каких-либо визуальных спецэффектов. Время вновь вернулось к прежнему темпу.
Этот день обещает быть долгим.
Глава 26. Бойня под Сосновкой
Дроны реально крутая тема.
Я в свои времена обладал примерно такими же средствами шпионажа и неожиданной атаки с воздуха. Банальная птица, лишенная каких-либо серьезных, бросающихся в глаза, наворотов, вроде чешуи, когтей или череподробительного клюва. Комочек трепещущей плоти и перьев - ничего примечательного. Кто в здравом уме дойдет до абсолюта паранойи, предположив, что вот это клюющее жуков нечто есть ничто иное, как мой агент? Информация воистину правит войной, раскинув сеть таких лазутчиков я знал о всех приготовлениях интересующих меня фигур, заранее предвосхищая их ходы. В личные покои правда птице не залететь, но для этого и нужны мухи. Если быть до конца честным, идею боевых мух я нагло содрал с Кровавого Роя во время своих скитаний по другим мирам. Не, ну, а что? Просто, быстро и эффективно, хотя мне все же больше вкатывают крупногабаритные твари. От пожирающих облаков жужжащей смерти как-то плавно отпочковались крошечные мушки-шпионы, прилипающие к потолку незаметной точкой и позволяющую мне быть в курсе всех помыслов сильных мира сего. Нужно будет не забыть озаботиться таким и в настоящее время.
Насчет авиации... ну, гарпия с глиняным горшком, внутри которого спрессовано алхимическое пламя - это что-то с чем-то. Каждый раз улыбка на лицо налезала, когда вспоминал свои маневры с этими боевыми единицами, плотный клинч с какими-нибудь сатирами, а тут на головы завязших в рубке врагов низвергается аналог напалма.
Так вот, я даже не пытался спрятать свой Крестовый Поход от пристального внимания летающих в небе исчадий техногенного прогресса. В этом просто не было смысла. Моя акция прошла более чем удачно и можно сворачивать пожитки. Каменский поселок и Алексеевка сгорели в огне моей ненависти, а расчлененные трупы их обитателей станут еще одним обмусоливаемым инфоповодом. Без потерь обойтись не вышло. Алексеевка значительно крупнее поселка, но мы справились. И, наконец, Сосновка, к которой мои войска добрались только под утро.
Рыблы подняли измазанные кровью морды, провожая взглядами белесое пятно квадрокоптера.
Дома горели, а между чадящих и пылающих приземистых коробок сновали мои творения и те, на кого они устроили охоту. Это походило на факел и мотыльков. Крошечные фигурки среди всполохов огня, дохнущие один из другим. Языки пламени облизывали плоть мертвецов, она пузырилась, чернела, стекала пластами с обугливающихся костей.
Нам повезло заскочить на свадьбу.
Была пластмассовая арка, украшенная искусственными цветочками, длинные столы, уставленные жрачкой, нарядные гости, жених в костюме и невеста в белом платье. Гулянка шла с вечера и всю ночь, под утро на ногах остались только самые стойкие, доедающие салаты и время от времени бегающие к сортирам.
В памяти потомка всплыла где-то услышанная фраза - "хороший тамада, и конкурсы интересные". Идеально подходит.
Похоже на веселье собралось все село. Рыблы и лярвы налетели с разных сторон. Без пощады, без жалости и без милосердия. Людей резали на ленточки. Невесте вскрыли живот. Кровь на белоснежной ткани флешбекнула меня в зимы моей далекой молодости, кровь и снег - извечные спутники каждой северной компании. Когти рыболюда распластали плоть ее брюха, вываливая требуху. В лентах потрохов отчетливо просматривался окровавленный эмбрион. Женитьба по залету - о времена, о нравы...
Схема та же, что с Каменским и Алексеевкой, людей убивали вместе с немногочисленным скотом, куры, гуси, собаки, изредка свиньи и коровы. Эх, коровки... ломануть бы какой-нибудь молокозавод. В каждой буренке минимум пара центнеров биомассы, стада на пару-тройку армий точно хватит. Из гаражей достали бензин. Отблески огня красиво плясали смазанными пятнами на боках разбитых глубинными автомобилей.
С какой стороны пришли солдаты я так и не понял. Да и мне, если честно, было как-то насрать. За Крестовым Походом я наблюдал так, на периферии восприятия, Каменск - вот к чему полностью приковано мое внимание.
Прорвав жиденький заслон из лярв, туша БТР-80 выкатывается в центр деревни, в самое сердце учиняемой поножовщины, вминая в грязь, щебень и растрескавшийся асфальт расчлененные трупы и обломки перевернутых столов. Быстро вояки сработали, оперативно, хвалю. На бронетранспортере и нашивках бойцов эмблема Внутренних Войск Российской Империи - щит, меч и царская корона. Машинка солидная, полужандармовская переделка, на колеса намотаны цепи для лучшего сцепления по бездорожью, лоб и борта обвешаны прямоугольниками динамической защиты специализированной противомонстрячьей модификации, а в креплениях у люка покоится нехарактерный "Утес" и что-то мне подсказывает, что в боеприпасах там не просто стандартный 12,7.
Взвод пехоты, несколько десятков человек, спрыгивает с брони, оголодавшими крысами вылезает из десантного отсека, рассредоточиваясь по территории, прикрывая передвижение короткими автоматными очередями, скашивающими стекающихся на шум лярв и рыблов.
Мне в падлу придумывать что-то умное, выстраивать тактические многоходовочки с засадами, финтами и обманными маневрами, откатываюсь до старого доброго заваливания мясом со всех сторон и прекращаю следить за происходящим.
Загрохотал пулемет, горстями выхаркивая смерть, разрывную, экспансивную и зажигательную смерть.
Глава 27. Дух войны скалится из тьмы!..
У Виктора аж привстал, когда он услышал необычно четкий голос Огня в своих венах и артериях. Отец Монстров напитал его энергетическое тело Силой, изменил его, усложнил, возведя в новый ранг. Это чувство... такое пьянящее, сносящее крышу и с разгона швыряющее в зыбкую экстазирующую негу. Сложно подобрать этому определение, скорее всего, ближе будет, будто всю жизнь ты ползал червем в грязи, а потом встал и побежал по чистому полю. Ветер бьет в лицо и треплет волосы. Метр за метром, километр за километром. Просто бежишь и кайфуешь от самого факта возможности бежать.
Я частично слился с этим эмоциональным потоком чистой радости и безграничной гармонии с мирозданием, ибо ощутил, как легко Сила отзывается на мои приказы. Не так, как в прошлом, но легче, значительно легче, чем будучи адептом, совершенно другой уровень, возвращающий мне жирный кусок прежнего ассортимента навыков. Освежающий бриз былого могущества, захлестывающего с головой и отсекающего все иные помыслы. Я снова способен нагнуть весь мир. Охуенно.
Что-то не так.
Проходясь гибкими жгутами-манипуляторами своей воли по разросшимся ветвистым каналам в теле потомка я ощутил нечто новое, что-то, чего раньше не было, что-то, чему я не мог дать названия, ибо никогда с таким не сталкивался. И к моему безграничному удивлению, подарок от Темного бога не зародился где-то в физическом или энергетическом теле Крюкова. Нет, он набух драгоценным камнем, темным рубином, отливающим свежепролитой кровью, в моей душе, черной душе Хозяина Чудовищ.
