Ничего себе размах. Турнир, печально запомнившийся мне на четвертом курсе, судя по всему, и в подметки не годился тому, который планировался сейчас. Впрочем, как уверял все тот же буклет, он проводился в честь окончательной победы над Волдемортом, так что помпезность была вполне оправдана.
Я повертел в пальцах приглашение, еще раз проглядел буклет, и вздохнул. Рона с Гермионой, скорее всего, тоже позвали, на правах героев прошедшей войны.
С одной стороны, предложение заманчивое - после всех последних событий мне бы совсем не помешало развеяться. Если на работе и при друзьях я еще старался держаться, выглядеть веселым и беззаботным, чтобы не нервировать близких людей, то, приходя домой, я все больше и больше погружался в апатию, снова чувствуя, что жизнь идет мимо. Короткие отношения с Малфоем, закончившиеся так резко и неожиданно, совершенно выбили меня из колеи, вновь относя на обочину жизни. По-хорошему, мне сейчас бы следовало найти себе кого-нибудь - просто чтобы перестать дергаться, просматривая почту или слыша шум в камине, но, в отличие от Драко, я даже не представлял, где можно познакомиться с парнями, предпочитающими секс со своим полом. Да что там, я и определить-то чисто внешне, не спрашивая, их не могу - не говоря уж о том, чтобы начать заигрывать, а каких-то особенных мест, где можно было бы встретить пару, я не знал. Не у друзей же спрашивать… представляю себе лицо Гермионы, рискни я задать ей подобный вопрос.
С другой же стороны, в том состоянии опустошенности, из-за которого вновь пришлось пить зелье Сна без сновидений, мне вообще не хотелось выползать на люди. Поехать на Турнир - значит, снова оказаться в центре событий, улыбаться, когда на душе скребут кошки, постоянно следить за своим лицом, чтобы не допустить новых сплетен. Конечно же, у меня опять станут спрашивать о личной жизни, а некоторые поклонницы из числа старшекурсниц Хогвартса начнут требовать автографы, а если отказаться их раздавать, обид не оберешься.
Никогда бы не подумал, что быть героем сложнее, чем изгоем, но прошедшее лето избавило меня от этих иллюзий. Впрочем, может быть, Турнир окажется все-таки более значимым событием, чем сплетни об уже приевшемся мальчике-который-выжил. Тем более, если за организацией празднеств и состязаний, и впрямь стоит Малфой, эта новость заполонит передовицы всех газет.
Малфой… я сжал кулак при мысли о том, что Драко тоже вполне может очутиться в Хогвартсе. Смогу ли я, если он там окажется, сдержаться, сохранить лицо и выглядеть беззаботным и счастливым?
Я выпустил воздух сквозь плотно сжатые зубы, прекрасно понимая, что выбора у меня все равно нет. Если я откажусь - на меня насядут и Рон с Гермионой, и Макгонагалл, и все близкие друзья и знакомые. Да и пресса, конечно же, не останется в стороне. Не объяснять же мне, в самом деле, всем и каждому щекотливую ситуацию?
- Акцио, сигареты, - мрачно произнес я, взмахивая палочкой и подавив желание сымитировать какую-нибудь неопасную, но жутко заразную болезнь. Лучше уж Турнир, чем малолетние экзальтированные девицы, таскающие в Мунго посылки для героя.
* * *
- Как будто ничего и не изменилось, а? - Рон плюхнулся на мягкое сидение и вытянул длинные ноги, с наслаждением потягиваясь. - Снова едем в Хогвартс, как будто в старые добрые времена.
- Только мантий и учебников не хватает, - улыбнулась Гермиона, пребывающая в удивительно благодушном настроении, несмотря даже на то, что ее склочная начальница отказалась дать ей выходной на целый день и потребовала поработать хотя бы до десяти утра.
Я посмотрел в окно. Поезд набирал ход, мимо проносились дома и парки, и сердце на мгновение кольнуло, когда я вспомнил, как ехал в Хогвартс первый раз в жизни - в одиннадцать лет, смущенный, растерянный, совсем не знающий, чего ожидать. Тогда я даже представить себе не мог, что стану известным героем. Я был просто Гарри, выдернутым из обыденного, довольно-таки серого мира в яркую сказку, обещавшую незабываемые приключения. К сожалению, в реальности все оказалось даже слишком… незабываемо. Но я все равно не жалел, что в дождливую ночь восемь с лишним лет назад Хагрид появился на пороге того маленького домика с покосившимися стенами, где я встретил свой одиннадцатый день рождения.
Конечно, вполне можно было отправиться сегодня в Хогвартс не на поезде, а через каминную сеть или с помощью аппарации, но мы, не сговариваясь, решили поехать именно так, как ездили в школу каждый год вплоть до седьмого курса. По крайней мере, для меня в этом было что-то ностальгическое, напоминающее о самых лучших днях пока что еще совсем короткой жизни - несмотря на все трудности и потери, на борьбу, на кошмары, оставшиеся после того, как все закончилось, Хогвартс стал для меня местом, где я впервые испытал настоящее счастье и встретил самых дорогих людей.
Странно, правда, было ехать в школу налегке, с одной только полупустой сумкой, без совы, учебников, формы. Да и ехать не для учебы, а в качестве гостей. От ожидания скорого возвращения в Хогвартс был и светло, и немного грустно. Раньше я каждый год стремился в школу, как путник, после долгого путешествия отправляющийся домой, в то место, где все дышит покоем, все привычно и уютно. Сейчас же мой дом был на площади Гриммо, а жизнь сосредоточилась в Лондоне и Министерстве Магии.
Поля и леса, проплывающие мимо окон, были непривычно-желтыми - конец октября. Первый раз я еду в Хогвартс экспрессе в конце октября, перед самым Хэллоуином.
- Интересно, что придумают с испытаниями в этом году, - хмыкнул я. - У тебя отец ничего не говорил, Рон?
- Нет, - друг надулся, как сыч. - Но он явно что-то знает, в конце концов, они сотрудничают с департаментом магических игр и спорта, а без их согласия такие мероприятия не проводятся. Сказал, что эта информация не подлежит разглашению, будто он мне не доверяет!
- Рон, - мягко укорила его Гермиона. - Ты прекрасно знаешь, что твой отец просто придерживается правил. Так, вообще-то, принято.
- Интересно, где бы мы были сейчас, если бы никогда не нарушали школьных правил, - пробурчал Рон, впрочем, беззлобно. Конечно, Рон прекрасно понимал, что ни Артур, ни кто-либо еще из работников министерства был не вправе разглашать подобную информацию - никто бы не дал гарантии, что, в таком случае, она не просочится в прессу раньше времени. В конце концов, испытания должны быть сюрпризом не только для зрителей, но и для чемпионов.
Кингсли, явно что-то знавший, тоже словно в рот воды набрал, и не собирался делать исключение ни для кого. Я бы не удивился, если б узнал, что все посвященные в тайну испытаний дали Непреложный Обет или еще какие-нибудь клятвы.
- Гарри! - услышал я голос Дина Томаса, появившегося в дверях нашего купе. - Эй, ребята, тут Гарри Поттер, и Рон, и Гермиона! Айда сюда!
