Но я же закрыл, закрыл свою территорию понятным для Иных образом! Мое! Не лезьте, мое! Нельзя! Нет, полез. И — все, упокоился в сумраке… Балбес малолетний! Неужто выслужиться хотел?
Надо сознаваться. Иначе спросят так, что мало не покажется.
И я потянулся к телефону — не сотовому, обычному, который стоял на столе. Номер не замедлил услужливо вынырнуть из памяти.
— Ночной Дозор? Виталий Рогоза, Иной, Темный. У меня тут ваш сотрудник. Андрей Тюнников, если не ошибаюсь. Он мертв. Приедьте, что ли… Гостиница «Космос», номер шестьсот двенадцать.
Как ни странно, но первыми появились не Светлые. Едва на этаж ступили Иные — а их было двое, — меня словно захлестнуло чьей-то энергией. Эти двое были темными магами, и оба были наполнены под завязку мрачной силой, представляющейся мне чем-то похожим на сумрак, только более плотный и темный. Длинный, постепенно утончающийся язык сумрака тек прямо сквозь перекрытия гостиницы куда-то прочь, к земле. И даже, по-моему, ниже. Под землю.
В дверь постучали — подчеркнуто корректно.
— Да-да! — отозвался я, не вставая из кресла. — Открыто, входите!
Они вошли. Мой знакомый из квартиры на Первомайке, Шагрон. И еще один, тоже маг, насколько я понял. Полноватый, как и Шагрон, чернявый. И сильный. Сильнее напарника. Но говорить, вопреки ожиданиям, стал все же Шагрон. Это, похоже, принято у всех дозорных, что главный в команде больше помалкивает — Антон тоже предпочитал слушать.
— Добрая ночь, коллега.
Я фыркнул:
— Добрая? Вы шутите, коллега.
«Коллега» я произнес нарочито тем же тоном, что и Шагрон. Но того непросто было пронять, и именно в этом заключалось его преимущество передо мной в опыте. Я же мог полагаться только на дешевые кавалерийские наскоки вроде этого да на внезапное озарение и свою мистическую лестницу, что услужливо подставляла мне ступень за ступенью и организовывала соответствующий пинок под соответствующее место.
— Я не шучу, коллега, я здороваюсь. Напрасно вы не дождались нас там… вы знаете где. Я очень рассчитывал побеседовать.
— Я не хотел мешать, — признался я, и это являлось правдой больше чем наполовину. Обычное дело для Иного, без разницы — Темного, Светлого.
— Я рассчитывал на помощь. Помощь собрата. А вы изволили исчезнуть.
А вот это «Я» — чисто от Темных. Любой Светлый на месте Шагрона неизбежно сказал бы «Мы», причем совершенно искренне. И имел бы в виду при этом совершенно то же, что Шагрон. Ясное дело, с не меньшей искренностью.
— Ладно. Знакомьтесь — это Эдгар. Наш коллега из Эстонии, последнее время в московском Дозоре. Что тут у вас?
— Тут у меня очередной труп, — сознался я. — Иной. Светлый. Дозорный. Впрочем, вам ведь все прекрасно известно, коллега Эдгар, не так ли?
— А времени мало. Светлые вот-вот явятся? Это ты хотел сказать? — тихо произнес Эдгар, с ходу отбрасывая дипломатию и переходя на «ты». И я понял, что с этим чернявым эстонцем не стоит пикироваться.
— В прошлую субботу, в вечер моего приезда, этот Светлый руководил операцией по поимке вампира-браконьера…
— Вампирши, — уточнил Эдгар и поморщился. — Дальше?
— Я волею случая оказался рядом с жертвой. Меня застали рядом с трупом и распознали во мне Темного. Видимо, по неопытности — иных причин не вижу — Тюнников обвинил меня в содеянном вампиром… вампиршей. Я его осадил, причем, сознаю, резковато. Но он сам подставился.
Вот, собственно, и все… Уходя сегодня из номера, я оставил охранные заклятия. Вошел — а тут он. Я уже не мог ему помочь.
Последняя фраза вырвалась у меня сама, я не собирался ее произносить. Кажется, меня снова начинало «нести».
— Этот сопляк руководил операцией? — недоуменно переспросил Шагрон. — Там же были Светлые куда опытнее. Тигрица, маги…
— Тюнников стажировался, обычное дело, — буркнул Эдгар напарнику и вновь взглянул на меня. — Ты поставил Кольцо Шааба такой силы, что убил стажера Светлых на месте?
Вопрос был явно риторический. Я, выходит, поставил несложное заклинание, но вложил в него слишком много силы. Может быть…
Приближение Светлых я почувствовал одновременно с Эдгаром — те как раз подъезжали к гостинице. Несколькими секундами позже их засек и Шагрон.
— Что ты им сказал? — явно торопясь, спросил Эдгар. — Только коротко.
Кажется, он прикрыл нас невидимым колпаком, довольно мощным. И прежде чем сказать хоть слово, я добавил в колпак своей мощи, взятой частично откуда-то из меня, из моего сознания, а частично — со стороны. Получилось это совершенно непроизвольно; а в глазах Эдгара я прочел немое изумление.
— Я позвонил и сказал, что в моем номере мертвый Светлый. И его имя. Это все.
Эдгар еле заметно кивнул, выразительно взглянул на Шагрона. Тот едва-едва наметил пожатие плечами.
Остаток времени до стука в дверь, гораздо менее корректного, мы провели в молчании.
Дожидаться разрешения войти Светлые не стали. Просто вошли и все.
Их было пятеро — Толик, Антон и девица-перевертыш, небось, еле успели с Первомайки до своего офиса доехать.
Кроме них явились двое — интеллигентного вида парень в очках с оправой баксов за восемьсот и еще один, с загоревшим лицом, словно сейчас и не зима.
Эти двое и примкнувший к ним Толик тщательно осмотрели, прощупали, просканировали каждый сантиметр номера. Наверное, столь интенсивного магического воздействия здешние стены еще не знали.
Антон и девушка не вмешивались, но я явственно чувствовал истекающую от них неприязнь. Даже не ненависть — Светлые и ненавидеть-то толком не умеют. Скорее, желание прижать меня как следует, осудить, добиться наказания. Или просто шарахнуть достаточно сильно, чтоб навеки загнать меня в сумрак.
И еще — кажется, за пределами номера находился как минимум один Светлый. Наверное, на этаже или у лифтов. Видно, прикрывал; при этом он очень здорово заслонялся, я его засек, можно сказать, случайно. А Шагрон и Эдгар, по-моему, о его присутствии вообще не догадывались.
Я нахмурился. У Светлых было двойное численное преимущество. Причем двое, которых я видел впервые, маги очень сильные, первого уровня, вряд ли ниже. Во всяком случае, они вдвоем будут посильнее Шагрона и Эдгара. Да и Антон тоже не полный ноль — этот и с Шагроном потягаться сможет, и с Эдгаром. Плюс девчонка — она же боевик. И неизвестный где-то неподалеку. Расклад получался очень неприятный. В пыль сотрут, в мелкую ванильную пыль…
Тем временем Светлые завершили сканирование. Очкастый приблизился ко мне и подчеркнуто индифферентно осведомился:
— Скажите, ставить охранное заклятие такой силы было действительно необходимо?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
