Хоть и сомневался он, что там кто-нибудь в данный момент присутствует, но бдительности не терял. Я тоже, справившись с удивлением, вспомнил, что мне велели за тылами присматривать, так что быстренько в себя пришел, принялся на рядом стоящую десятиэтажку посматривать, пробегая взглядом по окнам, выискивая опасность.
Парни не тормозили, но всё равно Марина их опередила, первая к… всё же не трупам, застонал сначала один, потом второй, подбежала и шустро, как мой дед говорит — прихватизировала, сорвала с одного деза оружие, которое тот из рук так и не выпустил.
Она еще вчера просила себе какой-нибудь ствол, даже на моего «Тигра» покушалась, пока я ей ногу лечил. Пыталась на него меня развести, мол у меня всё равно еще пистолет есть, а она, мол, стрелок неплохой, уже несколько лет в стрелковом клубе тренируется, стрельбище которого в пятнадцати километрах от Нижнего в лесу расположено, и неплохие результаты показывает. Но, «зажали» мы свое оружие, пообещали, как только первые трофеи пойдут, сразу же ей и выделить. Вот она и «выделила» сама себе, прихватив автомат с коллиматорным прицелом.
Второго Алый так же шустро разоружил, вручив Марине и ручной пулемет. Хотела оружия, пусть тащит. На самом же деле они с Мамоном, прихватив за разгрузку первое тело, потащили его в сторону парка. Мельник с Резвым подхватили другого и следом за ними шустро, насколько это можно, рванули, подальше от продолжавшей трещать девятиэтажки.
Но далеко убежать мы не успели, метров на тридцать всего, после чего земля особенно сильно взбрыкнула и резко в сторону ушла.
Планета наша словно взбесилась, толчки такой силы были, что на ногах устоять не было никакой возможности. Тут уже не шарик по стиральной доске, тут… да, блин, асфальт, на котором мы валялись, волнами пошел, кое-где лопаясь и вспучиваясь, демонстрируя содержимое недр. Здания — это жуть полнейшая, широко открытыми глазами наблюдали, как они рассыпаются: какие полностью, другие частично. Наблюдали, пока всё вокруг пылью не затянуло, отчего еще страшнее стало: трясёт, планета наша стонет, ветер вокруг завывает, грохот, треск… казалось длилось всё это бесконечно долго.
— Теперь наш мир окончательно умер!
Не понял, кто это сказал, но, когда наконец всё стихло, и я с трудом проморгался от той пыли, которой был с ног до головы покрыт и сумел оглядеться, то был полностью согласен с этими словами.
Города больше не было!
Кое-где еще виднелись чудом устоявшие дома, но в основном всё вокруг в руинах лежало.
— Светка, — скрежетнул зубами Жека Мельник, когда проморгался и увидел, что вокруг творится.
Меня тоже в первую очередь мысль о самом близком мне человеке озаботила, надеюсь дед успел из дома во двор выйти.
— Так, собрались все! — заговорил вдруг Вовка. — У нас есть незаконченное дело. Вот закончим с ним и сразу же домой двинем.
Взгляд сам собой с развалин скользнул в сторону захваченных нами дезертиров, что сейчас в полном шоке смотрели на то, что стало с городом. Но, услышав Длинного, тут же встрепенулись.
— Мужики, — обвел нас взглядом крепыш, чуть ниже среднего роста. — Давайте разбежимся, а? Мы как раз сегодня из города собирались уезжать, делить нам больше нечего…
— Ах ты…
Бросок Марины к дезертиру был прерван Лехой, который ее за пояс поймал.
— Отпусти! Я ему…
— Угомонись! — как-то чересчур спокойно попросил он ее.
После чего поставил ее на землю и пинком под зад направил к лежащему на асфальте оружию, про которое она забыла. И хорошо, что забыла, а то бы сразу пристрелила деза.
Впрочем, крепышу «девичья память» не сильно помогла.
Резвый, перенаправив Марину в противоположную от пленных сторону, сам подошел к крепышу и, ничего не говоря, пробил ему ногой в горло.
Труп! Мне даже диагностику проводить не нужно, чтобы это понять. Леха, обутый в берцы, буквально смял ему гортань, и теперь тот бесполезно сипит и сучит ногами, пытаясь вдохнуть в себя воздух.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Сколько вас осталось? — Резвый присел на колено возле второго дезертира и не мигая уставился тому в широко открытые испуганные глаза.
От его действий и спокойного голоса не только у деза речь отняло, мы тоже удивленно на него смотрели, а уж Марина, та угомонилась, уже не психовала, сейчас сдерживая рвоту быстренько отвернулась, чтобы не видеть тяжело умирающего крепыша.
— Мне повторить вопрос?
— На фабрике девять человек и двое тяжелораненых! Еще парный пост на той стороне… — информация из деза, косящего глазом на мучения своего умирающего напарника, полилась, не остановить.
Выяснилось, что старший лейтенант, когда звиздец настал и стало понятно, что возврата к прошлой жизни уже не будет, собрал группу и решил в городе закрепиться. Понимал, что Нижний Новгород в теперешних временах снова станет центром торговли, вот и собрался Волгу с Окой оседлать. Задумка хорошая была, но из-за того, что недавно с женой развелся, женщин люто возненавидел. Всех! Вот когда «свобода» настала он и пошел в разнос, дал солдатам волю на захват постельных грелок, большего, мол, они не заслуживают. Когда одумался и решил с беспределом заканчивать, поздно стало, их уже в ответ убивать начали. Да еще как убивать, группу их ополовинили. А пополнение из тех людей, которых они наловили, так им веры не было. Дай волю — разбегутся сразу, но за них никто воевать не будет. Вот лейтенант и решил дислокацию поменять, да по-новому всё начать.
Сегодня они собрались в Богородск сваливать.
Городок небольшой, но «вкусный»: есть и производства, есть аэроклуб с легкими самолетами, много чего там есть. Ну и от Нижнего он недалеко находится, так что со временем, когда они окрепнут, можно будет попытаться вернуться к прошлым планам.
Кх-х, — захрипел дезертир распластанным горлом.
Леха, играя желваками, вытер нож об его одежду, выпрямился и, бросив взгляд на не удержавшую в себе содержимое желудка Марину, повернулся к Длинному.
— Командуй, Вован!
— Мельник, ты как, с нами? — сразу же поинтересовался Вовка и Жеки.
— Да, — хмуро кивнул тот головой. — Светка, она или успела выскочить и тогда меня в гараже дождется, или не успела… — смахнул он капли дождя с лица. — Я с вами.
Пока деза допрашивали, дождь начался, да и ветер, который было утих, снова обороты начал набирать, как бы в ураган не перерос. Так что пора нам уже что-то начинать делать, а то потом не до дел будет.
— Добро, — коротко кивнув в ответ, Длинный. — Марина, ты как? — перевел он взгляд на нее.
— Нормально, — вытирая губы платком, вяло махнула она рукой, стараясь не смотреть на мертвых.
— Тогда… Резвый, берешь Мельника и…
— Давай я с ними пойду.
— И Мамона, — сразу же согласился Вовка. — Ваша задача заложников от дезов отрезать. Марина… ты точно в порядке?
— Да. Всё нормально. Что делать надо?
— Мельник нам про тебя немного рассказал, да и ты вчера хвалилась, что стрелять умеешь…
— Умею! — Уже не умирающий лебедь, с вызовом на Вовку посмотрела, встряхнулась наконец. — И хорошо умею.
— Пойдешь следом за группой Резвого, — не обратил никакого внимания на ее тон Вовка. — Будешь их со стороны прикрывать, заодно и за тылами присмотришь.
— Хорошо, — кивнула она согласно.
— Алый, Ведун, мы танкуем, на себя внимание оттягиваем и даем возможность Резвому заложников отбить. Так что, после первого их залпа, прикрываясь «щитом» начинаем основную группу дезов давить. Теперь по времени…
Где находятся дезертиры, где заложники, где машины с грузом, топливозаправщики, всё нам теперь уже было известно, так что Леха с Вовкой быстренько прикинули, сколько кому времени нужно, чтобы на позиции выйти и во сколько примерно начнем замес. В любом случае, начинать будет Резвый, груз хоть нас и очень интересует, но основная задача всё же людей спасти, а именно Лехину мать.
