Однако, док разработал антидот.
Но у них пропал командор. Гарконцы и морфы стали союзниками, и кто знает, чего от них ожидать. Один только факт я не знаю.
- Вы знаете, кто меня взорвал?
- Гаркон заявил, что корабль оказался неисправен, но я не поверил в это ни на секунду, - говорит Лорол. - Чушь собачья. Мы пригрозили им войной, если они не пустят нас исследовать территорию. Видел я эти обломки - по тебе точно пустили снаряд, возможно не один.
Я киваю.
- Так и есть. Так что с крейсером?
- Пока искали тебя, я сообщил нашим о происходящем. Было принято решение дать мирным гарконцам покинуть планету в течение двадцати четырех часов, а потом сравнять Гаркон с землей. Мы объявили войну, брат.
Я киваю:
- Сколько можно терпеть.
Раз война, значит, крейсер должен был остаться на орбите Гаркона и ждать подкрепление.
- Но почему ты не остался на нем?
- Я знал, что тебе понадобиться помощь моей девочки, - Лорол смотрит на Микки.
Та же возмущенно вспыхивает:
- Кто тут твоя девочка? Я просто Наяне хочу помочь. Она хорошая девчонка, а это Алекс - урод.
Рыжая трет запястья, и я вижу следы старых шрамов. Складываю дважды два и выдираю капельницы из рук.
- Хватит разлеживаться, - встаю я. - Нужно разработать план. У нас всего одно приглашение на свадьбу, а вон сколько желающих.
***
Наяна
Жрец откидывает капюшон, и я вижу Ротора.
Смотрю на него и не могу ни слова сказать, не шевельнуться - боюсь спугнуть видение. Вот это меня накачали лекарствами - уже галлюцинации начались.
Или это все по-настоящему?
- Привет! - Ротор дарит мне быструю улыбку.
Меня словно током пронзает. Он жив? Правда жив?
Сразу все словно оживает, а я могу нормально дышать. Вижу ярче, слышу четче, даже сердце стучит быстрее.
Ротор резко перепрыгивает через алтарь, выставляя ногу вперед. Его пятка врезается прямо в лицо оторопевшего Алекса так сильно, что раздается хруст. Морф отлетает назад, однако мигом вскакивает на ноги и бросается вперед на моего командора.
Я думала, ему черепушку проломило, а он оказался жуть каким живучим.
Гости вокруг вдруг хватаются за головы и начинают оседать вниз. Один только Алекс продолжает драться с Ротором, да дядя пробирается ко мне поближе.
- Трей, - я тяну к нему руку, и он порывисто обнимает меня.
- Ты как? Бледная вся… - отмечает он, обеспокоенно вглядываясь в мое лицо. - Пойдем.
Он тянет меня отсюда.
Ротор в этот момент беспощадно хлещет хвостом Алекса, а потом вбивает его в стену серией ударов.
- Но…
- У нас мало времени. Нужно увести тебя отсюда, - Трей тянет меня за руку в сторону небольшой дверцы за алтарем.
Ротор быстро поворачивает голову в мою сторону и кивком головы указывает на тот же выход.
Лекарства потихоньку отпускают, и я уже не такая заторможенная. Однако, ноги слушаются с трудом, меня немного покачивает.
- Что они с тобой сделали? - Трей ведет меня к двери.
- Ничего. Тут где-то Мики? - догадываюсь я.
- Да. Скрывается среди морфов. Ее Лорол страхует. Идем.
И тут я вижу, как перед дверью опускается задвижка. Вокруг становится темнее, раздается странный звук сверху. И тут я вижу, как все окна тоже скрываются заставами.
Что-то щелкает, а потом равномерное жужжание наполняет помещение. И тут же морфы начинают вставать в весьма боевом настрое.
Я оглядываюсь. Знакомый звук. Такой был в той палате, где меня закрыли с докторами.
- Это ловушка, - озвучивает мои мысли Трей.
Лекарства окончательно вытравливаются из моего организма от осознания, как крупно мы влипли.
- Спасибо, что привезли сюда еще одну замечательную девушку! - раздается голос откуда-то сверху.
Я поднимаю голову и вижу балкончик, на котором стоит мужчина. Я его смутно помню с того времени, когда была у морфов. Кажется, это отец Алекса.
Если бы не лекарства, которыми меня накачали, я бы раньше задалась вопросом, почему он не присутствует среди приглашенных гостей на свадьбе. Но теперь все встало на свои места.
И мало меня одной. Они узнали на корабле о Мики и захотели и ее тоже.
Тем временем морфы быстро пришли в себя. Большая часть из них были мужчинами, которые тут же окружили Ротора и еще кого-то. Издалека была видна только высокая белобрысая голова. Скорее всего это Лорол, а рядом с ним, должно быть, вон та хрупкая фигура Мика в парике.
Я оценила силы противника. Их тут сотня, не меньше. А нас - Ротор, Лорол, Трей, который больше боец языком, чем руками, и я с Мики.
Морфы, пусть и не бойцы, но точно подготовились. Они знали, кого заманивают, значит, были осведомлены о том, кто пожалует.
Ротор быстро оценивает обстановку. Направляется в мою сторону, схватываясь в драке то с одним морфом, то с другим, но я слышу звуки выстрелов бластеров.
Вот козлы!
Ротор, хоть и в боевой форме, но не бессмертный!
Со стороны Лорола тоже идет череда выстрелов, слышны звуки драки.
- Наяна, я должен помочь, - Трей закатывает рукава рубашки.
Я хватаю его за руку:
- Ты не выдержишь и одного выстрела из бластера.
- Но не буду же я здесь стоять и уповать на силы небесные? - усмехается он.
Я же вцепляюсь в него мертвой хваткой. У меня четкое ощущение, что если я его отпущу - больше живым не увижу.
- Наяна, отпусти. Я себя уважать не буду, если останусь смотреть на это все. А сама лучше спрячься, - говорит Трей, разжимая мои пальцы, и бросается с кулаками на морфов.
Вокруг творится что-то невероятное. Я вижу, как Ротор не дает пробраться ко мне ни одному морфу, бьется не на жизнь, а насмерть. На него напрыгивают несколько белобрысых, он раскидывает их руками, ногами и хвостом, а потом по нему проходятся выстрелами бластером. И снова напрыгивают.
Трей как следует успевает разукрасить морды трем морфам, пока его живот не пронзает выстрел бластера.
Лорол закрывает собой Мики у стены справа. Окидывает морфов, что подходят близко к нему, принимает выстрелы прямо грудью, закрывая свою йеру.
Все это кажется настоящим ужастиком, кошмаром, действием лекарств.
- Нет, нет, нет, пожалуйста! - шепчу я.
Я снова и снова пытаюсь использовать свой дар, но все тщетно. Подозреваю, что это не из-за лекарств, а из-за помещения с завесами, в котором мы находимся. Ведь сила Мики тоже перестала работать.
Я вижу, куда медленно, но верно, идет дело. Морфов слишком много, а силы барсийцев не бесконечны. Ротор, хоть и в черном, но уже весь в крови - я вижу это по прилипшей к его телу ткани.
Я хватаю все, что не прикручено и со всего размаху кидаю в морфов, но это все равно, что пытаться заставить волну развернуться.
Ротор стоит железно. Не дает ни одному белобрысому даже приблизиться ко мне. А я ощущаю себя ужасно бесполезной, бестолковой.
Зачем я тогда спасла Алекса? Исследования надо мной позволили им создать методы блокировки в помещении. Теперь ни я, ни Микки не можем использовать силу ритма.
Мы в самом сердце черной дыры.
Но я никогда не сдалась на волю случая. Всегда делала максимум, что могла. И здесь буду бороться до последнего.
Ротор и Лорол сильны невероятно. Вокруг них скапливаются тела морфов, но и они не всесильны и не бессмертны.
Можно было бы взять в плен Алекса и шантажировать им папашу, но он словно исчез. И я даже не удивлена, что морфы постарались обезопасить его. Он мог бы быть нашим единственным рычагом давления.
Мой взгляд падает на дядю ровно в тот момент, когда его заваливают на спину кучка морфов. Любой со стороны скажет, что ему не выбраться из этой заварушки.
Я не могу его потерять! Просто не могу. Ни его, ни Ротора. Ни Лорола и Микой.
Хотя все ведет к этому.
Я не хочу верить, что это конец. Не хочу. Должен быть выход, который я не вижу. Должен существовать способ выжить.
Я оглядываюсь по сторонам. Бегу к ближайшей затворке на двери за алтарем, через которую мы хотели сбежать. Пытаюсь вскрыть ее металлическим подсвечником, отогнуть края, но все бесполезно.
