Читаем без скачивания Тайна, покрытая мраком - Татьяна Полякова

Открыв дверь пошире, я внедрилась в палату и замерла в двух шагах от постели больной.

— Ты? — переведя взгляд на меня, спросила вдовица.

— Здравствуйте, Екатерина Григорьевна, — сказала я, положила апельсины на тумбочку и устроилась на единственном стуле.

— Как узнала, что я здесь? — нахмурилась она.

— Мы же сыщики, — ответила я с обидой.

— Ах, ну да.

— Что с вами случилось?

— Чуть не зарезали. Кошмар. Как дальше жить…

— Вот об этом я и хотела поговорить, — обвела я взглядом палату, прикидывая, с чего начать. — Вас отдельно поместили?

— Вчера спихнули в общую палату. Но сегодня с утра я с доктором потолковала, перевели сюда. Знаешь, сколько слупили? Но не могу же я черт-те с кем лежать.

— Это верно. Следователь у вас был?

— Прибегал.

— И что вы ему рассказали?

— Ничего, — разозлилась вдова. — Голова у меня болит. И ты с вопросами не лезь.

— Ваша дальнейшая жизнь может быть очень короткой, если вы следователю врать начнете. Я бы на вашем месте все рассказала.

— Что «все»? Какой-то псих напал на меня в парке. Сумку хотел украсть.

— И с ножом кинулся? В людном месте, белым днем?

— Вот пусть и разбираются, что за психи у нас по улицам бродят.

— Как вы в парке оказались? Вы же собирались в полицию?

— Решила прогуляться, нервы успокоить.

— А вашим мужем следователь интересовался?

Вдова взглянула с подозрением.

— Спрашивал. Откуда мне знать, где его носит? Уехал, раз машины нет… — тут вдова схватилась за сердце. — Ты что же думаешь, это Степан Ильич… решил вдовцом стать? Ну, я ему устрою… — Вдова предприняла попытку вскочить от избытка эмоций, но сразу же скривилась от боли. Рана, может, и была несерьезной, но давала о себе знать.

Мне-то было хорошо известно, что, если Степан Ильич и планировал стать вдовцом, осуществить свой коварный замысел не мог ввиду своей недавней кончины, и я поспешила направить мысли вдовы в нужное русло.

— Екатерина Григорьевна, ваш муж исчез, на вас покушались. И вполне вероятно, злодей предпримет еще одну попытку.

— Пусть мне охрану дадут… черт, надо было в общей палате остаться. Там надежней. Мне что ж, назад проситься? Деньги-то заплачены, этот прохвост назад не вернет.

— Какие деньги? — теряя терпение, зашипела я. — Вам не о деньгах думать надо, а о своей безопасности. Кому мог мешать ваш муж и кому теперь мешаете вы?

— Меня следователь вопросами достал, теперь — ты, — гневно ответила Екатерина Григорьевна. — Ничего я не знаю. Отстань от меня. Не то заору.

— Орите на здоровье, вам же хуже, — сказала я, поднимаясь.

— Что делать, что делать, — зашептала вдова, вроде бы забыв про меня. Я направилась к двери, а она позвала: — Эй… подожди. — Я вернулась и вновь устроилась на стуле. — У меня есть друг, — перешла она на тревожный шепот. — Друг, — повторила, нахмурившись. — Хотя при таком муже, как мой, и любовника не грех завести. Короче, он на звонки не отвечает. Но на работе должен быть. Сегодня как раз его смена. Он в салоне связи работает. — Стало ясно, речь идет о Денисе, но я продолжила слушать, не перебивая. — Адрес салона дам. Сходи к нему и передай записку. Ты ж ее все равно прочитаешь, — с подозрением сказала она, а я согласно кивнула. — Ладно, передай на словах: пусть помалкивает.

— О чем?

— Не твое дело. Просто передай что я велела.

— Ох, Екатерина Григорьевна, ваши хитрости выйдут вам боком.

— Сделаешь? — хватая меня за руку, спросила она.

— Из уважения к вам. Если бы вы мне все рассказали…

— Да не знаю я, кто этот псих, даже не догадываюсь. И куда муж делся, тоже не знаю. — «В это я готова поверить». — Буду требовать охрану, — откидываясь на подушку, вздохнула она. — Вдруг в самом деле сюда явится? Не муж, а псих этот.

— Если на вас покушался грабитель, об охране забудьте. Она вам не положена. А вот если вы важный свидетель — тогда другое дело.

— Тебе сколько раз повторять: ничего я не знаю. Сматываться из города надо, к мамке, в Казань.

Тут дверь распахнулась и появилась медсестра.

— Поезжай в салон, — успела мне шепнуть Екатерина Григорьевна и сказала, обращаясь к медсестре: — Подруга моя, пришла навестить.

Я поспешно покинула палату и отправилась по коридору, злясь на себя за неумение развязывать язык свидетелям. Жаль, что рядом нет Олега, у него это куда лучше получается. В этой части отделения располагались палаты на четверых, и от коридора их отделяла стена, наполовину застекленная. Взгляд мой скользнул по ней, ни на чем особо не останавливаясь, и вдруг… Я замерла как вкопанная, разглядывая мужчину на койке возле окна. Голова его была перевязана, рядом с ним на стуле сидела девушка-блондинка, смутно знакомая. На нее я поначалу и обратила внимание и уж потом на Костю. Из-за повязки на голове запросто могла его не узнать.

— Костя, — едва не заорала я и кинулась в палату. Костя мне совсем не обрадовался, заметно скривился и сказал блондинке:

— Подожди в коридоре.

— Это кто? — проявила она интерес, окидывая меня презрительным взглядом с ног до головы.

— Работали вместе.

Девушка вышла, я заняла ее место.

— Что ты здесь делаешь? — додумалась спросить я.

— Готовлюсь к роли в сериале о врачах, — фыркнул он.

— Правда?

— Ты что, дура? И говори, пожалуйста, тише, — косясь на соседей, предупредил он. Соседи, кстати, на нас внимания не обращали. Двое вроде бы спали, а еще один уткнулся в планшет, должно быть, уже шел на поправку.

— Можешь объяснить, что случилось?

— Нетрудно догадаться. А все ваше дурацкое расследование.

— Наше, — поправила я.

— Ваше. Я с самого начала знал, что добром оно не кончится. Вчера пошел на репетицию, возле театра меня встретили двое придурков со скверными рожами. И так отметелили… Советовали нос не совать куда не просят. Поняла?

— Почему мне не сообщил? Я беспокоилась… — Он фыркнул и отвернулся. Ясно, обо мне он, скорее всего, даже не вспомнил. — Надо позвонить Олегу, — нахмурилась я и тут же подумала, что это затруднительно, если его мобильный отключен. Значит, поеду к нему домой, должен он там появиться.

— Твой Олег тоже здесь лежит, — ядовито сообщил Костя. — Привезли раньше, чем меня. Но досталось ему больше. До сих пор в себя не пришел. Врачи, правда, надеются.

Я сидела, приоткрыв рот, пытаясь уяснить происходящее.

— Ты думаешь…

— А чего тут думать? Схлопотал по башке, так же как и я. И по той же причине. Его на Почаевской подобрали, недалеко от парковки. Мне знакомая медсестра рассказала. Лежал без признаков жизни, хорошо, что случайные прохожие на него наткнулись.

— Полицейским ты что-нибудь рассказал?

— Я что, идиот? Сам себе «Скорую» вызвал и сюда. Хулиганы избили. Поняла? Я знать не знаю никакого Олега и тебя тоже. — Он отвернулся, давая понять, что разговор окончен, и я отправилась в коридор.

Увидеться с Олегом не удалось, потому что лежал он в реанимации. Однако лечащий врач заверил меня: дела его не так плохи и есть все шансы, что он выкарабкается. Но не скоро.

Больницу я покидала на негнущихся ногах и с большой маетой в душе. Кому-то очень не хотелось, чтобы мы копались в делах пятилетней давности, и за нас взялись всерьез. Сначала Олега вывели из игры, потом Костю, а затем пришла очередь вдовы. Если мужчины отделались увечьями и предупреждением, что любопытство будет дорого стоить, то Екатерина Григорьевна должна была присоединиться к мужу, то есть ее считали куда более опасной. А эта дура молчит, подвергая себя риску, вместо того чтобы рассказать, кому это так приспичило. Ясно, что человек он серьезный, если убийства его не останавливают. Странно, но меня запугать никто не пытался. Или просто моя очередь еще не пришла?

Мысль эта так подействовала, что я бросилась к своей машине со всех ног. И тут же обратила внимание на двух мужчин, стоявших неподалеку от входа в больницу. Один из них курил, а второй поглядывал в мою сторону. Может, у меня глюки на почве страха, но его взгляд мне не понравился. Когда я удалилась от них на несколько метров, куривший отбросил сигарету, и они загрузились в джип, стоявший на парковке, и теперь следовали за мной. Уже не сомневаясь в их гнусных намерениях, я предпочла укрыться в аптеке, находившейся на первом этаже здания больницы, перевести дух, а также усмирить страх, грозивший медвежьей болезнью. Нападать на меня прилюдно они вряд ли рискнут. Я подошла к окну и попыталась понять, куда делся джип. Машины нигде не видно. Может, в самом деле фантазия разыгралась? Надо бы вызвать такси, но бросать свою наполовину оплаченную собственность в переулке не хотелось.

Потосковав у окна еще немного, я вышла на улицу, миновала шлагбаум, отделявший территорию больницы, и тут же увидела джип. Он нагло пристроился возле тротуара, всего в нескольких метрах от шлагбаума. Делая вид, что не обращаю на него внимания, я бегом направилась в переулок. Джип тут же тронулся с места и маячил где-то за спиной. До переулка оставалось совсем ничего, я достала ключи от машины, на бегу снимая ее с сигнализации. Движение в переулке одностороннее, и джип мог свернуть, лишь нарушив правила, но радоваться я не спешила, справедливо полагая: этим типам на правила начхать. И тут мне повезло. В поле зрения возникла машина ДПС, направлявшаяся в сторону больницы, а на виду у стражей порядка нарушать правила мои преследователи не рискнули. И выбрали другую тактику: оставили свою машину и бегом бросились за мной. Как назло, в переулке ни души, но фора во времени у меня все же образовалась. Теперь оставалось лишь гадать, что произойдет раньше: эти типы меня догонят или я успею сесть в свою машину. Шанс был. Бегали они так себе, а я неслась как угорелая, возблагодарив судьбу за то, что, отправляясь сюда, надела балетки.