на смятый плед в полном изнеможении, но переполненные безудержным счастьем и друг другом. Алекс по-прежнему не выпускал меня из своих рук и тяжело дышал, зарывшись лицом в мои волосы.
— Люблю тебя… — услышала я его сдавленный шепот, и мое в сердце переполнилось еще большим счастьем и нежностью.
— Люблю тебя… — так же тихо отозвалась я и уткнулась носом в его плечо.
Так мы лежали еще неизвестно сколько, обнаженные, тесно сплетенные, и слушали стук сердец друг друга. Солнце между тем поднималось все выше, где-то вдалеке по коридорам стали разноситься голоса студентов, а потом в дверь раздался тихий стук, и следом голос Чарли:
— Диана, вы тут?
— Да? — я подскочила и принялась лихорадочно искать свою одежду. — Что-то случилось?
— Нет-нет, просто Тина злится… Требует свою посуду назад и грозится отправиться на ее поиски сама, так что имейте в виду…
— Хорошо, спасибо, — я с облегчением глянула на Алекса, который широко улыбался. — Передай ей, что мы совсем скоро будем.
— Ага. Только не задерживайтесь. Да и комендант бродит тут рядом, не попадитесь, — и я расслышала, как подруга хихикнула, а следом по каменному полу, отдаляясь, застучали ее каблучки.
— Даже не знаю, кого боюсь больше: Тину или Арчибальда, — я подавила смешок. — Но, похоже, нам действительно пора отсюда выбираться.
На что Алекс снова притянул меня в свои объятия и шепнул мне на ухо:
— Еще минут пять посуда подождет.
И мне совсем не хотелось спорить с ним.
Увидев меня в столовой, Чарли взвизгнула и бросилась обнимать.
— Я так рада, рада! Когда это произошло? — она имела в виду, конечно, мои изменения во внешности.
— Сегодня утром, когда я проснулась, — ответила я. — А к Алексу вчера зрение вернулось.
— Поздравляю! Как же хорошо! — подруга быстро обняла и растерянного Александра.
— У нас праздник? С чем поздравляем и кого? — с нами поравнялся Марк. Несмотря на широкую улыбку, его глаза отражали тоску, и под ними залегли глубокие тени. — Диана? — он наконец заметил, что я без платка. — Вау! Действительно, поздравляю! — и потянулся ко мне с объятиями.
— Я все вижу, — предупредил Александр, ухмыльнувшись.
— Да ладно! — Марк отпрыгнул от меня как ошпаренный. — И ты тоже?
Мы все рассмеялись, а Марк приобнял Алекса, похлопывая его по плечу.
— Значит, теперь придется наводить порядок в комнате? — с напускным сожалением проговорил он после.
— И не использовать мою кровать в качестве дополнительной вешалки, думая, что я не замечаю этого, — добавил Александр. — Отныне граница снова на замке.
— Да что ж такое… — Марк тяжело вздохнул. — А у меня еще столько планов было… — но его насмешливое выражение лица стерлось, когда в столовой появилась Каролина вместе с Ричардом. Кадык нервно дернулся, и он отвернулся, бросив в сторону:
— Ладно, вы тут завтракайте, а я пошел. Есть кое-какие дела. Увидимся позже.
— И все же он очень переживает, — Чарли проводила его сочувствующем взглядом.
И не только она. Я заметила, как Каролина тоже обернулась, глядя в спину Марку.
— А свадьба уже через два дня, — вспомнила я.
— Да, через два дня! — подхватила подруга. — А мы еще с тобой не выбрали наряды!
Я усмехнулась. Кто о чем, а Чарли о нарядах…
День прошел сумбурно. Каждый, кто попадал нам на пути, спешил поздравить нас с Александром с выздоровлением. Доктор Райнс заставил пройти дополнительное обследование, чтобы убедиться, что нашему здоровью действительно уже ничего не угрожает. Позже Лукрецкий забрал парней на тренировку, а нас с Чарли и Ритой заставил повторять практическую магию. Вечером пришлось уделить внимание Яну, и мы всей компанией засели в нашей комнате и допоздна играли в настольные игры. Под конец брат заснул прямо на полу, а Чарли ушла спать, не смыв косметику, что для нее было сверх редкостью. Мы с Алексом хотели еще немного побыть вместе, но я тоже сильно клевала носом, поэтому пришлось ограничиться несколькими поцелуями и разойтись.
Перед тем, как погасить свет, я случайно выглянула в окно и увидела на крыльце одинокую фигуру, подпирающую колонну. Марк. Он не двигался, глядя куда-то в небо. Я хотела было открыть окно и позвать его, но в этот момент он сам оторвался от колонны и зашел обратно в здание.
Когда я проснулась, Чарли уже крутилась около шкафа, перебирая свои платья.
— Как думаешь: розовое или зеленое? — приложила она к себе два из них. — Или, может, это черное?
— Если ты для свадьбы, то точно не черное, — отозвалась я, зевнув.
— На свадьбу надо белое, — сонно пробормотал Ян.
— Да, если ты невеста, — хмыкнула Чарли. — Но мы всего лишь гости.
— А когда ты замуж будешь выходить? — Ян потер глаза.
— Когда буду выходить, тебе первому сообщу, хорошо? — засмеялась подруга.
— Ага, — отозвался брат. — Но пусть Диана с Алексом раньше поженятся.
— Еще рано об этом говорить, — невинные слова Яна заставили меня чуточку смутиться.
— Так какое? — вернулась к главной теме Чарли. — Это или это? Еще есть желтое.
— Розовое, — решила я. — Оно очень романтичное. Скаю понравится.
Подруга на это фыркнула:
— Я для себя одеваюсь, вообще-то. И, может, мне хочется быть дерзкой, а не романтичной.
— Тогда надевай красное и не морочь мне голову, — я поднялась с кровати и направилась в ванную.
— Вот и надену… — донеслось мне ворчливое вслед.
К вечеру неожиданно пошел снег. Крупные хлопья падали с неба стеной, застилая все вокруг белой пеленой. Первые снежинки еще таяли на влажной земле, но поток их не иссякал, и вскоре они припорошили собой все дорожки и газоны.
— Ну вот, последний день зимы — и снег! — посетовала Чарли. — Я уже настроилась на весну, а тут…
— Возможно, к утру все растает, — попыталась подбодрить ее я.
— А если не растает, — в окно высунулся и Ян, — можно слепить снеговика! Папа всегда говорил, что такой снег самый лучший!
— Идемте лепить снеговика! — за завтраком предложил Марк, вторя желаниям моего братишки.
Снег за ночь не только не растаял, но и продолжал идти с прежней частотой.
— Может,
