то, что запись Дроздова оказалась у отряда HEAVEN?
- Разумеется. Запись Дроздова всего лишь наживка, которую закинули мы. На самом деле она сделана не в 2115 году, а несколькими годами раньше.
- Теперь понятно, почему голос на записи звучал по-разному. – Зих с интересом посмотрел на Уфимцева. – И зачем вам это было нужно?
- Нужно, раз сделали. И сделали довольно топорно, надо признать, теперь я это понимаю особенно ясно. Только вот Гласком почему-то клюнул на эту ложь, и знаете, почему? Наши доблестные военные хотят быть спасителями человечества. Зарабатывают очки популярности среди поселенцев, но вот реальной помощи никакой не оказывают. Разве я не прав?
- Значит, все ложь, - Зих ощутил прилив раздражения, но он был слишком слаб для того, чтобы давать ему волю. – Не было никакого диска. Нет никакой войны между вами и HEAVEN. Нет никакого лекарства. Зачем Елена мне солгала?
- Это ее надо спросить. Но я рад, что вы согласились помогать нашим бравым союзникам-конкурентам. Вряд ли нам удалось бы по-другому привлечь к работе.
- К какой еще работе? Кто вы вообще такие?
- Я заместитель директора головной лаборатории института радиологических исследований имени Николая Тихомирова. Сокращенно – «Лабиринт». Уверен, капитан Гернер много вам о нас говорила, и не всегда это были лестные слова. Раньше мы были одним из научно-исследовательских подразделений Гласкома, но сейчас входим в международную военно-политическую организацию. Какие цели у этой организации, неважно. Главное – мы много, плодотворно и созидательно работаем, реально помогая возродить этот мир. Получаем всевозможную поддержку от наших друзей, доступ ко всем необходимым нам ресурсам и базам данных, поддерживаем устойчивую и очень полезную связь с коллегами по всему этому полудохлому миру, видите ли. Даже с вашими друзьями из Гласкома иногда имеем дело. Кроме нас, специалистов по постъядерным мутациям, тут собралась масса умных людей – генетики, бионики, кибернетики, спецы по искусственному интеллекту, ядерщики, врачи. И знаете, вы интересуете буквально всех. Мои коллеги все те четыре дня, которые вы провалялись без сознания, просто покоя мне не давали, все спрашивали о вас.
- И с чего бы такая честь? – Зих закрыл глаза, ему почему-то расхотелось смотреть на улыбающегося Уфимцева.
- А с того, что вы в какой-то степени уникальны. Вы привлекли наше внимание сразу после того, как начали работать на Усача. За это вам, кстати сказать, отдельное спасибо, вы очень обогатили науку о постатомной фауне. Наши люди в Гласкоме сразу взяли вас на заметку. Но главное – вам удавалось все время выживать, вот ведь что поразительно. Мои сотрудники даже пари заключали, какой же мутант вытащит из вас потроха. Но вы били всех. Даже живоглота умудрились прикончить. Ни разу не получили опасных ранений, не заразились одной из этих кошмарных инфекций, которые свирепствуют во Внешнем мире. Именно поэтому мы и остановили на вас выбор. Такой человек, как вы, просто был необходим нам. Не там, во Внешнем мире, а здесь, в нашем центре. Мы просто не могли допустить, чтобы такой мастер выживания работал только на этих дилетантов из Гласкома.
- Вот даже как? – Зих обреченно улыбнулся. – Разберете меня на препараты? Будете изучать, как редкого мутанта?
- Почти, - Уфимцев больше не улыбался. – И если бы вы знали, какова наша конечная цель, вы бы оставили свою иронию. Вы, мил человек, замечательный образчик человека новой эры. В каком-то смысле вы сами мутант – уж не обижайтесь. Уж очень нам хотелось познакомиться с вами, что называется, лично. И у нас в отношении вас очень большие планы.
- Мне на это плевать. Вы обманом захватили меня, превратили в подопытного. И вы думаете, что я соглашусь после всего с вами работать? Плохо вы меня знаете.
- Вы сгущаете краски. Не захватили, а сделали так, что вы пришли к нам сами, почти что по доброй воле. И вы для нас не подопытный, а очень ценный сотрудник, который поможет сохранить жизни тысячам людей. Не я, а вы истинный спаситель этого мира.
- Идите к черту!
- Непременно пойду. Но предварительно скажу вам «Отдыхайте, набирайтесь сил и не терзайте себя пустыми мыслями». Поверьте, я с вами совершенно искренен – мне очень нужна ваша помощь. Когда вы восстановитесь, как следует, мы встретимся с вами еще раз, и вы поймете, что я имею в виду. А награда будет такой, что вы ни разу не пожалеете о нашем сотрудничестве.
- Лекарство от снежной болезни – это тоже ложь?
- Нет, оно существует. Доктор Дроздов лечил инфекцию криптоланом, но такое лечение не могло быть эффективным – однажды вы узнаете, почему. Со своей достаточно примитивной диагностической базой Дроздов не мог этого определить, поэтому объявил себя спасителем человечества, уж очень хотелось ему в историю войти, - Уфимцев засмеялся. – Мы создали настоящее лекарство против снежной болезни. У него пока нет названия, однако первые эксперименты очень даже обнадеживают, поверьте. Мы сейчас как раз тестируем прототип вакцины. И одним из первых пациентов, которые получат ее, будет ваша жена. Она уже в нашем госпитале на базе «Сосновая падь». Очень скоро вы сможете с ней встретиться.
- Уфимцев! – Зих шумно вздохнул. – Ты вылечишь ее?
- Обязательно, - доктор слегка пожал запястье Зиха. – Отдыхайте. Сейчас придет медсестра, даст вам лекарства. Не думайте о плохом. Обещаю, все будет замечательно.
*********************
На огромном, во всю стену демонстрационного зала, плазменном экране сменялись кадры старой, почти стодвадцатилетней давности, кинохроники. Невиданное, превосходящее всякое воображение строительство. Сотни мощных карьерных самосвалов, доставляющих материалы по вновь проложенным секретным дорогам к местам строек. Эшелоны с грузами, следующие по ночам к необозначенным на картах станциям назначения. Тысячи рабочих, пробивающих в скалах туннели и шахты, монтирующих ядерные реакторы, водоочистные и вентиляционные установки, оборудующих жилые и служебные помещения самой современной техникой. И повсюду, на земле и в
