две игрушки украли… Но я докажу, что мы тоже люди. Мы все одинаковы.
Сегодня как-то жарко. О, нет. Эти идиоты снова там. Придется идти через парк. Почему я родился именно тут? Почему отцу вздумалось переехать сюда? Разве он не мог остаться там, в Вурвонии? Там бы у нас была жизнь лучше. Там нас считают за людей. Мы одни люди. Так почему разница в происхождении меня биологию?..
— Куда прешь, животина!
— Ай!
Из-за угла вышел, гад. Не заметил. Надо скорее дойти до дяди. В парке как-то тихо… Для такого времени даже слишком тихо. Но как хорошо, когда не видишь этих презрительных взглядов. Можно спокойно наслаждаться жизнью. Уж лучше бы мы жили в лесу, нежели среди таких монстров, который считают нас за животное. Разве по мне видно, что я отличаюсь чем-то от них? Разве то, что прошлые мои родственники вурвонцы, делает из меня изгоя? Я же никак не связан с ними. Может, сбежать из этой страны, и быть свободным? Но как мама отреагирует… И братья…
Что за толпа впереди? Концерт? Музыки не слышно. Праздник?
— Дайте пройти.
Что там на сцене? Веревка?
— Что происходит?
— Маньяка поймали, вешать будут?
Вешать? Убьют? Маньяк?
— Тишина!
Кто-то на сцене. Надо подойти ближе. Еле… Протиснуться…
— Много горя произошло ща эти два года…
Ближе. Нужно… Ближе…
— Много совершенно преступления, много поймано преступников…
Дальше не пройти.
— Но главный злодей, который убил уже больше сотни людей, никак не попадался в руки правосудия. Долгие два года мы решали главное дело нашего города и даже целой страны. И два дня тому назад был пойман наглый маньяк! Убийца невинных граждан!
— Ура!!!
Я тоже! Я тоже хочу кричать! Счастье какое!
— Ура! — я не знаю, кто эти люди, не знаю, кто этот маньяк, но это наша общая победа! Почему мне так радостно? Это толпа? Ее настроение? Но мне так весело! Ура!!! Ой, он говорит.
— Тише! Он говорит.
Обрадуйте всех!
— Суд принял решение наказать подлого вурвонца! — вурвонца? — И пусть каждый, кто является потомком этого жалкого народца, что вечно унижает нашу страну, давшую вам приют, будет знать, какое наказание следует за их грязные выходки!
Что… Что ты мелишь? Это он правда сказал? Этот человек, который только недавно обрадовал всех нас, вдруг нас же оскорбил… Да как он посмел? Как он посмел оскорбить нас? Как они смеют вешать этого человека?! Он невиновен?! И что, что он вурвонец, он имеет право жить?! Кем он себя возомнил?! Богом???
— Да как ты смеешь говорить так о нашем народе?!
Да! Как он смеет!
— Свободу вурвонцам! Убрать невинного с петель!
— Убрать!
— А теперь ведите сюда эту скотину. Пусть все увидят, кто не уважает коренных жителей это земли, тот будет наказан! Как высоко вы подняли носы, убивая невинных людей!
Почему мы? Только потому что мы вурвонцы? Мы подняли носы?!
— Смотрите, это ничтожество намеренно убивало истинных хозяин страны! Оно думало, что может нагло истреблять людей! Так если кто-либо из вас решил делать то же с нами, одумайтесь: не высоко ли вы взлетели, ничтожества?
Наглец! Нахал!
— Только троньте его!
Да, только троньте! Он тоже человек! Он вурвонец! Мы не посмеем унижать вурвонцов!
— Убирай табуретку!
Убили… Убили вурвонца… Оскорбили нас, унизили. Мы устали! Это была последняя капля! Так нельзя! Надо… Надо…
— Бей гадов!
— Да!!!
— Бей тварей!
— Стойте на местах ничтожества! Не двигаться!
Мы будем бороться за наш народ, за наши права, за нашу свободу. Мы будем бороться.
Что я видел и чувствовал, когда убрали табуретку? Видел я толпу. Она такая большая, так много людей пришли посмотреть на мою смерть. Все смотрят на меня с разными взглядами, мне даже стало неловко. Когда надевали веревку, я замечал встревоженные лица. После моей смерти явно произойдет что-то великое. Хорошо, что меня уже не будет. Да и так смешно, что сначала все радовались моей казни, а потом возненавидели палачей. Знаю я, что все дело в этих народцах, и точка кипения достигла максимума, но забавно: моя личность очень быстро меняется в истории: от мелкого маньяка до идола и путеводной звезды революции. Люди такие мелочные. Им что убийца, что священник- все станет направлением судьбы. Дайте повод для идей. Что дальше будет, уже не мое дело. От меня остался только гнев народа. А я уже очистил этот мир…
Чувствовал я необычайную радость и облегчение. Видя парк и яркое Солнце, я прощался с Природой. Она так же холодна, не подавала и каплю сострадания, но смотрела на меня слегка печально, ведь очередной ее инструмент пропал. Мне было приятно это состояние Природы. Могло показаться, что она в истерике и ненависти пытается сжечь людей ради меня. Но я-то знаю, что ей на меня все равно. Такая романтичная жизнь со мной происходила. Когда табуретку выбили из-под ног, я чуть не засмеялся от счастья. Увидев вдалеке птицу, любопытную смотревшую на меня, я улыбнулся. Но даже если бы я еще до повешения засмеялся и обливался хохотом, всем бы было все равно. Никто бы даже не заметил, кроме палачей. Правда, я чего-то испугался, поэтому лишь отдался течению…
Сколько бы человечество не старалось сделать всеобщее добро, покуда жива Природа, царить будет и зло. Все войны, споры, неравенства- ерунда по сравнению с Лесом. Все, что произошло после меня, осталось точно таким же. И разъяренная толпа, избивающая палачей, это лишь забава Природы. Увы, злодей не тот, кто убил, а тот, кто остается наедине с собой. Наедине с Природой…
И страшно одно: я боюсь…
Октябрь
В одном европейском городе двое мужчин мило болтали, сидя на улице у дорогого и престижного ресторана. Один хмурый, грозный, холодный и серьезный, а другой приветливый и расслабленный.
— Так вы писатель? — спросил холодный.
— Как тебе сказать… Я скорее журналист, но после всех моих приключений, единственная дорога для меня- это писательство.
— Какие приключения?
— Об этом ты сможешь прочитать в моей книге, которая скоро будет продаваться.
— Непременно стоит почитать.
— Ну, не сказал бы, что это нечто великолепное и великое, просто сборник рассказов. Они копились у меня в течение всей жизни вот и выдался случай их напечатать. А вы, как я понял, домой возвращаетесь? — приветливый мужчина допил свое кофе.
— Да… Домой…, — мрачно сказал хмурый.
— Что-то не так с домом?
— Нет! Нет. Все очень даже хорошо, просто…
— Воспоминания? Понимаю вас. Я тоже переехал сюда из-за не самых приятных воспоминаний о доме.
— Это я могу узнать из
