эмоций от страха и тревожности до радости и нежности. Мне страшно, что всё всё что сейчас происходит неправда, что повторится сценарий выпускного. Меня тревожит то, что будет дальше и даже пугает эта неизвестность. Но я так рада что сейчас со мной рядом сидит Максим, что он касается меня и обволакивает своим теплом. Меня буквально топит в его нежности.
Максим просит дать нам шанс, заново узнавать и познавать друг друга. И наплевав на доводы разума, я соглашаюсь. Это конечно не совсем в омут с головой, скорее опять на те же грабли. Но как жить без Максима я знаю и мне это не понравилось. Хочу узнать как может быть рядом с ним. Узнать играет он или говорит искренне.
Я нуждаюсь в Максе также, как нуждалась в том поцелуе. Это действительно жизненно необходимо для меня. Хочу снять свою маску и снова стать счастливой.
Смешно, но что тогда, что сейчас я предстаю перед Максом в маске. Тогда я пряталась от этого мира в мрачном и непривлекательном коконе. Сейчас — изображаю счастливую и уверенную в себе Тори.
— Почему розовый? — спрашивает Макс, накручивая на палец мой локон.
— Цвет счастья и его всегда видно из толпы, — пожимаю плечами.
— Ты хамелеон.
— Это твоя новая фишка? Представлять меня каким-то животным? То ёжик, то хамелеон. Кто будет дальше?
— Не кусайся, Кукусик. Со мной не нужно обороняться. Хамелеон ты потому, что в очередной раз прячешься от этого мира в его декларациях.
Смотрю на Макса не мигая. Как он так легко считывает меня? Остап понятно. Психология вся его жизнь. В своё время он увлёкся ею ища ответы на вопросы почему люди такие жестокие. И она его покорила. Он перечитал сотни и сотни книг, работ великих людей из мира психологии, много практиковал. Но Макс даже не интересовался этой наукой. Хотя кто знает что он делал эти три года. Я же не следила за ним.
Хотя если он играет, мне потом долго придётся собирать себя по кускам. Но даже эта мысль меня не способна остановить.
— Ты всегда была недосягаемой. Раньше пряталась за жуткой одеждой, чтобы не привлекать внимания. А теперь ты слишком яркая и смелая, а таких боятся. Столько времени прошло, а людей в свою жизнь ты принимаешь также неохотно.
Мне совершенно нечего на это ответить. Потому что он прав. Людей в свою жизнь я всё ещё пускаю крайне неохотно. Но зато в каждом из них я уверена.
— От этого и ценнее что ты пустила меня снова в свою жизнь. Хотя, по сути, я тебе не оставил выбора. Сам в неё залез. И да, мне не стыдно.
Макс берёт мою ладонь в руку и переплетает наши пальцы. Смотрю завороженно на это и даже моргать боюсь. Кажется что сейчас я закрою глаза, а потом всё растворится как сон.
Мы сидим вдвоём ещё несколько часов. Занимаемся, а я вспоминаю наши школьные годы. Как мы вот так же вместе изучали новые темы. Тогда Максим вкладывал максимум своих стараний в этот процесс, считая что учит меня чему-то новому. И каждый раз был поражён что я всё это знаю.
— Привет, детишки, — раздался голос Остапа у дверей.
Мы от неожиданности с Максом отпрянули друг от друга. Учебник, что был у меня в руках полетел на пол. Посмотрела на брата. Он рассматривал нас с любопытством и нахально ухмылялся.
— Чем занимаетесь? — спросил, словно не видел что мы читали склонив головы над учебником.
— Занимаемся, не видишь что ли? — ворчу на брата, наклоняясь за книгой.
— Вижу что вы оба зануды. Я пиццу принёс, пойдём фильмец посмотрим какой-нибудь.
Принимаем приглашение Остапа и поднимаемся с кровати. Парни выходят первыми из комнаты, слегка потянувшись и расслабив затекшие мышцы, иду следом за ними.
В гостиной уже накрыт своеобразный стол и включён телевизор. Парни о чём-то шепчутся, но при моём появлении замолкают.
— У вас что секреты? — спрашиваю их.
— Мужские разговоры не для женских ушек, — отвечает Остап.
— Мы обсуждали предстоящий бал, — ответил Максим.
— Каблук, — тихо шепчет ему братец, но я прекрасно слышу его.
Макс локтем тычет ему в бок, а потом теряет всякий интерес. Всё его внимание обращено на меня. Продвинувшись к Остапу, Максим освобождает место рядом с собой для меня. Я могла бы сесть и между ними, но Лощинин не даёт мне такой возможности. Он что ревнует меня к Остапу?
Плюхаюсь рядом и тут же оказываюсь в кольце его рук. Для меня всё развивается слишком быстро. Но локомотив под названием «Максим Лощинин» уже не остановить и не замедлить.
Фильм меня не особо увлекает или комментарии парней не дают в него погрузится. В итоге я слежу не за действиями на экране, а за этими двумя.
Раньше считала что Остап и Макс совершенно разные как небо и земля. Наглый и болтливый Волков против милого и молчаливого Лощинина. А сейчас смотрю и понимаю что они похожи. Даже мимика в некоторые моменты одинаковая. У них такое лёгкое и непринуждённое общение, что можно только позавидовать.
Максим уходит от нас далеко за полночь. Долго целует на прощание, всё никак не может оторваться. А я и не против. Отвечаю ему на каждый поцелуй.
Осознала что только поцелуи Макса вызывают вихрь бабочек, подкосившиеся колени и ощущение счастья. Эван целовался не плохо, но с ним так и не случилось эмоционального взрыва. Теперь я могу себе честно признаться: просто в моём сердце есть место только для этого мальчика с грустными глазами.
Закрываю за ним дверь и повернувшись замечаю Остапа, стоящего в дверях гостиной. Он облокотился на дверной косяк и хитро улыбаясь пялится на меня.
— Чего? — спрашиваю его раздражённо.
Не нравится мне чувствовать себя пойманной на горячем.
— Ой, а кто это у нас тут такой довольный? А ведь ты не хотела возвращаться на родину.
Одарила братца злобным взглядом и планировала юркнуть к себе в комнату, но он поймал меня за руку.
— А у одной маленькой и очень вредной девчонки глаза блестят, — сказал Остап, закинув руку мне на плечи.
— Это из-за освещения, — смеясь сказала в ответ.
— Ну да, ну да и твой крашеный тут вовсе не причём?
Брат вёл меня в мою комнату и я покорно шла вперёд.
— Ну может чуть-чуть. Кстати, — вспомнила вдруг я. — Где ты всё время шныряешь? Что у тебя за дела такие?
— О нет, Тори, я не каблук в отличие от Максимки, так что вить с меня
