имели значение только наличные. Бывшей повитухе все еще предстояло оплатить массу судебных издержек, и их размер был достаточно велик. Все ее должники к настоящему моменту расплатились, кроме одного: у Михая был неоплаченный счет за несколько мешков пшеницы, которые ее сыновья отдали ему из своего урожая.
Для наступившей весны погода была просто удивительна: температура прыгала от нуля до двадцати пяти градусов. Постоянно дули сильные ветры. Иногда во время бурь деревья вырывались с корнем. Жители деревни, склонные к суевериям, воспринимали эти факты как дурное предзнаменование.
* * *
Бывшая повитуха сидела в корчме семейства Цер с позднего утра. Этим днем она двигалась очень мало, и это неизбежно отразилось на ее состоянии: в спине появились пульсирующие всплески боли, ноги и шея одеревенели.
Тетушка Жужи неторопливо посасывала свою трубку. Когда она вынимала ее из своего тонкого рта и выпускала струйки дыма из носа, она становилась похожа на толстого разъяренного быка в облаках табачного дыма, которые ненадолго образовывались вокруг нее, прежде чем раствориться в воздухе.
Бывшая повитуха покупала табак у одного из своих клиентов, который работал в поместье по соседству. Обычно он продавал его на рынке, но тетушка Жужи предпочитала приобретать большие порции табака непосредственно у него в обмен на свои зелья и настойки.
Тетушка Жужи ткнула пальцем в погасший табак в чашечке своей трубки и утрамбовала горячий пепел. Затем она откинулась на спинку скамейки, расправила на коленях складки своего фартука и опустила в его карман трубку. После этого она похлопала по карману, поплотнее закрывая его.
Залпом допив остатки спиртного, стоявшего перед ней, тетушка Жужи дождалась, когда теплая волна пройдет у нее по горлу и груди, откашлялась и поднялась со старой скрипучей скамейки.
Корчма была почти пуста. На столе, за которым сидела бывшая повитуха, громоздились грязные суповые миски и кувшины из-под спиртного, ожидая, когда их уберут. За соседним столом с азартом играли в карты, причем игроки часто менялись, чуть ли не после каждой партии.
– Я хотела бы, чтобы ты оплатила свой счет!
Тетушка Жужи резко обернулась.
Бывшая повитуха наблюдала за Анной все это утро, как та наполняла миски с едой и кувшины с напитками. Как она тщательно протирала стойку перед собой старой вонючей тряпкой. Как она порой застывала и неподвижно смотрела в одну точку перед собой, словно пытаясь найти ответы на крайне важные вопросы.
Через узкое окно, под которым раньше обычно сидел Шандор-младший, в корчму проникал слабый дневной свет. Воздух в помещении был тяжелым от застоявшегося сигаретного дыма, к которому примешивался аромат тушеного мяса.
Анна направилась к тетушке Жужи, запинаясь по пути и напоминая всем своим видом маленькую птичку. Ее костлявые ноги, обутые в ботинки несуразно большого размера, натыкались на ножки столов и скамеек. На подошвы ее ботинок налипли опилки. Анна подошла к бывшей повитухе и остановилась в шаге перед ней:
– Не могла бы ты оплатить свой счет?
Над стойкой висел большой кусок холста с надписью: «Мы оплачиваем свои счета, поэтому пожалуйста оплачивайте ваши!» Он был прикреплен там после окончания войны.
Тетушка Жужи повернула голову, затем провела языком поочередно по губам, по зубам и по небу, собирая мокроту. После этого она наклонилась и смачно сплюнула на пол комок собранной слюны. Затем она склонилась над столом и подхватила свои корзины, вес которых доставлял ей нескрываемое удовольствие.
Разогнувшись, бывшая повитуха почувствовала новый всплеск боли в спине, гораздо сильнее прежних. Вместе с этим она ощутила, как опухли ее колени, к которым ей приходилось все чаще прикладывать примочки с отваром из астагала[27]. На какой-то миг ей даже показалось, что она может не устоять на ногах. Собравшись с силами, она вразвалку направилась к дверям корчмы. У самого выхода бывшая повитуха, не дав себе труда обернуться, выкрикнула Анне:
– Господь милосердный заплатит за все!
* * *
Сольнок
Как было известно прокурору Яношу Кронбергу, еще с прошлой весны уже второй житель из Надьрева находился в тюрьме Сольнока в ожидании суда над собой. Зачастую в тюрьме Сольнока оказывался кто-либо из отдаленных мест, но являлось большой редкостью, чтобы в считаные месяцы в нее попадало более одного человека из одной и той же деревни.
Задержанный не менял своих показаний с того момента, как был схвачен и допрошен жандармами. Он утверждал, что пытался добиться справедливости. Он хотел воздать по справедливости бывшей повитухе, которая, по его словам, убила его мать. Задержанный считал своим долгом отомстить за ее смерть.
Кронберг был уверен в том, что лица, устраивающие самосуд, относятся к категории обыкновенных преступников. Они преследуют свои личные интересы и не остановятся ни перед чем, чтобы достичь поставленной цели. Прокурор уже неоднократно встречался с преступлениями, совершенными по принципу «око за око». Он считал, что такого рода дела решаются в суде достаточно легко. Убежденность мстителей в своей собственной правоте обеспечивает прокурору возможность без особого труда добиваться вынесения им законного обвинительного приговора.
Но без официального запроса от сельсовета Надьрева о проведении расследования, а также без обнаруженного трупа у прокурора не было оснований для возбуждения уголовного дела.
* * *
Надьрев
Во время посевного сезона движение на деревенских улицах было значительно меньше, чем в другое время года. За исключением нескольких пожилых крестьян, которые везли канистры с молоком или мешки с фуражом на скрипучих, запряженных волами повозках, в Надьреве было трудно встретить еще кого-либо. Тетушке Жужи, стоявшей у входа в корчму, была хорошо видна улица Арпада, поэтому она сразу заметила Марицу. Та оживленно махала ей обеими руками, чтобы привлечь к себе внимание.
Тетушка Жужи поспешила через дорогу, чтобы встретиться со своей подругой, и обе женщины пошли вместе вверх по Сиротской улица. Они представляли собой странную пару. Быстрые, порхающие движения Марицы плохо сочетались с тяжелой походкой бывшей повитухи, которая неторопливо переваливалась с ноги на ногу. К ним присоединилось несколько уличных кошек, которые описали вокруг двух женщин «восьмерку», после чего метнулись в ближайшие кусты, чтобы там дождаться, когда они снова пройдут мимо, и выйти им навстречу. Тетушке Жужи всегда нравилось наблюдать за играми уличных кошек, за тем, как они незаметно подкрадывались к ее забору и оттуда следили за ее работами в саду. Сейчас она поверх своих корзин любовалась их грациозными движениями и одобрительно хмыкала в их сторону.
Легкий дождик принес с собой запах свежей травы и мокрой земли. Бывшая повитуха с удовольствием вдыхала его, чувствуя, как он наполняет ее новыми силами. В последние
