Они один раз обошли вокруг острова, а потом Кайлу приспичило рыбачить. Ник отпиралась от этого сомнительного, с ее точки зрения, удовольствия всеми возможными словами и жестами с отчаянием обреченного. Кайл посмеялся, но отстал, и они разошлись по разным бортам — Кайл рыбачить, Ник загорать. Однако, перед тем, как разбрестись, Кайл строго велел Ник намазаться кремом, дабы не обгореть. И ее возражения о том, что она месяц жарилась под солнцем в Аргентине, он проигнорировал. Правда, не нашел в себе сил предложить свои услуги — не верил себе уже ни на грош.
А потом этот рыбак еще и купаться решил. И не успела Ник ахнуть, крикнуть или испугаться — он стремительной изогнутой стрелой сиганул с поручня, побалансировав на нем пару секунд, как заправский акробат. Взметнул облако брызг и ушел под воду, чтобы, спустя несколько томительно-долгих мгновений, вынырнуть, отфыркиваясь. И уплыть куда-то прочь от яхты.
Дельфин чертов! На счастье Кайла, он не слышал, какими именно словами она его костерила, пока ждала, когда он вернется. А когда вернулся, стало еще хуже. Сверкающие капли воды на смуглой коже. Мышцы рук и груди, ставшие особенно рельефными, когда он подтягивался к поручню. Потемневшие от воды и облепившего его просто до неприличия мокрые шорты. Так, не сметь пялиться! Смотри в лицо!
Собранные водой в стрелы длинные темные ресницы и светлые серые глаза, искрящиеся весельем. Подрагивающие в напрасной попытке сдержать смех губы. НЕ СМО-ТРИ!
— Хочу назад, — только и смогла она буркнуть, отворачиваясь.
— Слушаюсь, госпожа, — Кайл откинул мокрые волосы от лица и отвесил Ник шутовской поклон. Поклон достался спине Ник, что Кайла нисколько не расстроило. Зато он сумел безнаказанно рассмотреть округлую попку, потому что на Ник в кои-то веки было надето то, что не напоминало покроем мешок. Не смотри, идиот, на тебе мокрые шорты! НЕ СМО-ТРИ!
— А ты сама не хочешь искупаться? — голос звучал хрипло.
— Здесь? Я не хочу утонуть! И, потом, у меня купальника нет, — дернула плечами Ник, не оборачиваясь.
НЕ ФАН-ТА-ЗИ-РУЙ!
Пока они возвращались и причаливали, он худо-бедно пришел в себя. Чтобы потом снова начать самоубийственное…
— Но здесь-то мелко. Можно и искупаться.
Они сидят на пляже в компании корзины с фруктами. Жарко, ничего другого и не хочется. В плане еды, разумеется, только.
— Я же тебе сказала — у меня нет купальника. Как ты мне так сумку собирал? — она еще и ехидничать пытается.
— Ну и что? — Кайл очень натуралистично равнодушно пожимает плечами. — Здесь ни одной живой души, кроме тебя и меня.
— Это-то и беспокоит, — неосторожно отвечает Ник.
— Беспокоит? Ой, не смеши меня! — собственные невесть откуда взявшие актерские способности изумляют его донельзя, но он продолжает, покровительственно глядя на Ник: — Ты знаешь, сколько девушек я видел без… купальников? И вообще, — проникновенно, — без всего. Вряд ли ты меня сможешь шокировать. Так что, считай, что меня здесь нет — раздевайся и купайся.
На последних словах голос его едва не подвел. Ник продолжала недоверчиво смотреть на него.
— Неужели боишься меня, Ники?
— Вот еще! — фыркнула презрительно.
Что и требовалось.
— Говорю же — меня нет! — демонстративно закрыл лицо ладонями. Потом и вовсе перевернулся и уткнулся ладонями и лицом в песок. И оттуда уже, немного глухо, но вполне разборчиво: — Иди, купайся, трусиха!
За «трусиху» он получил пригоршню песка на спину. А потом, спустя пару минут — чуть слышный шорох. Она встала, отошла в сторону. Кайл весь превратился в слух.
И когда уже не мог больше томиться неизвестностью — чуть приподнялся на локтях и повернул голову. Ну, и глаза открыл, разумеется.
Значит, решил взять ее на «слабо»? Он, такой весь из себя опытный и раскрепощенный, а она — закомплексованная и стеснительная дурочка? Как бы ни так!
В нее бес вселился, не иначе! Но она не дала себе времени на раздумья и сомнения, в кои-то веки поступками руководила какая-то доселе ей неизвестная часть личности — буйная и с непонятными желаниями.
Быстро скинула футболку, шорты. И застыла, потрясенная, осознав, что стоит на берегу моря почти обнаженная, в одних только трусиках. Кожу ласкали лучи солнца, чуть заметный ветерок прохаживался по ней, как рука… Она вздрогнула и, не удержавшись, обернулась. Кайл неподвижно лежал на животе, уткнувшись лицом в песок. Вот же скотина! Ну, ему же хуже. И, осторожно ступая по горячему песку, она пошла к морю.
И кому он сделал хуже? Только не Ник, точно! Тонкий силуэт на фоне яркого неба. Изящный изгиб бедер, переходящий в идеальные ножки. И все это так соблазнительно покачивается, пока она неторопливо шагает к кромке воды, на ходу закинув вверх руку и поднимая от шеи волосы. А какой при этом должен быть вид спереди!.. В горячий песок под бедрами упирается не менее горячее следствие его идиотской провокации Ник. Черт, неприятно, почти больно!
Резко вскочив, он, не оглядываясь, быстро уходит в дом. Все, что ему нужно сейчас — это холодный душ. И пара подзатыльников.
Ее разочарование тем, что его не оказалось на пляже, было ощутимым, как холодный душ. Хотя… все к лучшему. И чем она только думает?!
Был в рыбалке все-таки и один плюс — на ужин у них была фантастически приготовленная рыба.
— Кайл, — Ник задумчива. Сегодняшний день показал, что их дальнейшее совместное пребывание на острове может принести кучу проблем. И надо уже делать то, ради чего они здесь оказались. Кайл хотел говорить? Значит — надо начинать говорить. — Ты не думал о том, что меня потеряют? Телефон не отвечает, где я, никто не знает. Дядя будет переживать.
— Не будет, — неохотно отвечает Кайл. — Макс в курсе, что ты со мной. Он скажет Лавиню. И, — он предупреждает вопрос Ник, — они считают, что ты сама со мной уехала. Вроде как отдохнуть.
Ник качает головой.
— Шито белыми нитками, Кайл. Кто поверит, что я поеду с тобой отдыхать?
— Да мне все равно! Главное, что Лавинь в курсе, что ты со мной и волноваться не будет.
— Ты не знаешь моего дядю, — усмехается Ник. — Теперь он будет волноваться еще больше. Он, знаешь ли, считает тебя чуть ли монстром, — заканчивает Ники совсем уж невесело.
— Я знаю, — так же уныло отвечает Кайл. Подумав, добавляет: — У него есть основания так считать.
Какое-то время они молчат. Потом Ник все же решается.
— Кайл, — осторожно, — ты хотел со мной поговорить?
Он не отвечает сразу. Просто собирается с мыслями. Да, хотел. И да — это нужно сделать. Но… то, что казалось довольно ясным, за последние пару дней запуталось не хуже сплетения патрубков на оппозитном моторе. Однако инициатор он, ему нужно объяснить Ник. Хотя бы попробовать объяснить, чего он хочет. Дьявол, если бы он сам понимал!!!
