– Не начну, клянусь мамой… – зарыдала она в голос, сразу превратившись в гадкого утенка.
– Что мне твои клятвы, девочка? – скривился Ремезов. – Мне нужны гарантии. А их ты дать не можешь… Увы… Я должен быть уверен, что всякое твое желание выпендриться закончится, стоить тебе вспомнить, что ты сдохнешь ровно через сутки после укола. Ой, нет, вру – чуть пораньше… Двадцать два часа и тридцать семь с копейками минут… Ученые, блин, не могут подогнать время срабатывания до круглой цифры… Согласись, этот вариант для нас – намного предпочтительнее, не правда ли? И потом, чего тебе волноваться? Ну, укол, ну – два… Зато посетишь любимую Отчизну… Вдохнешь родной воздух Отечества… Батьку опять же, наверное, увидишь… Если он, конечно, действительно тебя любит…
– Вы ненормальные… – вытирая слезы рукавом, пробормотала Ольга. – Психи!!!
– А что ты хотела от тех, у кого другие ненормальные крадут жен или подруг? – поинтересовался Эрик. – Да, мы готовы идти по головам… И чья-то там жизнь, и не одна, нас не остановит…
– Папа вас найдет и уроет!!! – завизжала Кормухина.
– Угу… Найдет… Или мы его… Кстати, орать не надо. И плакать – тоже… В аэропорту ты должна смотреться на все сто… А то противоядие я могу ввести несколько позже, чем надо… Скажем, через пять минут после начала его действия – вот тогда наорешься на всю оставшуюся… вернее, на все оставшиеся минуты жизни…
– Садист херов! – пробормотала она. – Ненавижу…
– Ладно, шутки в стороны… Ручку-то давай… Или тебя опять глушануть надо? – смочив ватку одеколоном, поинтересовался Сема у забившейся в дальний угол девушки. – Ну, будь умницей! Рука у меня легкая, укола не почувствуешь…
– Может, не надо, а? Давайте я папе позвоню – он отпустит вашу Машу. А? Ну, хоть попробуем, а? Ну, пожалуйста!!!
– Эх, вот молодежь пошла… – сокрушенно пробормотал Ремезов и кивнул головой Эрику.
Через несколько секунд сбитая на пол Ольга расширенными от ужаса глазами смотрела, как медленно движущийся поршень вдавливал в ее вену розоватую жидкость…
– Вот и хорошо… Часики у тебя ничего, только вот секундной стрелки на них нет… Понты, блин… Впрочем, будешь умницей, – вколю противоядие пораньше, как только выедем из аэропорта… В Москве, естественно… Договорились?
Кормухина обреченно посмотрела в его глаза, и вдруг потеряла сознание…
Глава 35
Кормухин
Майор Бережной трясся как осиновый лист:
– Господин генерал! Ну, я думал, что нет смысла терять время, да и боялся вас разбудить… Ночь, все-таки… Вы спали…
– Ты что, совсем мозги пропил, скотина? – не удержался от крика генерал. – Что значит, «боялся разбудить»? Я тебе что, беременная несовершеннолетняя соплюшка? Бля, ты поставил под удар жизнь МОЕЙ дочери, придурок! И если бы у тебя получился твой так называемый «сюрприз», то мне могли прислать ее ухо. Или руку! У тебя дочь… или сын, не помню?
– С-сын… Ему одиннадцать… Вроде… Да, будет скоро…
– Тьфу, бля, даже этого не знаешь… Так вот прикинь, пришлют тебе его ручку – как ты себе, сможешь простить? Или объяснить ЕМУ, как его такой любимый и крутой папка ПОСПОСОБСТВОВАЛ тому, что эту руку ОТРЕЗАЛИ!!!
– Не смогу. Я не знал… Мне нечего сказать в свое оправдание… – наконец-то стал похожим на мужика майор.
– Ты не понимаешь. Те люди, против которых мы сейчас играем, – люди только по названию… Я до сих пор не знаю, ЧТО они такое. Не все, конечно, – это касается Коренева и его деда, Тимофеева… – постепенно успокаиваясь, думал вслух Кормухин. – Этим тварям наплевать на мораль. Если им будет надо, они зальют кровью не только отдельный район, но и весь город. Ты-то сам видел результат того, на что они способны, а?
Бережной утвердительно покачал головой:
– Они мясники, босс… Там как на бойне… Только люди…
– И что, они кого-то пожалели? Ну, скажи? Там есть легкораненые?
– Нет… ни одного. Голая целесообразность… Достал – убил…
– Вот именно… Я не знаю как, но они чувствуют угрозу… И тех, от кого она исходит…
– Угу… Я уверен, что все мои люди заняли места совершенно бесшумно. А эти – валили снайперов, как будто имели корректировщика огня… Мне это сразу показалось странным…
– Странным? Знал бы ты про них столько, сколько знаю я, – не удивлялся бы… Эх, блин, а ведь я тогда сделал всего одну ошибку… Они могли и сейчас работать на нас… И как работать!!! Да, старый я дурак… А вот сейчас сижу, благодаря тебе, и думаю – ну, чего они не звонят? Прошло уже восемнадцать часов. С гаком… Удавить тебя, что ли?
Бережной понуро опустил голову и уставился на носки своих ботинок.
– Ладно, поеду, навещу Логинову… Может, хоть отвлекусь немного… подгони машину к выходу… Я спущусь через пять минут…
Сорокаминутная поездка по вечернему городу настроения не добавила – несмотря на наличие мигалок, «крякалок» и эскорта сопровождения, вырваться из города на трассу удалось с большим трудом. Из-за огромного количества попутных машин, стремящихся добраться до своих крошечных участков, чтобы вырастить там полтора огурца или помидора. Работать не хотелось, музыка раздражала, поэтому всю дорогу генерал мрачно смотрел в окно и думал о дочери…
Сказать, что он был хорошим отцом, не получалось: днюя и ночуя на своих объектах, он видел ее урывками, периодически делая для себя какие-либо открытия. Ой, Ольга пошла! Ой, научилась говорить… О, вот это платьишко на стуле – школьная форма… Как, она уже школьница? Ей десять… Пятнадцать… Закончила школу… Когда появились Деньги, должно было стать легче… Черта с два – безумные игры на грани требовали все больше и больше времени и нервов. Что в результате? – Да, она учится в элитном колледже в Великобритании, и шансов на то, что сможет поступить в Оксфордский университет, а, значит, и нормально устроить свою жизнь, – достаточно много… Она не курит, не начала колоться или нюхать дурь, как многие из ее состоятельных сверстников. Благодаря тому, что рядом – все-таки его люди. До сих пор не принесла в подоле, хотя школьных влюбленностей и не избежала… Но при этом что она испытывает к нему, родному отцу? – Трудно сказать однозначно… Любовь? Благодарность? Ненависть? Черт, вернуть бы время вспять… Но это, увы, невозможно… Постараться завоевать уважение и любовь заново? Как? Вернуть ее обратно? Пристроить здесь, в Москве? А она сможет понять? Почувствовать, что это ему необходимо? Сделать правильные выводы? Или решит, что он пожалел денег для ее образования? Что делать-то? Что?
– Сначала вернуть ее, вот что! – вполголоса пробурчал Кормухин и, заметив, что водитель стрельнул в него взглядом через зеркало заднего вида, нахмурился:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
