сектор, чем и пользуюсь, закрутив клинок над голов подшагиваю к отступающему противнику и бью в шею, снеся голову.
Останавливаться не намерен, продолжаю двигаться осваивая знания которыми раньше не владел. Сейчас ни хотелось думать от куда я знаю название ударов и позиций, ни говоря уже от куда знаю как их наносить.
Закручиваю удар из кварты, чтобы перейти в терцию и нанести ещё один удар в голову, вхожу в квинту затем наношу секущий удар в ногу, меняя позицию в ochs, чтобы с под шагом нанести прямой укол в грудь.
Танцевал с мечом ещё долго, постоянно ускоряясь. Ни всегда удары выходили правильными, но я постоянно повторял одни и те же, оттачивать движения.
Остановился когда с меня лился седьмой пот, площадка была утоптана под подошвой ботинка, а мышцы горели.
Неожиданно обнаружил себя в центре внимания. Рекруты, что небыли заняты, с интересом наблюдали за моей тренировкой.
Мои товарищи, что оказывается давно проснулись, также с интересом смотрели.
Чарл сидел и затачивал бродокс, Линейя, просто сидела и наблюдала за мной.
— Неплохо двигаешься, — похвалил меня бугай, от куда-то доставший сей прелестный топор.
Девушка также оценила мои навыки фехтования. Что ни говори, а приятно.
— через пол часа будем выдвигаться в деревню. — предупредил здоровяк, и мы принялись собираться. Поев вяленого мяса, что взял с собой в дорогу Чарл, мы дали напиться лошадям и принялись их седлать.
Покинули лагерь быстро. Почему-то Чарл поторапливал нас всю дорогу, потому, не давая продуху лошадям, неслись галопом. Сам путь прошёл без каких либо приключений, если не считать таковыми встречу с местной версией Земной свиньи. Хрюшка только успела напугать лошадей, а потом спрыгнувший бугай, одним ударом своего топора раскроил череп. Отощив труп в сторону, мы тронулись нагоняя потраченное время. И уже к полудню мы подъезжали к месту назначения. И да, не так я себе представлял здешние деревни…
* * *
Ваарва из клана "северный клык"
Разведчики, засекли на окраине наших владений человеческое скопище. Тогда мудрый вожди Вуар Костяной череп, отправил нас уничтожить этих слабых человеков, и конечно, набрать новых рабов, в частности женщин. А то старые уже порядком "износились", при этих мыслях орк оскалился показав ряд жёлтых клыков. Больше всего орк радовался не резне, что предстояло учинить, а полученным трофеям, само собой, ему как и другим оркам, хотелось заполучить себе человеческую женщину, ведь как поговаривали уже успевшие вкусить этого "фрукта" войны, человеческие женщины были лучше всего для плотских утех, и даже не потому что они могли долго и громко кричать прося пощады, хотя для орка подобные звуки что для меломана прекрасная мелодия, дело в другом, у оркских баб, как говаривали всё те же войны, в щель ведро со свистом пролетает, так что люди в этом плане лучше. А в подобных рейдах орки могли сыскать как славу, так и возможность первыми проверить сие интересное утверждение. А если ещё вождь разрешит оставить себе раба, то для орка это повышение статуса в глазах сородичей (правда риск того что тебе проломят голову завистники повышался).
Вот уже на горизонте появляются дома, и небольшой жиденький частокол. Только заприметив людские владения, зелёная масса вскипела и принялась бежать, но была сразу осажена их вожаком, Гириантом кровавая поступь. Орки по природе своей мало кому подчинялись, ровно также как мало каво слушались, но Гириант, был именно тем военачальником кто мог поддерживать дисциплину, так как каждый знал, не послушание — гарантирует смерть, либо же участь унизительнее смерти — рабство. Из-за чего собственно его и мечтали убить, правда ни один орк на это не осмелился, даже самый буйный с виду. Конечно как любят похвалиться орки, они, орки — ничего не бояться, хотя бывает проявляют хитрость и осторожничают. Вот и сейчас им пришлось проявить хитрость, и сделать виды, что подчинились, правда чтобы это уловка сработало и Гириант ничего не заподозрил, им пришлось беспрекословно выполнив приказ.
Зелёные цвет кожи позволял сливаться с травой, по тому они почти впритык подползли не замеченными. Когда до частокола оставалось около пятидесяти шагов, либо около того, Гириант взревел, объявляя атаку.
— Ваааахх!!! — взревала зелёная масса, в один миг поднявшись с земли и несясь в бой.
— Арррггхх!!!
Где-то внутри поселения зазвенел колокол играя страшную мелодию "набат". От чего у орков только шири стал оскал, предвещая вкус скорой крови. Люди мельтешили, женщины и дети прятались по домам, закрывали ставни и сени, мужики же, высыпали на улицу, вооружившись чем кто горазд. Кто с деревянными вилами, кто с топорами. Крестьянин по богаче от куда то взявший стёганку и копьё также не преминул его использовать, были видны на головах некоторых Шапель. Но как бы они вооружены небыли, при виде орков, все испытали ужас и беспомощность, перед несущейся лавиной, что обещала смерть, страшную смерть. Но люди не дрогнули, только плотнее сжались в кучку надеясь примитивным оружием остановить неминуемую погибель, как для себя, так и для женщин, и малых детей, что остались в домах, надеясь и уповая только на защиту своих мужей, сыновей и братьев. Каждый знал чем грозит проигрыш, по тому в груди вскипела злость, гнев, а в последствие и клокочущая животная ярость, направленная на врагов с целью защитить самое дорогое, что у них есть — семьи. Всего несколько людей из ополчения были солдатами, и сейчас выполняя роль командиров они выстраивали что-то наподобие построения. Но время ограничено, твари, что пришли по их души уже во дворах, а значит скоро прольётся кровь. Не многочисленные собаки заливаются лаем, кто-то прыгает в атаку, в свою последнюю атаку с целью защитить своих хозяев отдав жизнь чтобы выжила другая, но этой жертве костяловой мало. Самый большой орк что бежал впереди всех, отмахнулся своим монструозным топором под стать своим чудовищным размерам, несколько сотен килограмм при росте превышающий два метра были закованы в подобие брони, что была обильно украшена человеческими черепами, и что страшнее всего для обороняющихся, на правом плече весела подвешенная за волосы недавно отрубленная, детская голова.
Орк, обладающий таким страшным украшением хохотал, казалось что где-то гремел гром. Вожак смеялся над страхом, смеялся над смертью, наконец он смеялся над жалкими попытками людей защитить то, что он пришёл отнять, раздавить, уничтожить.
— Ааааа!!! — кричали люди яростно, пытаясь подавить страх, — Ни шагу назад! — вторили им командиры.
— Ааааррррххх!!! — Ревели орки, перекрывая любые другие звуки.
Наконец, две силы схлестнулись. Солдаты что стояли в первых рядах, приняли всю силу удара на себя, затрещали древки
