свою энергию полностью, что, похоже, означало, что он расслабился полностью, ну или почти полностью. — Страну его тоже разрушил?
— Нет, конечно. Это было бы слишком заметно. Мы убили Тарса, выманив его в пустоту тем, что взяли в заложники его жён и дочку. Их, конечно, тоже убили. В Тарсии сейчас уже наверняка узнали о его гибели, но, чтобы не поднимать панику и подготовиться к последствиям, думаю, они объявят, что он куда-нибудь свалил.
— Очень может быть, — задумчиво кивнул Баройтин. — Хорошая работа, Алистер!
— Тогда, глава, скажите, кто рассказал вам, что я здесь? Это был Липпа?
Баройтин поморщился.
— Я уже говорил тебе, чтобы ты не называл его так.
— А он не заслуживает, чтобы я называл его полным именем! — недовольно буркнул Алистер. — Липпарион, скажешь тоже! Я уважаю вашу племянницу, глава, безмерно уважаю, но назвать сына таким пафосным именем, зная, кто его отец и зная, что половина его генов безвозвратно испорчена?
Я едва сдержал усмешку. Судя по всему, мужа своей племянницы Баройтин и сам, мягко говоря, недолюбливал, иначе подобные слова Алистера были бы чересчур наглыми.
Тем не менее, вместе с оскорблениями в адрес его зятя, Алистер ввернул ещё и неприкрытое издевательство над самим этим Липпой. И самое прекрасное было в том, что Баройтин теперь даже не мог ничего внятного возразить.
— Кхм… да, это Липпарион доложил мне, что ты прибыл в Фалию.
— Готов спорить, что сам он узнал об этом не благодаря своему выдающемуся уму, а попросту потратив гору золота из бюджета, чтобы организовать слежку во всех крупных городах Владений! А теперь из-за него мне придётся потратить ещё кучу ресурсов, чтобы хоть как-то убедить агента Гипноса, что ваш сюда визит — это часть какого-нибудь крупного плана Нимеи, или что-нибудь подобное, пока не придумал. И это уже четвёртый его крупный прокол за шестьдесят лет! Про мелкие я даже не говорю. Глава, сколько раз он ещё должен попадаться на подобном дерьме, чтобы вы, наконец, поняли, что он — раковая опухоль на теле секретной службы⁈
— Если выяснится, что Липпарион потратил на выслеживание тебя деньги из бюджета службы, и если эти деньги будут больше, чем его карманные, я позабочусь о том, чтобы он получил соответствующее наказание, — суровым тоном произнёс Баройтин. — Но, прежде чем это произойдёт, я хочу увидеть твой отчёт. Говоришь ты складно и, если всё так, то ты будешь более чем достойной вознаграждён. Однако одних слов мне мало. Ты меня понял, Алистер?
— Да, глава. Я вернусь в столицу в течение нескольких недель, тогда вы получите отчёт.
— Как угодно. Но чем дольше тебя не будет, тем тщательнее я буду всё проверять.
Похоже, поток обвинений в сторону его внучатого племянника сильно подпортил Баройтину настроение.
— Если, чем тщательнее вы всё проверите, тем выше будет моё вознаграждение, то я, пожалуй, задержусь тут на пару лет, — ухмыльнулся Алистер.
— Я буду ждать тебя и отчёт. Всё, пошёл.
Через пару секунд его уже не было.
Не говоря ни слова, Алистер молча вернулся в главную комнату номера и сел в кресло, уперев локти в колени п положив подбородок на замок из пальцев. Я предпочёл его не трогать.
Да и говорить о чём-то сейчас было слишком опасно. Неизвестно, как далеко распространялось восприятие Баройтина, он вполне мог подслушивать нас и из-за пределов города.
К сожалению, что-то сделать с ситуацией я тоже не мог. Это был не мой мир, я тут почти ничего не знал. И если собирался продолжать играть в высшей лиге, а не начинать всё с нуля, оставалось только довериться Алистеру.
По крайней мере моё к нему доверие вполне оправдалось. Рискуя лишиться работы, на которую убил больше ста лет, а то и жизни, он, тем не менее, не выдал меня Баройтину, хотя вполне мог бы, заслужив огромную благодарность.
Так что, хотя определённый градус недоверия к нему у меня всё ещё остался, всё-таки слишком удачно он появился на диване у меня в кабинете со слишком заманчивым предложением, бо́льшую часть моих сомнений он развеял.
Несколько минут прошло в полной тишине. Потом я ощутил магию Алистер, плавно и неторопливо распространяющуюся сначала по номеру, потом по всей гостинице, а потом и по окрестным улицам. Похоже, он искал слежку.
И только ещё через десять минут, когда ничего, похоже, не нашлось, он позволил себе проявить эмоции.
— Ублюдок… придушу, собственными руками придушу!
— Липпу?
— Кого ещё? — тяжело вздохнув, Алистер откинулся на спинку кресла, но почти тут же снова принял напряжённую позу, хлопнув ладонью по подлокотнику. — Сука! Знал ведь, что он под меня копает с тех пор, как я стал замом Байротина! Знал, но решил, что эта шушера ни на что серьёзное не решится, а тут такое! Хорошо, успел нашему настоящему связному сигнал подать, иначе был бы полный швах.
— Как он понял, что ты вернёшься в Земли раньше?
Алистер покачал головой.
— Два варианта. Либо он решил, что у меня точно ничего не выйдет с твоим убийством, и что я сразу буду это знать и решу где-нибудь отсидеться. Либо подумал, что я в принципе не стану заниматься твоим убийством, а вместо этого отправлюсь куда-нибудь по своим делам в Землях. Для обоих этих вариантов логично выставить дозорных в тех городах и местах, где я скорее всего остановился бы. Чёрт, надо было использовать маскировку!
— А чего не использовал?
— Потому что меня в лицо всё равно знает не так много людей, даже после того, как я стал замом главы. А, изменяя тело, ты неизбежно исказишь и Формулу, что негативно скажется на боевой мощи.
— Ясно. Что теперь?
— Теперь мне надо срочно подделывать улики, указывающие на моё сотрудничество с агентами Гипноса, и подделывать поддельные улики, указывающие на то, что я принадлежу к Нимее. Наш план придётся отложить, извини.
Гипносом звали другого Мудреца Земель, который, насколько я помнил рассказы Алистера, был в контрах с Понтификом Небесной Громовой Воли. Как и Нимея, хотя там отношения были получше, союзниками её и Понтифика было никак не назвать.
— Да ладно, — отмахнулся я. — Не извиняйся. Скажи, как я могу убить время, пока тебя жду — и можешь заниматься чем хочешь.
— Даже не знаю, — пожал плечами Алистер. — Можешь погулять, посмотреть достопримечательности. У нас нет монстров,
