и появились прокламации.
– Необходимо примкнуть – это общественное дело, – толковалось в прокламациях. – Мы не имеем права сидеть сложа руки, когда знаем, что наши товарищи страдают, что поруганы священнейшие права человека.
И вслед за этим опять обострился вопрос о пресловутой инспекции и всплыла на поверхность автономия университета, а неизменные педеля обратились в злейших врагов. Опять у студентов были взволнованные лица. Ещё мало говорили, но первая сходка была уже назначена.
Смирнов испытывал то же, что и все. Он как будто совсем забыл свои прежние наблюдения над товарищами, свои раздумыванья над вопросом – нужны или не нужны студенческие движения. Он так же, как и все, был глубоко возмущён петербургским инцидентом и с захватывающим вниманием следил за прокламациями, в которых преувеличенно сообщалось о беспорядках в Киеве и Харькове. Смирнов верил, что пора и Москве присоединиться к общему движению. Стыдно и недостойно студента оставаться равнодушным зрителем чрезвычайных событий.
– Мы на виду всей России. Вся Европа сочувствует нам. И мы должны показать, что мы студенты, а не жалкие трусы, сидящие в конурах! Вся Европа! – это кружило голову. И возмущение петербургским инцидентом, и вдруг глубоко сознанные несовершенства академического строя, Россия и Европа – всё создавало атмосферу безумно приподнятых нервов. Всё требовало борьбы и призывало к протесту. И движение началось…
Студенты шли «сражаться» за лучшее. Под это лучшее можно подвести всё, что студенты считают выше, чем современная действительность… И нет границ желаниям. Они летят за горизонт…
Студенческие движения – это проявление чувства. А там, где чувство берёт верх над рассудком, рассуждениям нет места, и человек кричит:
– Нужно всё!
В таком настроении Смирнов отправился на сходку. Сказал речь. Эта речь, как и большинство речей, была расплывчата и неопределённа, но в ней чувствовалась горячность и юношеский задор. И бурей аплодисментов студенты приветствовали «оратора»…
Сходя с кафедры, Смирнов был бледен как смерть и весь дрожал. Но внутри его всё пело от какого-то широкого неизъяснимого счастья… Он переживал, быть может, самые сильные моменты жизни, чувствовал себя героем. Все кругом выражали ему свой восторг и удивление…
На следующей сходке Смирнова выбрали председателем. В этот день была проведена «всеобщая забастовка»…
Затем настали дни нервной и страшно напряжённой деятельности. Смирнов с несколькими товарищами писал и печатал на гектографе прокламации, подписываясь «Группа студентов». Днём они бегали по городу и раздавали эти прокламации всем встречным студентам, а ночью подбрасывали бумажки в подъезды домов. В этих прокламациях студенты приглашались быть стойкими, в общих фразах указывалось на различные притеснения инспекции и другого начальства, на возмутительные действия полиции.
В истории многие страны мира сталкивались с массовыми беспорядками, организованными студентами. Вот некоторые из самых значимых примеров:
Майские события 1968 года во Франции. Студенты в Париже и других городах Франции начали серию протестов, требуя политических и социальных реформ. Это привело к масштабным студенческим забастовкам, столкновениям с полицией и общественным беспорядкам. Протесты были направлены против авторитаризма, капитализма и имели широкое влияние на политическую и культурную среду Франции.
Студенческое движение в США во время войны во Вьетнаме. В 1960-х и 1970-х годах в США прошла волна протестов, организованных студентами, против участия страны во Вьетнамской войне. Протестующие выходили на улицы, устраивали забастовки и митинги, требуя прекращения войны и социальных изменений.
События на Тяньаньмэне в 1989 году в Китае. Студенты провели протесты на площади Тяньаньмэнь в Пекине, требуя проведения политических и демократических реформ. Протесты были жестоко подавлены китайским правительством, что привело к столкновениям и большому числу жертв.
Глобальные протесты против экономического неравенства (Occupy Wall Street). В 2011 году в США началось движение, которое быстро распространилось на другие страны. Студенты и другие участники протестов выступали против финансовой системы, экономического неравенства и коррупции.
Протесты в Гонконге 2019 года. В Гонконге студенты и другие активисты организовали широкомасштабные протесты против предполагаемого вмешательства Китая в автономию Гонконга. Протесты продолжались длительное время и привлекли международное внимание.
Забастовка должна была продлиться неопределённое время, и студентам не следовало держать экзамен. Это был один из главных тезисов «программы» тогдашнего студенческого движения.
Смирнов так же, как и многие из его товарищей, всячески пропагандировал недержание экзаменов. Он жестоко клеймил желавших экзаменоваться. Студент, открыто объявлявший, что он пойдёт на экзамен, казался ему самым низким отступником. В это именно время Смирнов порвал «отношения» с Огневой.
Одна из прокламаций, пущенных «Группой студентов», оканчивалась такими грозными словами:
«Вы, намеревающиеся держать экзамен, своими действиями играете на руку реакции. Будущий историк сделает вам справедливую оценку, указавши на тёмные и грязные пятна, бывшие на светлом фоне борьбы человека за свои элементарные права. Вы покажете, низкие отступники, что во всех слоях общества существуют негодяи, лишённые всех инстинктов общественности!» Большинство студентов в то время было солидарно с мнением Смирнова относительно экзаменов. «Настроение было твёрдое». Оно поддерживалось известиями, что забастовка «проходит» всюду, даже в специальных заведениях. Усиленные аресты студентов тоже подливали масло в огонь. Движение принимало какую-то мрачную окраску и небывалую нервность.
Смирнов «работал» не особенно осторожно, его арестовали и посадили в одиночку, а через неделю выслали на родину. Он уехал, утешаясь надеждой, что студенты покажут себя героями. Забастовка – непобедимая вещь!
Но его ждало жестокое разочарование. Через месяц он получил извещение от товарища, что оставшиеся в Москве студенты почти поголовно держат экзамены. Экзаменуются даже те, которые собирали подписку от товарищей о недержании ими экзамена. Даже один из «Группы студентов» благополучно сдал Государственное право…
– Проклятье! Они не выдержали первого препятствия, встретившегося на пути. Ведь забастовка – сущие пустяки: не ходить на лекции – разве это трудно?
Не держать экзаменов – это уже более или менее жертва. И большинство не хотело её принести.
Не было слов презрения, которые не обрушивались бы на головы людей, побеждённых «в борьбе за элементарные права». Да, это была обидная история. Ведь те, которые действительно пострадали, как Смирнов, оказывались в самом глупом положении: каких-то мучеников не у дел, бездельных и ненужных.
«Всё рухнуло! – думал в отчаянии Смирнов. – Товарищи предали своих товарищей!»
Он был удручён, но и озлоблен. И с удовольствием приветствовал мысль назначить суд чести над студентами, не сдержавшими слово. На суде[70], т. е. на сходке двадцати студентов того города, где жил Смирнов, было решено не подавать руки провинившимся товарищам и даже не кланяться тем, которые не захотят подчиняться этому решению.
Тут же вышел маленький инцидент, покоробивший Смирнова. В городе было два брата, из которых один держал экзамен, а другой нет. Так
