Читаем без скачивания Кровавая обитель - Брэм Стокер

— Это чересчур любопытные фраера, которые нарываются на драку, — ответил Бранко Жавлик. — Проклятые туристы! Покажем им!

Он схватил бутылку и хотел ударить Харвея Сондру по голове, но Харвей опередил его. Он вывернул Бранко кисть и резко ударил в лицо, затем быстро отпрыгнул, схватил легкий столик и швырнул его в остальных.

Трое упали. Один из парней вынул нож.

— Ах вот что, молокосос, — лениво проговорил Тино Салварин и извлек свой пистолет. — Подходи, не стесняйся! Я порезал многих отчаянных парней в Неаполе.

Хозяин кабака и не думал вмешиваться; подобные драки были для него не в новинку. Бранко Жавлик вновь напал на Харвея Сондру. Лицо его было окровавлено, но глаза сверкали яростным огнем. Видимо, он решил снять напряжение предыдущей ночи и разделаться с соперником из крови и мяса.

Стелла Кантон забилась в угол.

Харвей Сондра, обладатель 1-го дана дзю-до и довольно известный боксер-непрофессионал, нанес Бранко серию сильных и точных ударов. Но парень устоял на ногах.

Тино Салварин со своим стилетом сдерживал двух ребят. Одному рассек руку, и тот, оставляя кровавый след, с криком выбежал на улицу.

Другой схватил ножку стула и бросился на Тино. Тино скрыл рукой почти все лезвие стилета, оставив только острый кончик, ловко увернулся и нанес незадачливому бойцу множество болезненных, но не опасных для жизни ран. Тем не менее одежда пацана покраснела от крови, и он в панике ретировался.

Тино Салварин удовлетворенно захохотал.

Харвей Сондра тем временем отбивался от четырех противников одновременно. Трое придавленных столом поднялись, плюс Бранко Жавлик, который мог многое вынести и щедро отплачивал за каждый нанесенный ему удар.

Вдруг голову Харвея пронзила острая боль, в какой-то момент он даже подумал, что ему сломали нижнюю челюсть, его руки опустились, тело обмякло. Оказывается, Бранко врезал ему тяжелой стеклянной пепельницей, стоявшей на стойке бара. Теперь же главарь шайки поднял в воздух стул, намереваясь одним ударом добить Харвея. Но тут вмешалась Стелла Кантон, она подняла с пола бутылку из-под «зибловитца» и как следует стукнула Бранко Жавлика по голове. Тот рухнул как подкошенный.

Харвей Сондра снова пришел в себя. Его окружали почти подростки, набравшиеся опыта в уличных потасовках и пьяных драках. Для того чтобы напугать в темноте случайного прохожего и вынудить его расстаться с кошельком, этого хватало. Но против Харвея Сондры у них не было ни единого шанса.

Одного Харвей выбросил в окно, другого лишил сознания, а третий позорно бежал.

— Вот и все, — вздохнул Харвей Сондра, осторожно ощупывая свою ноющую челюсть.

В ушах у него звенело. Когда Харвей двигал нижней челюстью, болела барабанная перепонка. Подобные травмы были ему знакомы, ничего серьезного.

На улице загудела полицейская сирена. Один из праздношатавшихся по улице парней вбежал и прокричал: «Осторожно, полиция!»

Харвей Сондра схватил за шиворот находящегося в глубоком обмороке Бранко Жавлика.

— Здесь есть какое-нибудь подсобное помещение, где нас никто не потревожит? — спросил он хозяина.

Тот кивнул в знак согласия..

— На второй этаж они наверняка не будут заглядывать. Первая дверь справа.

Харвей Сондра взвалил на плечо неподвижного и бессильного Бранко, поднял его по лестнице и бросил на кровать в указанной комнате. Пружины кровати обиженно заскрипели. Стелла Кантон заперла дверь.

После двух стаканов холодной воды, вылитых Стеллой ему на голову, Бранко наконец очнулся. Он чихнул, вытер рукавом лицо и сел, тут же схватившись за голову.

— Выбирай, Жавлик, — сказал Харвей. — Или ты заговоришь здесь или в полицейском участке. Полиция внизу. У тебя есть минута на размышление.

Нокаут и холодная вода отрезвили Бранко Жавлика. Он сломался. Тихим голосом парень рассказал все подробности происшедшего этой ночью в парке. Его лицо покрыла смертельная бледность, когда он вспомнил нападение вампиров.

— В этой истории должна быть доля правды, — сказала Стелла. — Дьявольская сила монахов с Чалдерона нашла своих жертв даже здесь, в Цадаре.

Бранко прислушался.

— Чалдерон? — переспросил он. — Олга, моя подружка, учится в институте, и она рассказала мне мрачную легенду о Чалдероне. Я точно не помню, о чем там шла речь, но она живет здесь, неподалеку. Я ее расспрошу. Мне надо четко узнать, что происходит, иначе я не найду больше покоя.

VIII

Олга Чехровка оказалась крупной брюнеткой с большим бюстом. Она занимала мансарду дома, построенного на рубеже веков. На столе ее комнаты были нагромождены книги, на плите кипел чайник с водой.

Девушка с подозрением оглядела посетителей, включая и Бранко Жавлика.

— Почему вас интересует древняя история? — спросила она. — Это давно забытая старая сказка. Мы же живем здесь, в Цадаре, а Рагуза и Чалдерон далеко от нас.

— Расскажи, Олга, — попросил Бранко, — расскажи еще раз, пожалуйста.

— Ну ладно, — согласилась девушка.

Олга сняла кипяток с электрической плиты и заварила кофе. Ароматный запах поплыл по комнате. Олга Чехровка достала пять чашек, молоко и сахар.

— Сейчас будем пить кофе, — объявила она.

— Мы пришли не для этого, — нетерпеливо произнес Бранко. — Ну, рассказывай же наконец.

Олга села к столу и заговорила, обращаясь сама к себе.

— Когда я была маленькой девочкой, одиннадцати или двенадцати лет, моя бабушка рассказала мне легенду о монахах Чалдерона. Во времена первого и второго крестовых походов монахи-рыцари Чалдерона пользовались всеобщей любовью и уважением. Они принадлежали к могущественному ордену крестоносцев, имевшему замки по всей стране. Но к 1189 году, когда начался третий крестовый поход, епископом стал страшный человек. Его звали Степан, но все употребляли только его прозвище — Черный Епископ. Ходили слухи, что он был незаконный отпрыск королевского дома. Его родственники отказались от него, ибо сочли сумасшедшим, как и его мать, наложившую на себя руки. С этим Степаном когда-то праведные монахи превратились в дикую орду. Их порочные деяния в замке не остались безнаказанными. Монахов отлучили от церкви. Но они продолжали бесчинствовать, тогда римский папа подтвердил отлучение. Но на Чалдероне только смеялись в ответ. Чтобы обрести бессмертие, они совершили жуткий кровавый ритуал, завершившийся убиением невинной девушки и вкушением ее молодой крови, и поклялись на верность Сатане. Но Бог не допустил торжества зла и внял последнему стону умирающей девушки. Монахи Чалдерона скончались в одночасье от чумы, неизвестно откуда пришедшей на остров.

Олга Чехровка сделала паузу. Она молчала целых три минуты, а когда заговорила, ее голос звучал еще тише и глуше, словно с того света.

— Но неумеренные притязания монахов на вечную жизнь сбылись чудовищным образом. Вместо того чтобы предаваться пиршествам и оргиям в своей крепости, они томились в мрачных склепах, не живые, но и не мертвые. Они не хотели жить, но и не могли умереть. Совсем скоро про замок Чалдерон стали рассказывать страшные истории. Якобы души умерших блуждают в ночи, а их мумии выходят из могил и бродят по острову. Стали таинственно и загадочно пропадать люди. Рыбаки начали избегать остров.

Олга наклонилась к самым лицам гостей и прошептала:

— Говорят, что дьявольские монахи пьют кровь своих жертв, которые превращаются в вампиров. Они тоже сходят с ума от жажды крови, но их укусы убивают, и цепь замыкается.

Бранко Жавлик тихо засмеялся. Его голос сорвался в крике: «Сказки! Это неправда! Я не знаю, почему эти двое напали на нас. Возможно, их ошибочно приняли за мертвых и они находились в трансе, но то, что души каких-то монахов спустя столетия бродят по острову, совершенно невероятно и фантастично. Я не верю в это и не поверю никогда!»

Он никак не хотел успокоиться. Тем временем Олга Чехровка разливала крепкий и ароматный кофе. Во время трапезы трое мужчин и две женщины еще раз попытались пережить эту ужасную историю.

— Есть еще кое-что, что вам необходимо знать, — добавила Олга. — Монахи Чалдерона были очень богаты. Они собрали огромную коллекцию ювелирных изделий. В подземельях Чалдерона сокрыто золото и драгоценные камни.

— Что ж, их час скоро пробьет, — сухо сказал Харвей Сондра. — После двойного убийства полиция обыщет каждый камушек этих проклятых развалин. Если там действительно что-то хранится, то мы в ближайшее время услышим об этом по радио или прочитаем в газетах.

Они поблагодарили Олгу Чехровку за интересный рассказ и вкусный кофе и попрощались. Вечерело, пора было ехать на встречу с инспектором.

Инспектор Дувлек уже ждал их. За хорошим ужином в первоклассном ресторане Харвей Сондра признался инспектору, что надобность в ночном дежурстве в морге отпала, так как жертвы монахов мертвы, а остальные трупы не превратились в зомби.