Джун.
– Конечно, но всё же. Должен же хоть кто-то быть сильнее?
– Может, Северный или Западный Дракон, – предположила я. – Северный – старший из четырёх, а Западный способен управлять бурей, хотя, мне кажется, грозу, а особенно молнию, тяжело контролировать.
Выслушав мои размышления, мужчины согласно кивнули.
– Но Южный Дракон может влиять на растения и лечить. Тяжело победить соперника, способного излечиться, верно? – продолжила рассуждать я.
– Согласен, – ответил Эйден.
– А Восточный Дракон может скапливать свет, так им и ранить можно или даже вызвать огонь, – напомнил Джун.
– Верно. Так что каждый по-своему опасен и силён, ваше величество. На ваш вопрос нет чёткого ответа.
– Тогда как же Пятый Дракон? – огорошил нас Эйден.
Он отнял руку от ствола и повернулся к нам. Мы с Джуном переглянулись и оба нахмурились, пытаясь понять, как за грядой узнали эти байки.
– Драконов всего четыре, ваше величество, – сдержанно поправила я. – Россказни про Пятого – всего лишь сказки. Где вы их услышали?
Король Эвира загадочно улыбнулся, поправив светлые растрёпанные ветром волосы. Я тоже откинула мешающие пряди назад, пока волосы не попали в глаза.
– Вы же знаете, что на территории моей страны изначально жили кхоринцы, – напомнил Эйден. – Их было немного. Кого-то туда сослали ваши императоры, кто-то сам перебрался через гряду, но суть в том, что после прихода моего народа те кхоринцы решили остаться. Их потомки до сих пор живут в Эвире. Мой младший брат был крикливым ребёнком, часто плакал, а кхоринское традиционное пение одной из наших служанок его успокаивало. Поэтому матушка пригласила представительницу кхоринской диаспоры ко двору в качестве одной из нянь для меня и брата. Она помогла выучить язык, а легенды рассказывала нам вместо сказок на ночь.
Эйден хмыкнул, слыша, как Джун неодобрительно щёлкнул языком при упоминании, что эвирцы воспринимают истории о драконах как «сказки на ночь».
– От неё я и узнал про Пятого Дракона. Давайте я перескажу вам, что знаю, а вы ответите, насколько услышанное мной – ложь. Вы сделаете это для меня, Наён?
Я уверенно кивнула, просьба была простой, да и что бы Эйден ни рассказал, я уже знала ответ. Пятого Дракона не существует. Однако решила проявить уважение и сперва выслушать, какие небылицы король Эвира собрался поведать.
– Согласно основной легенде, последним вышедшим наружу драконом был Дракон Запада, но мне рассказали, что это заблуждение. Последним был Чёрный Дракон. Сейчас вы именуете их по сторонам света, ну а Пятого Дракона я продолжу называть просто чёрным, чтобы нам всем было понятнее.
На лбу Эйдена появились морщинки, когда он серьёзным взглядом осмотрел ствол клёна и принялся неторопливо вышагивать перед нами то в одну сторону, то в другую, погружаясь в свои мысли, словно намеревался разгадать сложную загадку.
– Каждый из драконов восхитился чем-то особенным. Так же случилось и с Чёрным Драконом. Вылупившись из яйца самым последним, он пошёл наружу, но заинтересовали его растения, вьющиеся по каменным стенам в глубине пещер. Они оказались грибами. Чёрный Дракон тронул их, и те выбросили ядовитые споры ему в морду. Он их вдохнул, но недостаточно было той отравы, чтобы умереть. И восхитился он опасностью маленьких растений. Пошёл он вслед за ними и, в отличие от своих братьев, вышел на другую сторону горной гряды.
Вышел на западной стороне, там, где сейчас Эвир.
– Силу чего же он взял себе, ваше величество? – уточнила я, хотя прекрасно знала ответ, но тешила гордость Эйдена, позволяя рассказать самому.
Молодой король наградил меня довольной улыбкой.
– Сперва ядовитые растения, а затем дракон приметил змеиное гнездо и восхитился, что такое маленькое существо может убить одним укусом, и взял эту силу себе.
Джун рядом со мной с трудом сдержался от гримасы. Я была согласна. Весьма сомнительно, что подобным вообще можно восхититься, но таковы были слухи о мифическом и несуществующем Пятом Драконе.
– Змей на западной стороне от гряды было в разы больше, поэтому и захотелось остаться дракону там. Благодаря этому решению ему не нужно было делить территорию с другими четырьмя братьями. Чёрный Дракон жил спокойно и никого не трогал, пока не пришли люди. Перебрались они через перевал с территорий других четырёх драконов. Не испугались они, увидев Пятого Дракона, так как уже были знакомы с образами этих могучих существ. Однако люди начали хозяйничать на земле Чёрного Дракона, и ему это не понравилось.
– И как он отреагировал? – спросила я, незаметно для себя увлёкшись рассказом.
– Он хотел припугнуть людей и укусил одного из них за руку, когда тот попытался прикоснуться к Чёрному Дракону. Но так как способность его была в яде, то человек умер в мучениях. Изумился дракон человеческой хрупкости и собственной силе. Повторилось подобное дважды, и только после люди испугались, а в страхе толпы – жуткая сила.
Эйден бросил на нас мимолётный взгляд, скупо улыбнулся одними губами и зашагал в противоположную сторону, заставляя нас с Джуном следить за его движениями.
– Нажаловались люди другим четырём драконам, и те разозлились на брата, потому что он убил смертных, за которыми драконам было занимательно наблюдать. Люди веселили их своим поклонением. Пришли братья к Чёрному Дракону, но тот лишь пуще разозлился, обиженный на их недовольство. Ситуация накалилась, когда люди ради собственной безопасности начали убивать змей, любимых Чёрным Драконом. Пытались четыре брата уговаривать Пятого Дракона не злиться, но когда не вышло, перешли к угрозам. Может, ещё немного, и нашли бы драконы общий язык, пришли бы к решению, но в то время один из людей назвал Чёрного Дракона «змеем». Первого человека поддержал второй, затем третий, и так заголосили сотни, нарекая дракона «змеем». Вы же знаете, Наён, что произошло дальше?
– Да. Слово обрело силу. Чёрный Дракон был проклят.
Ранее, пока драконы жили на континенте в своих реальных образах, земля и слова имели настоящую силу, сам воздух был пропитан магией. Но мифические создания медленно вымерли, драконы заточили свои тела в Священные Древа, а их души переселились в хранителей. По поверьям, магия постепенно ушла, а возможность ей пользоваться осталась исключительно у носителей душ драконов.
– Верно, – продолжил Эйден. – Он был проклят. Стал в два раза меньше братьев, потерял свои ветвистые рога, был опозорен и изгнан. Он превратился в Имуги. Моя история верна, Наён?
Имуги – огромные мифические змеи. Они жили когда-то давно и были способны стать драконами после тысячи лет ожидания на дне океана. По рассказам, Пятый Дракон действительно стал похож на Имуги, но остался более разумным и мудрым, чем они, поэтому его ещё нарекли «проклятым драконом»,
