Джейн идет вполне уверенно, даже хромоты нет. Когда мы оказались в порту, я предложил ей промыть и обработать рану, но девушка отказалась от помощи и сделала все сама.
Без стука открываю дверь в дом Холланд и замираю на пороге, наткнувшись на недовольный взгляд докторши, как раз провожающей до выхода беременную женщину. Та лучезарно улыбается нам с Джейн, будто встретила старых знакомых. Ну хоть кто-то рад нас видеть.
– Привет, – здоровается беременная.
Я сдержанно киваю. Джейн слабо улыбается.
– Я завтра зайду к тебе, – говорит Холланд с теплотой в голосе.
Мы отходим в сторону, пропуская пациентку. Холланд закрывает за ней дверь и поворачивается ко мне.
– Ты нашел все необходимое?
Только это ее и волнует.
– Да. Корабль уже начали разгружать.
Холланд довольно улыбается.
– Хорошо. Что у вас стряслось? Или вы пришли, только чтобы сообщить мне об этом?
– Джейн нужна помощь, – снова говорю я.
Слышу, как девушка вздыхает. Холланд принимает профессиональный вид и жестом зовет Джейн за собой. Плетусь следом и подпираю стену, в то время как Джейн садится на стул и закатывает штанину, под которой белеет повязка. Холланд быстро разматывает ее и слегка поворачивает ногу, глядя на рану. Тоже смотрю на нее. Глубокая царапина примерно посередине голени. Гвоздь прошелся по самому краю оставив след примерно в пять сантиметров длинной.
– Что стряслось? – деловито спрашивает Холланд и отходит к комоду, чтобы взять из ящиков все необходимое для обработки.
– Напоролась на гвоздь, – спокойно отвечает Джейн.
Холланд кивает, протягивает Джейн градусник и опускается на колени, начиная аккуратно осматривать и обрабатывать рану.
– Гвоздь был ржавым? – спрашивает она.
Джейн пожимает плечами, после чего Холланд неодобрительно смотрит на нее.
– Нет, – говорю я, – он не был ржавым.
– Ты уверен?
Эта женщина невыносима.
– Абсолютно. Я видел его собственными глазами.
– Хорошо, – удовлетворенно кивает она. – Есть небольшое покраснение, но это не критично. Как ты себя чувствуешь?
– Отлично, – отвечает Джейн.
Вижу, что она хочет поскорее уйти. Я бы и сам не отказался.
Холланд заново бинтует ногу, сразу после этого Джейн передает ей градусник и поднимается на ноги.
– Температуры нет, но на всякий случай зайди ко мне завтра, – докторша говорит все это с таким видом, будто находится в дорогой клинике, а не в старом домике с обшарпанными обоями.
– Хорошо, спасибо, – быстро отвечает Джейн.
Прощаемся с Холланд, и она тут же спешит прочь из дома в сторону корабля, чтобы лично проверить, что мы привезли. Останавливаемся на линии пляжа, и я поворачиваюсь к Джейн.
– Мне нужно поговорить с Эллиотом. Рассказать о случившемся. Наверное, нужно организовать что-то вроде прощания для Зака и Сейдж, – перевожу дыхание и продолжаю, – у них было много друзей.
– Чем я могу помочь? – спрашивает Джейн.
Качаю головой.
– Передохни пока, позже нам нужно будет поговорить. Иди ко мне домой.
Несколько долгих секунд девушка внимательно всматривается мне в лицо, словно желает прочитать мои мысли. Затем кивает. Вижу, что она хочет задать множество вопросов, но сдерживается. Давно заметил, что сдержанность – одно из лучших качеств девушки.
Джейн разворачивается и уходит, а я в последний раз делаю глубокий вдох. Настало время проверить, сколько я смогу не подпускать к себе чужие эмоции, когда Джейн нет поблизости. Смотрю ей вслед, затем отворачиваюсь и шагаю в сторону корабля. Надо найти Эллиота, а затем и Килиана.
Глава 22 Джейн
Выхожу из ванной комнаты и вдыхаю свежий воздух океана, доносящийся из открытого кухонного окна. Шагаю в ту сторону, беру бутылку воды и останавливаюсь сбоку от рамы. Из этой точки видно дальнюю часть пляжа и спокойную синюю воду, размеренно набегающую на берег волна за волной.
Прошло чуть больше суток с тех пор как мы вернулись на остров. Все это время я нахожусь в доме Нейта. Сам мужчина заглянул вчера минут на десять, принес еду и воду, а после ушел. С тех пор я его не видела. Может, Нейт и приходил ночью, когда я ложилась спать, его не было. И когда проснулась утром – тоже. Я понимаю, что сейчас Нейту совсем не до меня, но почему-то в голове мелькает мысль, что он меня избегает. Хотя я не понимаю, с чего бы мужчине заниматься подобной ерундой.
За время вынужденного одиночества я передумала обо всем на свете. Теперь, когда я выполнила свою часть сделки, мне нужно выбрать подходящий момент, чтобы поговорить с Эллиотом. Нейт говорил, что именно он главный на острове. Мне нужно другое жилье, ведь не могу же я жить в доме Нейта вечно. К тому же я хотела бы приносить пользу. Мне необходима какая-то работа. Неважно какая. В скором времени мне придется начинать вливаться в коллектив. Хотя со всем этим можно повременить. Людям необходимо время на скорбь.
Слышу шум от входной двери и оборачиваюсь, ожидая увидеть Нейта. Но это Алистер. Он замирает на пороге и внимательно оглядывает меня.
– Привет, – здороваюсь первой. – Что-то случилось?
Алистер утвердительно кивает:
– Эллиот организовал прощание с Заком и Сейдж. Я подумал, что ты, возможно, тоже хотела бы пойти.
Тяжело сглатываю, стараясь протолкнуть из горла вязкий ком. В последний раз я была на похоронах почти три года назад, когда умерла Скарлетт. Мне не понравилось. Но я бы не простила себя, если бы не имела возможности попрощаться с той, кто заменила мне обоих родителей. Сейчас все по-другому. Здесь даже нет тел тех людей, которых собираются проводить в последний путь. Но от этого не легче. Зак и Сейдж были слишком молоды, но они прожили свои жизни в ужасном мире. Было бы несправедливо оставить все, как есть.
– Конечно, – отвечаю наконец.
Закрываю окно, ставлю бутылку с водой на стол и покидаю дом следом за Алистером.
Огибаем дом и направляемся к лесу в противоположную от теплиц сторону.
– Куда мы идем? – спрашиваю у на удивление молчаливого Алистера.
Он устало проводит рукой по лицу и слабо улыбается мне.
– Неподалеку отсюда есть небольшая поляна. Мэддок расчистил ее вскоре после того как мы впервые оказались здесь несколько месяцев назад. В западной части острова местность довольно гористая. Оттуда принесли камни, которые заменили нам надгробные плиты. На этих камнях выбиты имена тех, кого с нами больше нет. Так что там, куда мы идем, что-то вроде кладбища.
Больше с расспросами не лезу. Замечаю только, что Алистер все глубже уходит в себя. В какой-то момент мужчина склоняется и срывает большую ромашку, а потом мы продолжаем путь.
Вся дорога занимает минут двадцать. Оказавшись на краю поляны,
