за плечо.
Он сразу встретился взглядом с Карлсеном и виновато проговорил:
– Провалился в сон.
– Крайне опрометчиво.
Карлсен оглядел пол.
– Вам было плохо?
Доктор слегка смутился.
– Да уж, было.
И добавил:
– Хорошо, что вы живы.
Норвежец сухо сказал:
– Не стоит верить всему, что видите.
Джейкобс нахмурился, поглядел на его лоб и не увидел никаких трещин.
– Уже рассвет, – произнёс Адам. – Чем будить Томпсона?
– В процедурной, где были красные занавески, второй ящик сверху.
– А вы не пойдёте?
– Хочу умыться.
– Тогда закройтесь, очень вас прошу.
2
Барбара гляделась в маленькое зеркальце. Когда-то давно (в прошлой жизни, чтобы быть точнее, которая закончилась этой ночью) оно принадлежало Саре.
Отражение передавало то, что и хотела видеть Барбара – решимость.
Последний штрих – припудриться, чего она никогда прежде не делала…
У ног стоял собранный чемодан.
Она отдала всё, что могла, этому дому. Теперь она иссякла. Больше её здесь не будет.
Надев пальто, она подошла к окну.
Прощайте, швабра и грязные тарелки…
Прощай, снег…
Прощай, вечная мерзлота…
Барбара знала, что непременно отправится отсюда туда, где очень тепло.
Прощайте, доктор Джейкобс!
Прощай…
Прощай…
Её мысли прервал человек, которого она заметила в окне. Случайно увидела, как он выглянул из-за угла и тут же скрылся.
На этот раз в утреннем свете она успела его разглядеть.
Она нахмурилась, тихо прохрипела:
– Что происходит?..
Вдруг Барбара услышала, как кто-то зашагал в коридоре за её дверью.
Она обернулась…
3
В ящике на втором этаже Адам взял пузырёк с нашатырным спиртом и кусочек марли.
Томпсон очнулся быстро, ему потребовалась пара минут, чтобы прийти в себя.
Он взглянул на часы, поморщил лоб и сказал:
– Думал, мне всё это приснилось.
Бледная кожа на его висках заметно пульсировала, он сел и потёр её холодными пальцами.
– Где остальные?
– Смотря кого вы имеете в виду. Кто-то из них, возможно, уже мёртв, – ответил Карлсен.
Джеффри Томпсон посмотрел на него с ужасом.
– Ещё кого-то? – тихо спросил он.
Карлсен кивнул.
– Бульденежа из вашего револьвера, Патрика топором.
– Чёрт!
Поднявшись, Томпсон встал у огня и протянул ладони к теплу.
– Их за что?
Карлсен пожал плечами и тут же произнёс:
– Мне задать вопрос или вы не хотели бы на него отвечать?
Хозяин комнаты изобразил непонимание.
Он мог и не говорить, но уже был рассвет, и скоро всё будет кончено.
Пока он решал, где-то вдалеке раздался хлопок, похожий на взрыв петарды.
– Вы это слышали? – Томпсон передёрнул плечами.
Адам Карлсен, сомкнув под очками веки, произнёс:
– Это должно было случиться.
Томпсон поспешил за ним к выходу, в недоумении схватив Адама за рукав.
– Что бы это ни было, почему вы это допустили?
– Они меня не слушались…
4
Доктор Майкл Джейкобс услышал, как затопали по лестнице, отпер дверь и выбежал из ванной. Двое его пациентов бежали ему навстречу.
– Где Барбара? – крикнули они в унисон.
– Я слышал хлопок… О! Вы думаете…
Мужчины подскочили к спальне Барбары. Дверь оказалась заперта.
Доктор Джейкобс закричал:
– Барбара! Барбара! Вы меня слышите?
– Она вас не слышит, – Томпсон схватил стул и принялся выбивать дверь.
После нескольких минут общих усилий они втроём ввалились внутрь.
В комнате было два трупа. Один под покрывалом на кровати, второй на полу у камина.
Барбара лежала на спине, в сером платье и пальто, во лбу алела свежая рана от выстрела, под головой растекалась лужа крови.
Рука касалась выпавшего из неё револьвера.
Первым нарушил тишину Джейкобс:
– Это из-за меня. О, боже…
– Надеюсь, вы нам расскажете, – произнёс Адам.
– Мой револьвер! – Томпсон хотел его забрать и остановился под взглядом Карлсена. – Или вы думаете…
Тот покачал головой.
– Полиция бы не одобрила.
Доктор, вздохнув тяжко, сказал:
– Она пришла ко мне в спальню…
– И выкрала мой револьвер? – спросил Томпсон.
– Я уснул, должно быть, тогда. Перед этим я сильно её обидел.
– Вы на это способны?
– Она была в меня… ко мне неравнодушна.
Томпсон кивнул и медленно произнёс:
– Вот в чём дело.
– Господи, зачем я ей наговорил всё это!..
Джейкобс поведал о том, что было в его спальне.
Карлсен сказал:
– Значит, слухи о Ванессе и сыне фермера не так уж и беспочвенны.
– Я не имел понятия! – выкрикнул доктор.
Он отошёл к камину.
Адам заметил на полу чемодан, склонился над телом Барбары и нахмурился.
– Томпсон, вы когда-нибудь стреляли из этого револьвера?
Джеффри Томпсон присел на корточки и сказал:
– Только один раз.
– В человека?
– В воздух, чтобы испугать. Как-то шёл подворотнями…
Он вопросительно поглядел на Карлсена. Тот, указав на рану, спросил:
– Вы не видите здесь ничего странного?
Томпсон присмотрелся к раневому отверстию и поначалу не мог определить, что странного было в нём. За исключением одного – выстрел сделан не как чаще всего бывает – в висок, а в лоб. Так он и ответил.
Карлсен одобрил.
– Но вы не видите главного.
Томпсон всмотрелся снова.
– Нет ожога.
– Именно. От такого близкого выстрела на коже должен остаться ожог.
Доктор слушал их, не оборачиваясь. Для него тут всё было предельно ясно.
Томпсон произнёс:
– Стреляла не Барбара. Иначе она должна была вытянуть руку перед собой, а курок спускать большим пальцем.
– Не похоже на действия женщины, у которой в жизни было всё очень просто. Что вы думаете, доктор Джейкобс?
Доктор, обращаясь к камину, сказал:
– Вы ошибаетесь, если считаете, что в неё кто-то стрелял. Вы не видели её. И не слышали того, что я ей наговорил.
– Вы нам рассказали, – напомнил Адам.
– Но вас там не было. Барбара сделала это под влиянием момента. Вы бы слышали, в каком состоянии она сказала: «Очнитесь, отложите работу и обратите внимание, как душа в теле, которое вам противно, искренне ждала вас эти годы…»
Он обернулся.
– Понимаете, что я наделал? Мой смех убил её.
5
– Но как-то странно он её убил, – сказал Томпсон. – Всё говорит о том, что в неё стреляли.
– Кто мог стрелять? – Джейкобс прошёл к окну. – Видите? Шпингалеты задвинуты изнутри. Дверь, – он подошёл и вынул из замочной скважины ключ, – заперта, тоже изнутри.
В голове у Карлсена путались мысли. Взгляд зависал то на лбу Барбары, то на камине, с которым доктор делился эмоциями, то на картине с красным маком.
Томпсон заглянул под кровать, проверил шкаф и под покрывалом рядом с Сарой.
– Никого, – с досадой кинул он.
– Разумеется, никого, – сказал доктор Джейкобс. – Адам, в чём дело?
– Дайте, пожалуйста, ключ.
– Пожалуйста.
Карлсен посветил фонариком на конец ключа и с минуту его разглядывал.
Наконец сказал:
– Отчаянная попытка.
– Чего? – спросил Джейкобс.
– Взгляните
