сраным салоном уж как-нибудь разберусь. Накрайняк князю счет предъявлю.
Кое-как проглотив горькую пилюлю, евнух снова поклонился и поспешно вышел из кабинета, сославшись на необходимость подсчета наших скудных остатков.
С облегчением закрыв учетную книгу и помечтав о сигарете, я решил, что пора бы уже и пожрать.
По случаю обеденного времени в зале не нашлось ни одного посетителя. Не потому, что у местных были какие-то рабочие часы, а из-за сотника, который назначил раздачу еды как раз на это время. Вопреки обыкновению, игривый хохот и звон кубков уступил место мерному постукиванию ложек о тарелки да тихим разговорам — ударницы развлекательного фронта наслаждались часами заслуженного покоя.
Все-таки, каким бы засранцем этот евнух не был, но борделем управлял мастерски. Службу он тут неплохо организовал — сомневаюсь, что сам справился бы лучше.
Попытка приблизится к дышащему паром котлу с фасолью и сушеным луком, оборвалась вспышкой фиолетовой молнии. Оторвавшись от болтовни с сотрудницами за одним из столиков, Киара стремительно приблизилась ко мне.
Скалясь как гиена, она подхватила меня под локоток и потащила в сторону барной стойки:
— Какое у тебя интересное заведение! После ухода тех бородатых громил здесь стало куда интереснее!
— Ты чего приперлась-то? Опять про свои сделки затирать собралась?
— Ну зачем же так? А как же предложить мне комнату? Или, еще лучше, место в своей кровати... — дернув носом, фиолетовая резко отстранилась, всем своим видом демонстрируя омерзение. — От тебя опять воняет этой швалью... Неужто тебя и впрямь привлекает пьянь без чувства вкуса?
Закономерный посыл в пешее-эротическое отозвался звонким смехом и счастливым блеском лиловых глаз:
— О, господин корыстный трактирщик, мне найдется чем заплатить за постой! — крошечный кисет вынырнул из рукава ее узкого пальто и лег в мою ладонь.
Вместо монет или драгоценностей, внутри оказалось несколько кристалликов какой-то пластиковой бижутерии. Не припомню, чтобы у местных водилась нефтяная промышленность.
Погоди — где-то я это уже видел...
— Ну-ну, не морщи лоб так сильно. Мы же не хотим, чтобы у тебя головка заболела?
— Давай без оскорблений — что это за фигня?
— М-м-м... Если без оскорблений, то ты... Отрицательно здравомыслящий! С уклоном в слабоумие!
— Хорош тащиться, задолбала! Что это за хрень, я спрашиваю?!
— Это, милый мой кавалер, ответ на все твои вопросы! Мы ведь теперь вместе, не так ли? А у друзей нет секретов друг от друга...
— С такими друзьями и враги нахрен не нужны! Давай, колись — что это за фигульки и где ты ее взяла?
Но ведьма лишь самодовольно хихикала и делала вид, будто оказывает мне величайшую услугу:
— Тебе ведь хочется узнать, кто же тот мерзкий гомункул, что заставил тебя целый месяц мерзнуть в лесах? А эти «фигульки», именно то, что позволит тебе раз и навсегда вырезать опухоль со столь любимого тобой города! Тебе всего-то и нужно будет, что сходить в антикварный салон да продать сии диковинки. Остальное я возьму на себя. — она резко приблизилась, едва не упираясь носом в мою грудь. — И насчет ночевки в одной постели я отнюдь не шутила...
Поток лавандового сознания разбавился старческими вздохами. Сетуя на ноющую «шишку» и «неугомонных блудниц», одноногий хрыч наконец прервал свой двухдневный загул и почтил своим визитом главный зал, с явным намерением пообедать.
Но едва серые глаза скользнули по фиолетовой челке, как помещение взорвалось дребезгом бьющейся бутылки и звоном разлетающегося стекла — меткость, с которой дед швырнул бутыль в лицо ведьме, заставляла вспомнить о его боевой биографии.
Истекая свежей кровью, лицо Киары мгновенно украсилось разнокалиберными осколками и остатками выпивки. Еще секунду назад красивая и изящная моська, ныне напоминала кусок мяса после встречи с мясорубкой. Под завороженное оханье сотрудниц, ведьма выплюнула осколок стекла и обернулась на одноного старика, уже вырывавшего карниз с окна, намереваясь использовать его на манер копья.
Буркнув что-то про «мошек», Киара ухватила меня за локоть и с невероятной легкостью выставила перед собой. Запущенный дедом графин больно впечатался в мою грудь и, отскочив, разлетелся в дребезги, ударившись о пол. От неожиданности кисет вылетел из рук, а кристаллики разлетелись по всему залу.
— Какого хрена?! Ты белочку словил или моча в башку ударила?! Че творишь, маразматик полоумный?!
— Ты кого привел, бестолочь?! Ты хоть воображаешь, что это за тварь?! — впервые за все время нашего знакомства, в голосе северянина звучал неподдельный страх.
— И вам доброго денечка, дедушка... — безразлично фыркнула ведьма и принялась выковыривать осколки из своего изуродованного лица. — Что-то вы сегодня неприветливы. Когда вы молили спасти вашего «сыночку-корзиночку» вы были куда как красноречивее...
Поглядев, как миниатюрная девчонка вытаскивает из брови кусок окровавленного стекла и даже не морщится, я быстро отвернулся к деду:
— Ну, ведьма и ведьма... В лесу нашел. Долгая история — убери палку и я все тебе...
Попытка разговора прервалась ударом импровизированного копья. Дед попытался достать ведьму, но та снова играючи спряталась за мою спину.
— Ведьма?! Четвертый, я знаю, что тебе еще с сызмальства бестолковку жопой защемило, но это даже рядом с ведьмой не валандалось! Какого беса она подле тебя стоит?! Только попробуй вякнуть, что ты с ней сделку заключил...
Поймав мой взгляд, старик вдруг испуганно отстранился:
— Заключил таки. Сторговался, бестолковик! Здешних баб ему мало, ему заморскую щелку подавай! Ты хоть знаешь, чего это щелка тебе стоить будет?! Ты чем-то иным, акромя своей шишки мозговать умеешь?!
Нет, ну это уже оскорбление!
— А когда понадобилась печень, он по другому пел... Такие мольбы, такие обещания... — мелодичный голосок заставил старика снова попробовать достать ведьму, но в итоге лишь саданул мне по плечу. Как бы я не пытался вырваться, Киара крепко держала меня за стеганку.
— Я не особо понимаю, что за шиза у тебя в голове, но эта хрень права — это же ты ее... Не знаю, пустил, или нанял, или что там было-то?! Кто мне печень новую вкорячил, а?
И кстати, чья она была?
— Я по уму пустил, баран! Я за свою башку сторговался — ты в сделку не входил! Одну жизнь на другую меняли!
— Чего?
— В сторону отойди, вот чего!
Продолжая прятаться за моей спиной, Киара закончила вытаскивать осколки:
— Простите что прерываю, но ваш скучный диалог начинает утомлять... — утерев лицо сорванной со стола скатертью, она уставилась на
