— Не смей говорить со мной о нем, дрянь. Даже не произноси его имени. Верно, — добавила она, усмехнувшись в лицо потрясенной Вэл, — я видела, как ты его целовала. Если бы ты не обманывала его, он никогда бы не убил Джеймса. Так что, как видишь, это все. Твоя. Вина.
— Он сказал мне, что не будет, — хрипло произнесла Вэл. Ей слишком поздно пришло в голову, что она должна все отрицать. Чарли зарычала и снова набросилась на нее. Вэл пришлось упасть на колени.
— Он сказал мне, что не будет, — усмехнулась Чарли, — О, Вэл. Ты такая прелесть. Я думала, что это просто притворство, но ты действительно сладкая, как гребаный пирог? Я пыталась выждать время. Но нет, ГМ решил, что собирается пройти через свой глупый миттельшпиль. Я ничья пешка, не его — и не твоя. Единственная причина, по которой он сделал тебя королевой, — это его желание трахнуть тебя. Но, конечно, эта идея, скорее всего, даже не приходила тебе в голову? Нет, ты не думала. Не милая маленькая Вэл. Все это просто один сплошной чертов детский сад с тобой.
Вэл зажала рот ладонями. Запах земли заполнил ее ноздри. От этого ее затошнило. Она сосредоточилась на том, чтобы ползти, пригибаясь, избегая осколков разбитой терракотовой керамики. «Я должна выбраться отсюда. Я должна предупредить Лизу».
— Но он совершил ошибку. Он думал, что сможет избавиться от меня... что я просто приму это и буду хорошей маленькой пешкой. И именно поэтому я собираюсь убить тебя, — свирепо закончила Чарли, — Потому что я не собираюсь ей быть. Когда ты исчезнешь из поля зрения, он увидит меня и поймет, что мы идеально подходим друг другу.
Вэл едва слышала слова Чарли. Ее сердце колотилось слишком громко.
— Мой дед был охотником — ты знала об этом? Он выслеживал испуганных зверьков в лесу, в джунглях, в тундре — это именно то, кем ты и являешься, не так ли? Испуганное маленькое животное. Нет смысла прятаться, Вэл... Я найду тебя. И когда это сделаю, я собираюсь...
Внезапно стол перевернулся. Вэл инстинктивно подняла руки, чтобы прикрыть лицо, когда керамические горшки разбились, а дерево раскололось вокруг них.
— Прекрасно.
— Чарли, пожалуйста, не делай этого...
— Заткнись, — прорычала та. — Заткнись на хрен, глупая маленькая шлюха. — Она прижала острый конец к груди Вэл, отбрасывая ее назад. — Ты не имеешь права — никакого права — указывать мне, что делать.
— Я не... я не хотела... — быстро соображала Вэл. — Мы не могли бы... поговорить об этом?
— Конечно. О чем ты хочешь поговорить? Какая ты коварная маленькая сучка, раз пытаешься выкрутиться из того, чего заслуживаешь? Или ты хочешь поговорить о том, что мне это не сойдет с рук? — Она укоризненно рассмеялась. — Ты думаешь, он придет и спасет тебя?
Боже милостивый. Она была абсолютно сумасшедшей.
— Нет! Господи Иисусе, ты можешь забирать его!
— Вэл, Вэл, Вэл, — ее голос звучал так похоже на голос Гэвина, что на мгновение она почти забыла, с кем разговаривает. — Ты что, не понимаешь? Это не имеет значения.
— Не... имеет?
— Нет, — добавила Чарли, качая головой. — Он не твой, чтобы отдавать. Видишь ли, пока ты жива, он не сдастся. Я знаю, поверь мне. Потому что сама такая.
Вэл ударилась спиной о полку с садовыми принадлежностями. Пакеты с семенами полетели на пол.
— О боже. — Она была права, только не знала, насколько.
— А теперь я собираюсь вонзить эту штуку прямо в твое слабое, жалкое сердце.
Часы с тихим стуком выпали из руки Вэл. Было 2:59. А затем, с тихим щелчком, часовая стрелка переместилась на три. Вэл закрыла глаза, когда почувствовала, как тяжелое острие уперлось ей в левую грудь.
— С другой стороны… может быть, сначала я попорчу твое хорошенькое личико.
— Даже не думай об этом.
Вэл открыла глаза. Она знала этот голос, другого такого в мире не было. В дверях стоял Гэвин. С пола он казался невероятно высоким.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
(Думаешь, он придет и спасет тебя?)
Увидев его, Чарли дернулась, разорвала кружево на блузке Вэл, от чего потекла кровь. Вэл ахнула, схватившись за грудь, но Чарли, казалось, не заметила, что сделала.
— ГМ, — выдохнула она, словно в трансе, отпуская металлический стержень. Кочерга со звоном упала на пол. Вэл быстро схватила ее, прежде чем девушка успела подумать о том, чтобы вернуть свое оружие.
— Какого хрена ты делаешь? — он зарычал таким тоном, какого она никогда от него не слышала. — Ее нет в твоем списке.
Очевидно, это был не тот теплый прием, который она ожидала. Чарли вдруг растерялась.
— Я... я хотела...
— Я знаю, чего ты хотела, — отрезал он. — Единственное, что более прозрачно, чем этот... нелепый наряд, — это твоя тщетная попытка солгать. Это не то, о чем мы договаривались.
Последовала долгая, ужасная тишина, нарушаемая только рыданиями Чарли.
Чарли никак не могла поверить, что ГМ не купится на это представление. Но ГМ ничего не сказал, даже когда она прижалась к его груди, хотя Вэл показалось, что она увидела, как он напрягся.
— Не надо меня ненавидеть. Пожалуйста... пожалуйста, не ненавидь меня — я сделала все это для нас. Для тебя.
— Для меня, — повторил он. — Ты думала, что я этого хочу?
Все еще плача, Чарли кивнула.
— Ох, Чарлин. — Медленно, почти машинально, он положил руку ей на поясницу, но почему-то этот жест не казался особенно успокаивающим. «Нет, — подумала Вэл, — похоже, он удерживает ее на месте».
На самом деле, он именно это и делал. Глаза Вэл расширились.
— Подожди, — закричала она, — Гэвин! Не надо!
Задыхаясь, Чарли отшатнулась от него. Красное пятно показалось спереди на девственно-белой рубашке девушки, распространяясь вокруг растопыренных пальцев правой руки Чарли. Ее взгляд упал на рану в животе, и она задохнулась:
— Гэвин?
Он покачал головой. Она рухнула на пол неизящной кучей.
— Ты убил ее, — болезненно проговорила Вэл, отворачиваясь от сломанного тела Чарли. В ее смерти было что-то печальное и уязвимое. Такое привычное.
— Она бы убила тебя, — нахмурившись, Гэвин посмотрел вниз. Кровь Чарли оставила след на его рубашке. Он начал расстегивать пуговицы. — Это не было частью игры.
— Но ты убил ее.
Он поднял глаза, пригвоздив ее своим ледяным взглядом.
— Она расходный материал.
Вэл не могла поверить, что он может быть таким циничным.
— А как насчет Джеймса? Он тоже им был?
Гэвин отбросил в сторону свою испачканную рубашку, оставшись в белой майке.
— Да.
Это было больше, чем она могла вынести. Мучительный вопль вырвался у нее изо рта.
— Я не могу… Я больше не буду играть в эту игру — не тогда, когда люди умирают!
— Итак, Лиза и Блейк… Полагаю, они для тебя ничего не значат?
Вэл замерла, ее лицо скривилось в панике. Она направила кочергу, о которой до сих пор забыла, ему в грудь.
— Держись от них подальше, чудовище, или... или я заставлю тебя.
Гэвин сделала шаг ближе и коснулся кончика ее импровизированного оружия.
— Ты мне угрожаешь? — В его голосе не было злости, только удивление. И она с содроганием поняла, что его тело не было таким хрупким, как она сначала думала. Он мог легко одолеть ее... и знал это.
Она крепче сжала кочергу.
— Не подходи.
— Ты сможешь это сделать? — спросил он. — Хладнокровно убить меня?
«Да, сделай это. Убей его».
— Отпусти кочергу, Вэл. Ты не убийца. И никогда не будешь. Отдай ее мне.
Она судорожно вздохнула, и, за исключением дрожи, которую она не могла контролировать, Вэл не двигалась. Одним рывком металлический стержень легко выскользнул из ее рук.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Как же я тебя ненавижу, — прошептала она.
— Знаю.
Слезы продолжали катиться по ее лицу. Она сердито отмахнулась от них.
— Почему ты так со мной поступаешь?
ГМ посмотрел на кочергу, а затем снова на ее заплаканное лицо.
