любого, кто мог знать, что происходит. Когда она увидела заходящего в лифт Фон Гайца с аптечкой в руке, то проскользнула следом.
Глава медслужбы окинул ее любопытным взглядом.
— Что случилось? — спросила она.
Он прикусил губу, словно раздумывая, что говорить, а чего нет. Головня сверлила его взглядом, пока он не сдался:
— Пришел еще один корабль, только что из боя. Они потеряли систему жизнеобеспечения. Мы забираем уцелевших на борт. — Он набрал код на панели, и турболифт загудел и пришел в движение.
Головня кивнула. Последние дни все больше кораблей приходили в точку сбора. Неудивительно, что один из них серьезно пострадал.
И все же следовало быть осторожными. Когда Фон Гайц вышел из лифта и направился к одному из верхних шлюзов, Головня последовала за ним. Она сняла с пояса модифицированный дезинтегратор DХ-2 — который был запрещен уставом Альянса и который точно не следовало носить в открытую на борту «Громовержца» — и стала прокручивать в голове варианты опасной ситуации.
Палуба дрогнула, будто что-то прицепилось к корпусу «Громовержца». Когда Головня и Фон Гайц прибыли к шлюзу, здесь уже в полном составе были команда безопасности и медики, вывозившие гравиносилки с телами в коридор. Женщина смотрела на раненых, когда тех провозили мимо: молодой человек с носом и подбородком в запекшейся крови, дрожа, смотрел на нее; женщина с почерневшими ладонями, шипевшая от боли, глаза ее были широко раскрыты; неподвижный зеленокожий родианец, видимо, со сломанной шеей.
Раненых выносили минут пятнадцать. Всего их оказалось около двадцати. Погибшие остались на поврежденном корабле. По сигналу с мостика команда безопасности закрыла шлюз. Оставшиеся медики пошли за последними носилками в лазарет «Громовержца».
Головня осталась в коридоре. Некоторое время она смотрела на шлюз, не выпуская из руки дезинтегратор.
Что-то было не так, но что именно, она не могла сказать.
Зато теперь ей было чем заняться.
Глава 14
ПЛАНЕТА ХОТ
День ноль, План К-один-ноль
Подготовка к эвакуации шла полным ходом. База «Эхо» строилась для того, чтобы быть покинутой. Строители знали, что Империя в конце концов ее обнаружит, точно так же, как и базы Альянса на Явине-4 и Дантуине. Весь персонал давно знал, к какому спасательному кораблю бежать. Когда прозвучал сигнал тревоги, повстанцы начали грузить оборудование и уничтожать данные с четкостью, отточенной сотнями учений.
Имперский дроид-шпион был единственным предупреждением для повстанцев. Разведчики обнаружили машину, летавшую над ледяными просторами и передававшую сигналы своим далеким хозяевам. Кто сюда явится первым — силы Империи или другие дроиды-шпионы, можно было только гадать, но база была под угрозой, и атака непременно последует.
Победа будет измеряться числом выживших.
Намир проводил проверку систем челнока, когда услышал, что вошла Челис.
— Я должна улететь на первом же транспорте, — сказала она. — Предложение еще в силе, вы можете лететь со мной.
— Не могу, — ответил Намир, изучая отчет системы диагностики на терминале мостика. — В первую очередь я должен доставить домой Горлана.
Капитан вызвался помочь координировать действия пехоты Альянса на случай, если базу блокируют до завершения эвакуации. Это упрощало выбор Намира: что бы там ни было, его приоритетом оставалась защита Сумеречной. Долг превыше всего.
— Сражение может и не состояться, — сказала Челис. — Хот далеко от ближайших имперских гарнизонов. К тому же капитан Ивон сам может о себе позаботиться.
— Вы и правда считаете, что Империя может не прийти? — с сомнением спросил Намир. Он проверял диагностический отчет на наличие предупреждений, а все прочее сейчас было ерундой.
— Я не стала бы это выяснять. Вы знаете, где меня найти. Если больше не увидимся, то желаю удачи, сержант.
Аванпост периметра Дельта стоял далеко к северо-западу от базы «Эхо», в сотне метров от ее энергетического щита, на самой границе зоны связи, да и то при ясной погоде. Он представлял собой лазерную турель с расчетом из трех человек, окопа, вручную проложенного во льду, и горстки огневых точек легкой артиллерии. Такой аванпост Сумеречная могла взять за минуту во время хорошо спланированного рейда. Он был обречен на уничтожение. Против того, что могла выставить Империя, ему было не выстоять.
Но что нельзя остановить, то можно замедлить.
Намир, Роджа и Клюв стояли над окопом, прижимаясь друг к другу, чтобы меньше мерзнуть. Рядом два солдата с базы «Эхо» устанавливали на треноге пушку, пока еще трое занимались прикрытием турели. Падал снег, но не слишком густой, чтобы снизить видимость или нарушить связь. Намир не был уверен, к добру это или к худу.
В наушнике затрещали разряды.
— Из гиперпространства выходит флот звездных разрушителей, — прозвучало в ухе. — Держите ушки на макушке, аванпост Дельта.
Флот звездных разрушителей? Намир и прежде видел эти массивные корабли — огромные клиновидные дредноуты, по сравнению с которыми «Громовержец» казался карликом, — но никогда больше одного зараз. Он видел, как один-единственный звездный разрушитель превратил город в кратер дымящейся жижи; видел, как плавились небоскребы и горел камень. Для Сумеречной один такой корабль был достаточным поводом покинуть планету.
Взглянув на Намира, Роджа принялся забрасывать его вопросами. Как быстро разрушители достигнут Хота? Как быстро корабли смогут покинуть базу? Слушая его вполуха, Намир лишь качал головой. Горлан мог знать ответ, он — нет.
Клюв избавил его от необходимости отвечать, тронув Роджу за плечо и показав на юг. Через мгновение небо замерцало, как мираж. Затем эффект исчез.
— Энергетические щиты на полной мощности, — сказал Клюв. — Эта штука довольно долго может выдерживать бомбардировку. Теперь имперцам придется десантироваться.
Значит, наземное сражение. Это было лучше орбитальных бомбардировок, но не радовало.
Намир, Роджа и Клюв передавали друг другу макробинокль, осматривая горизонт сквозь снегопад и следя за затянутым облаками небом. Роджа первым заметил корабли —
