проблему. — Найлус встал и подошёл к тактическому столу, весь верхний уровень города был захвачен Имперскими силами и сейчас солдаты отдыхали, удерживая ворота и лифты на нижних уровнях кузницы ангела.
— Что за проблема? — Генерал видимо напрягся и уже с подозрением взглянул на Хорса — Нечестивые силы уже открывали свои порталы, мои люди с честью…
— Я знаю это генерал, но грядёт и правда нечто ужасное, я не знаю что именно, но чувствую это. — Найлус посмотрел в глаза Давиану. — Капитан, чем больше мы медлим, тем больше шансов провалиться, мы можем попросту опоздать.
Давиан Тул решительно кивнул и посмотрев в сторону технодесантника передал ему собирать все лояльные силы Астартес возле центрального спуска в под-улей, как он понял им предстоял прорыв сквозь орды еретиков в самые глубины имперского города.
— Я верю тебе Найлус Хорс, выдвигаемся.
— Да прибудет с вами Сила генерал Старк.
— Сила… — Старик отвернулся проигнорировав речь уже ушедшего в след за Астартес человека и во всю всматривался в очищенную от меток противника карту города. — На такое способна только святая сила Императора.
* * *
Потери среди рот космодесанта высадившихся на планете были значительны. Первая рота предателей была почти полностью уничтожена в ходе сражения за дворец губернатора. Третья рота понесла сильные потери в боевом соприкосновении с шестой, после чего отступила. Треть состава подчиненных Габриэля Ангелоса пало в бою, что заставляло капитана скрежетать зубами и в ненависти сжимать свой силовой молот. Четвертая рота понесла меньше всего потерь, подчинённые Давиана Тула давили противника лучшим вооружением, и эффектом неожиданности, но даже среди них нет — нет да встречались депеши о павших в бою братьях, целых семерых воинов не досчитался капитан, когда третья и четвёртая роты собрались возле врат ведущих в глубину подулья. Колоссальные потери…
Гвардейцы охраняли проход, сотни людей с тяжёлым вооружением и присутствием техники, не говоря уж о обычных солдатах. Все смотрели на Астартес с благоговением и провожали их взглядами складывая руки в аквилу.
Давиан стоял рядом со своим старым другом. Габриэль Ангелос перенёс тяжёлые испытания столкнувшись с предателем лицом к лицу, без поддержки и какой-либо помощи, чуть не пал в бою, но смог выстоять. Тул положил свою руку на плечо брата капитана, что по мужски сжимал зубы, от вида остатков своего подразделения. Множество братьев погибло сегодня, а сколько ещё погибнет в предстоящем бою? Давиан не знал, но понимал, что всё было не зря, сегодня они окончательно остановят ту чуму, что распространилась в их Ордене, спасут Мередиан от участи более страшной чем просто смерть и уже после, если выживут, будут поминать павших. Что бы не сказал Давиан, это навряд ли бы помогло погруженному в свои мысли Габриэлю, слова были чужды тем чувствам, что тот испытывал, а потому Тул просто молчал, поддерживая своего брата.
Рейзер, капеллан четвёртой роты, что снова выжил, пройдя самые жуткие бои, в первых рядах ведя бойцов на соединение с атакующими со стороны космопорта гвардейцами, вышел вперёд. Чёрную броню Астартес покрывали многочисленные сколы и трещины. Не было времени проводить ремонт или замену керамитовых пластин, сейчас воин выглядел, как полноценный Ангел войны, что сошёл с тех величественных картин выставляемых на священной и величественной Терре. Череп шлема капеллана украшала кровь еретиков, которых тот порой разрывал ударами своего силового меча, и испепелял выстрелами волкитного бластера.
— Братья! Враг засел в глубинах кузницы ангела, используя свои нечестивые ритуалы он думает сломить наш дух и волю к победе. Мы помешаем ему, прорвёмся в самое сердце противника и остановим его во имя нашего Императора! Предатели из шестой роты поплатятся за свою ересь! Смерть Еретикам! Смерть предателям! За Императора!
— За Императора! — Удар почти полутора сотен кулаков о керамитовую пластину доспеха ознаменовал конец краткой речи капеллана. Гвардейцы, что стояли на коленях в стороне от выстроившихся Астартес молились Императору и провожали уходящих в бой Ангелов смерти Его с не скрытым фанатизмом в глазах. Сегодня многие из них чувствовали на себе взгляд Его и волю, а потому они спустятся вслед за Астартес в самые пучины ада во имя возлюбленного Императора. Удар лояльных сил Империума будет наноситься прямо в лоб обороны врага.
Давиан посмотрел на Найлуса Хорса, стоящего рядом с Корнелием. Технодесантник, что-то сказал джедаю, на что тот задумчиво ему кивнул и подошёл к капитану. Шум сотен голосов возвещающих молитвы Богу — Императору мешал сверх слуху Тула расслышать слова Корнелия.
— Господин капитан. Нам надо спешить. — Найлус с низу вверх смотрел на Астартес и Давиан снова подивился с какой непринуждённостью он это делал.
— Конечно Найлус, но с нами направятся ещё два человека… Взять одного из них мы не имели права.
Подлетевший десантный бот гвардии прямо в центре площади, которую быстро освободили гвардейцы, из самолета по трапу сошла женщина Инквизитор, которого Найлус уже видел ранее, рядом с ней шёл и одарённый, который пожелал приглядывать за своим командиром, когда Астартес оставили её в лазарете при штабе. Облачённая в силовой доспех женщина подошла к Давиану и Найлусу. Её взгляд подозрительных глаз обжёг лицо форсъюзера, на что тот не повёл даже бровью, Давиан про себя улыбнулся этой картине, но всё же кивнул инквизитору и сошёл с помоста к десантнику, что держал знамя роты, сегодня они идут на верную смерть, во имя мести и людей, населяющих Мередиан.
Продвижение такой большой группы Астартес буквально перенасыщенной энергетическим ручным и тяжелым оружием, а в случае десантников тяжёлым и сверхтяжелым, было достаточно споро. Разлетающиеся группы еретиков и не остановимый бег роты, что сносила любой заслон на своём пути. Никто из воинов конечно же даже не смотрел, предатель или нет сейчас вышел прямо на них, а потому ради той скорости, что соблюдали десантники уничтожению подлежали все встреченные силы. Давиан сам принял такое решение, жертва сотен или тысяч лояльных людей, была оправдана, спасением миллионов, мог ли он поступить иначе? Нет! Десант прогрызался сквозь оборону противника следуя ощущению того пути, что испытывал Найлус Хорс. Он вёл их, как будто бы по наитию, но сопротивление врага увеличивалось каждую минуту, что говорило о правильном пути, в самое сердце сил архиврага.
Спускаясь всё ниже и ниже десант тоже нёс потери, особенно когда начали появляться силы предателей из шестой роты. Украшенные синими перьями и тайными тёмными письменами, те были сильными противниками и порой уносили жизни двух — трёх десантников своими попытками сдержать наступление ордена. Боевые братья не знали
